Любовная сделка - Флора Дагерти

— Разрешите мне помочь, — сказал он, снимая халат с вешалки. — Вы попали в ужасную ситуацию, — поддел он ее. — И не глупите, Бетти, — предупредил он, когда она отпрыгнула от него. — Я не собираюсь на вас набрасываться.

И тут полотенце упало, от неожиданности у Элизабет перехватило дыхание. Но замешательство длилось лишь несколько мгновений, пока он помогал ей просунуть руки в рукава халата.

— А теперь — вон! — гневно приказала она, плотнее запахивая халат.

— У вас очень красивая спина, — покорно сказал Тед, словно не слыша ее.

— Вон! — повторила Элизабет.

— Ладно, ладно, — он направился к двери. — Я подожду внизу, пока вы найдете другое платье и мы вернемся на прием.

— Я не собираюсь туда возвращаться! — резко и отчетливо проговорила Элизабет.

— Почему же? — он вскинул брови. — Сэр Мартин мечтает поговорить с вами.

— И я тоже очень хотела бы поговорить с ним, но не сейчас. И не здесь.

— Да бросьте вы, Бетти. — Он начал раздражаться. — Не поднимайте шума из-за пустяков. Я куплю вам другое платье.

Она в упор посмотрела на него.

— Это не пустяк. И не случайность, — медленно и с выражением сказала она.

— Но, конечно же… — начал он, — Офелия чувствует себя виноватой.

— Это была не случайность, — повторила Элизабет. Закусив губу, она отвернулась и добавила тихим голосом: — Она меня ненавидит. Я… я понимаю, что она ничего для меня не значит, и вообще все это неважно, но… но это очень действует.

Наступило молчание. Затем Тед подошел к Элизабет и, обняв, притянул к себе.

— Я вижу, — сказал он, — и понимаю. Но дело в том, что она ненавидит прежде всего меня, а не вас.

Он прижался лицом к ее мокрым волосам.

— Черт возьми, я был настолько поглощен делами… я не обращал внимания, что тут происходит, и вам пришлось принять на себя главный удар, чего, конечно, вы не заслужили. Я не должен был все это затевать, но в то же время мне понравилась эта идея. Простите, — еще раз сказал он.

Голос его звучал так мягко, в нем чувствовалось такое искреннее сожаление, что у Элизабет навернулись слезы. Он прижал ее к себе, и она ощутила некоторое облегчение от теплоты его рук. На мгновение они застыли. Затем он вздохнул и опустил руки.

— Я передам ваши извинения сэру Мартину, скажу, что у вас разболелась голова, и попрошу связаться с вами, когда он вернется из турне.

К тому времени она уже навсегда распрощается с Тедом, подумала она.

— Отдохните, — сказал Тед. — Я спущусь к гостям ненадолго.

Она повернулась к нему.

— Сегодня я уже не буду спускаться вниз, — сказала она. — У меня на самом деле разболелась голова.

Он с тревогой посмотрел на нее.

— В таком случае вам лучше принять таблетку и лечь в постель. Вам надо хорошо выспаться. Я бы хотел подняться как можно раньше, чтобы попасть на первый рейс в Париж. Тогда мы сможем успеть на скоростной поезд в Бордо. Это самый быстрый маршрут.

Конечно же! Теперь она припомнила.

— Почему вы решили, что я поеду с вами? — спросила она.

В устремленных на нее темных глазах появилось загадочное выражение.

— Потому что без вас мне не обойтись, — сказал Тед и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Элизабет села в кресло у открытого окна. Солнце опускалось за деревья в дальнем конце корта, бросая оранжевые отблески. Откинув назад голову, она смотрела, как оттенки сменяют друг друга и небо постепенно темнеет. Вместе с усталостью к ней пришло и спокойствие. Больше ни о чем не надо волноваться, можно оставить попытки завоевать Теда.

Она услышала звуки голосов на подъездной дорожке, хлопанье закрывающихся дверей машин. Гости разъезжались. Элизабет с удовольствием подумала о счастливой случайности, позволившей ей познакомиться с Мартином Стюардом. Она вспомнила, как тепло и восторженно он говорил об ее отце. Позже, когда он завершит свое турне, она с ним обязательно встретится.

Было уже почти темно, и в воздухе стала чувствоваться прохлада. Элизабет встала, чтобы закрыть окно и задернуть портьеры. Внизу на лужайке она увидела две фигуры, которые медленно прогуливались бок о бок. Кет приехала домой. В полосе света, падающего из окна гостиной, невозможно было ошибиться. Эта копна золотисто-серебряных волос могла принадлежать только Кет. Ни с кем нельзя было спутать и Теда: высокая фигура в светло-сером пиджаке.

Ухватившись за оконную раму и не отводя взгляда от любителей неторопливых ночных прогулок, Элизабет с грустью убеждалась в своей правоте. Судя по тому, как Кет поднимала к нему лицо и как ее спутник склонял голову, слушая ее, они, несомненно, были близки.

Элизабет поймала себя на том, что, затаив дыхание, наблюдает за ними. Теперь они остановились у проема в живой изгороди, и хотя вышли из полосы света, Элизабет четко видела их. Ей казалось, что она смотрит знакомый фильм, отлично помня, что сейчас должно последовать. Кет вскинула резко различимые в темноте руки на шею Теду, а он склонил голову, чтобы поцеловать ее.

Элизабет с трудом перевела дыхание. Она захлопнула окно, плотно задвинула портьеры и включила свет. Тайна наконец разрешилась: Кет — вот кто был нужен Теду, вот кого он добивался. Теперь понятно и поведение Офелии. Элизабет действительно оказалась здесь чужой.

Медленно, словно передвигая непосильный груз, девушка оттащила кресло от окна и опустилась в него. Она испытывала не потрясение, а нестерпимую тупую боль в груди.

В эту минуту постучал Касс и принес поднос с чайным сервизом, блюдом сандвичей и двумя таблетками в розеточке. Уставившись на таблетки, Элизабет с трудом подавила смешок. Это становится привычкой.

— Мистер Тед сказал, что они помогут вам избавиться от головной боли, — сказал Касс, устанавливая поднос на столике у кровати. — Он не хочет беспокоить вас сегодня вечером, но спрашивает, можете ли вы быть готовы к половине седьмого утра, чтобы позавтракать в Хитроу?

От удивления Элизабет не нашлась, что ответить, и только кивнула. Она попросила Касса разбудить ее около шести и непременно убедиться, что она проснулась. Он пообещал и выразил надежду, что головная боль скоро пройдет. Ей показалось, что он с сочувствием смотрел на нее. Должно быть, ему кажется странным, что у только что помолвленной молодой женщины так часто болит голова, и она отнюдь не выглядит счастливой. Ему захотелось порадовать ее.

— Я разобрался с вашим платьем, мисс, и пятно от вина совсем сошло. У меня есть специальный состав для таких пятен, после которого ничего не остается. Оно будет свеженькое, как фиалка.

— Я очень признательна вам, Касс. — Она приветливо улыбнулась. Ни за что на свете она не позволит себе разочаровать этого человека, сказав ему, что больше никогда не наденет это платье.