Любовная сделка - Флора Дагерти

В доме было душно. Под потолком висел вентилятор с широкими лопастями, но она не знала, как он включается. Элизабет пошарила по стенке в поисках кнопки, но безуспешно. Ее охватило пугающее чувство какой-то нереальности. Ей показалось, что стены комнаты смыкаются вокруг нее. Тело стало влажным настолько, что легкое платье прилипло к спине, лоб покрылся испариной. Мне надо срочно выбраться отсюда, в панике подумала она. Подхватив широкополую соломенную шляпу, она направилась в виноградник. Солнце палило нещадно. Она неторопливо пошла между рядами лоз и ощутила живительную прохладу.

Где-то вдалеке тарахтел трактор, жужжали насекомые, небо над головой было белесоватым от жары.

Элизабет почувствовала легкое головокружение. Ей не следует слишком долго оставаться на солнце, иначе можно получить тепловой удар и тогда ее планам уехать завтра в Лондон придет конец.

Она прошла длинный ряд и уже повернула обратно, когда услышала, что кто-то зовет ее.

Надвинув шляпу на глаза, она стала всматриваться в сторону террасы и разглядела на ней одинокую высокую фигуру. Фред не мог так быстро вернуться, если только ничего не случилось.

Но это был явно не Фред… На мгновение она застыла на месте, пытаясь справиться с дрожью, охватившей ее. Собравшись с силами, она поспешила к дому.

Глава 11

Тед торопливо двинулся ей навстречу, пробираясь между рядами лоз. Издали ей показалось, что он улыбается, и у нее затеплилась надежда, что, может быть, это оттого, что он рад встрече с ней.

— Здравствуйте, Тед, — приветствовала она его.

Улыбка замерла у нее на губах, когда он остановился перед ней. Вид у него был такой же мрачный, как и в тот понедельник, когда они расставались в гостинице.

— Какого черта вы днем прогуливаетесь по открытому месту? — Таково было его приветствие. — Хотите получить солнечный удар? И почему вы не в темных очках? Сейчас же уносите ноги отсюда.

Повернувшись, он решительно направился в сторону дома.

Элизабет смотрела ему вслед. Господи, каким же резким он может быть! Однако она не могла не признать, что он прав, и поэтому послушно последовала за ним.

Тед уже успел включить вентилятор в салоне и наполовину задернуть портьеры на окнах. Она заметила, что он выглядит очень утомленным. Его черные волосы растрепаны, глаза припухли и под ними лежат тени. Рубашка в черно-серую полоску расстегнута до пояса и свисает с плеч, а черные брюки основательно помяты под коленями. У него такой вид, словно он несколько дней не спал. Они стояли, молча глядя друг на друга.

— Ужасно жарко, не правда ли? — сказала Элизабет, чтобы нарушить напряженное молчание. — Я сейчас угощу вас холодным напитком, он в холодильнике. Боюсь, что ничего покрепче нет. Всю неделю мы с Фредом были так заняты, что не успели наполнить холодильник. Вы приехали встретиться с ним? Сейчас его здесь нет. Он уехал… — Голос у нее дрогнул, когда она случайно перехватила его пронизывающий взгляд.

— Я приехал, чтобы увидеться с вами, — сказал Тед.

Элизабет вскинула голову.

— Со мной?! Я… я пойду приготовлю вам попить, — едва выговорила она и поспешила на кухню.

Она поставила на поднос два стакана, бутылку сока и дрожащими руками понесла его в комнату. Что случилось с Тедом? Нет, он не разгневан, он просто какой-то другой, подумала Элизабет.

Опустив голову, Тед взад и вперед ходил по комнате, словно актер, повторяющий роль перед выходом на сцену. Элизабет наполнила стакан и протянула ему.

Он остановился и пристально посмотрел на нее.

— Спасибо, — пробормотал он, залпом выпив его. — Садитесь, Элизабет, — сказал он, ставя стакан на поднос. — Я хочу поговорить с вами.

Она присела на краешек стула, держа стакан обеими руками и уставившись на него. Сейчас он скажет ей «большое спасибо и прощайте», или что-нибудь в этом роде, подумала она. Поняв, что это вот-вот произойдет, она вдруг почувствовала себя совершенно спокойной.

— Что вы хотите мне сказать? — спросила она, вскидывая подбородок.

Он сел на стул напротив и слегка наклонился к ней.

— Я гнал машину ночь напролет, безостановочно, думал, как вам все это объяснить. Пожалуй, я начну с искренней благодарности за то, что вы поддержали меня, поэтому наш с вами план блистательно удался.

Он явно не знал, что говорить дальше, и молча сидел, сцепив пальцы, не отрывая от них глаз.

— Вы ничего не должны объяснять, — сказала она, вздохнув. — Я и так все знаю.

— Вы знаете?! Каким образом?! Кто вам рассказал? — Он удивленно поднял глаза.

— Сначала мне рассказала Кет, — ответила Элизабет. — Но теперь я и сама обо всем догадалась.

Он сузил темные глаза.

— Что именно рассказала вам Кет?

— Что вы всегда любили друг друга… что ее брак был ошибкой… что теперь она наконец освободилась и нашу помолвку вы использовали лишь как средство, чтобы вернуть ее. Кет сказала, что я должна убираться со сцены, чтобы вы могли пожениться.

— О Господи! — воскликнул он и, откинувшись назад, поднял глаза к потолку. — И вы поверили во всю эту чушь?!

— Дело в том, что я видела, как вы целовали ее в саду, в тот вечер перед нашим отъездом во Францию. И это не оставило у меня никаких сомнений.

— Да не я целовал ее! Она сама поцеловала меня на прощание. Кет прекрасно знает, что я никогда не женюсь на ней, — продолжил он, все более распаляясь. — Да и, кроме того, она всегда стремилась отхватить более жирный кусок. Кстати, в тот вечер она сообщила мне, что на следующий день уезжает в Грецию, чтобы продолжить знакомство с пароходным магнатом, которого подцепила во время полета. Вы удовлетворены? — резко спросил он.

— Ничего не понимаю, зачем же она говорила мне все это? — Элизабет растерянно покачала головой.

Он презрительно скривил губы.

— Без сомнения, по просьбе ее мамаши. Избавиться от вас хотела Офелия, а не Кет.

Теперь уж она окончательно ничего не понимала, но почему-то ей стало легче, словно сердце освободилось от тяжелого груза. Тед не собирается жениться на Кет! Он свободен! Конечно, это вовсе не означает, что он влюбился в нее и сейчас признается ей в этом, но тем не менее…

— Наберитесь терпения и выслушайте меня, Элизабет, — сказал Тед, — я вам все объясню.

Он рассказал ей о том, что после смерти отца, когда управление всеми делами взял на себя отец Фреда, фирма «Джеймс и сыновья» стремительно пошла под откос.

— Я только окончил университет, — продолжал он, — и мне пришлось буквально на ходу осваивать основы бизнеса. Большую часть времени я проводил в разъездах и не сразу разобрался, что происходит. У моего дяди, как это принято говорить, были проблемы с алкоголем, и практически он не занимался делами, поручив управление здешними виноградниками Жильберу, и тот умело водил его за нос. Моему дяде, конечно, не было известно, что Жильбер и его человек, сотрудник лондонского порта, разработали толковую схему, с помощью которой каждый год утаивали из доходов фирмы сотни тысяч фунтов стерлингов. Когда мой дядя, наконец, скончался и мне пришлось взять на себя управление компанией, я обнаружил, что дела ее в катастрофическом состоянии. Последние шесть лет я делал все, чтобы вернуть ей былую репутацию, но постоянно натыкался на какие-то препятствия. Случалось то одно, то другое, компания просто истекала кровью. И одной из самых сложных проблем была Офелия. — Он устало склонил голову.