Узы Гименея - Шеррил Уиткер

— Ничего хорошего.

— Надеюсь, это не так. Ты огорчен, что наши отношения за это время изменились. Все в жизни меняется, Грег, и для нас тоже. Мы не можем остаться такими же, как были в детстве. Я думаю, ты считал меня своей собственностью и решил, что это и есть любовь. Но это совсем разные вещи.

Он немного помолчал, обдумывая ее слова, потом сунул руку в карман и вытащил подарок.

— Это тебе!

Лейси взяла из рук Грега маленькую коробочку и открыла ее. Внутри была украшенная драгоценными камнями булавка с зеленой обезьянкой. Лейси в ужасе посмотрела на Грега.

— Она же дорого…

— Цена не имеет значения. Она напомнила мне Джорджа, и мне захотелось подарить ее тебе в знак примирения.

— Какая прелесть! Насколько это зависит от меня, мы всегда будем друзьями. Спасибо, — поблагодарила она, сердечно обняв Грега, на что он, чуть поколебавшись, ответил тем же.

— Какая трогательная сцена, — раздался сзади ледяной голос.

Лейси виновато отошла от Грега. Они не слышали, как Макс вошел в заднюю дверь. Лейси хорошо представляла, какие мысли бродят у него в голове. Он застал ее в объятиях Грега. В своем мрачном настроении он не поверит ни одному ее слову, так зачем напрасно оправдываться.

— Обед в духовке, достань, если хочешь.

Глаза Макса отливали металлом.

— Было бы лучше, если бы ты обосновался где-нибудь подальше.

Это было неприкрытое оскорбление.

— Я зашел передать Лейси прощальный подарок, — возмутился Грег.

Лейси задохнулась, когда Макс, подойдя, властно положил руку на ее плечо — первое прикосновение за последнюю неделю, — выхватил из ее дрожащих рук булавку и стал рассматривать.

— Очень милое украшение. Я хотел бы найти такое первым. Камни такие же зеленые, как твои глаза, моя возлюбленная.

Он никогда не называл ее возлюбленной. Это значит, что его гнев перешел в бешенство.

Грег, должно быть, понял это и сказал:

— Ты счастливый человек, Джарвис. Лейси — замечательная. Счастливого пути и благополучного возвращения. — Он исчез прежде, чем Лейси успела попрощаться.

В эту минуту Лейси искренне порадовалась за Грега. Тот факт, что он наконец избавился от юношеских фантазий, доказывал, что он и в самом деле повзрослел.

У него хватило мужества противостоять Максу, а это уже очень много.

— Согласен, — ледяным тоном произнес Макс. Он грубо привлек ее к себе, уронив булавку на пол и не обратив на это внимания. — Откуда мне знать, что ты замечательная? Я просто твой знакомый, который не пробовал самого лучшего.

Внезапно он с сокрушающей силой приник к ее губам. Он обнял ее так крепко, что она не могла вздохнуть. Их сердца стучали рядом как одно. Это был не поцелуй страсти, а яростная месть.

— Макс! — закричала она, протестуя.

— Сколько времени он находился здесь? — тяжело дыша, рявкнул Макс.

— Недолго, но достаточно, чтобы разбудить твое больное воображение, — гневно ответила Лейси. — К твоему сведению, он пришел убедиться, что я живу с тобой!

С застывшим лицом он медленно поднял руку и погладил ее нежную шею.

— Ты уже второй раз говоришь об этом. Знаешь, — его голос неожиданно охрип, — глупо, но я наполовину поверил, что ты способна на тонкие чувства, пока прогуливался здесь вечером.

Вместо злости Лейси почувствовала разрывающую сердце боль. Горячая слеза скатилась с ее щеки.

— Что ты теперь скажешь? Может быть, из-за того, что ты думаешь, будто я развлекаюсь в твое отсутствие, ты отменишь поездку? — возмутилась Лейси. Ее глаза были зеленым озером, полным боли.

— Нет, — мрачно проворчал он. — Слишком поздно. Мы поедем, как и запланировали, но с небольшой поправкой. Я не хочу больше иметь с тобой ничего общего, живи, как тебе нравится. Я уйду к Нику. Ты можешь развлекаться с любым, кто пройдет мимо, но не трогай моих ребят. Как только я замечу твои фокусы, в ту же секунду отправлю тебя домой, прежде чем ты успеешь понять, что случилось.

Он оттолкнул ее с такой силой, что ей пришлось схватиться за ближайший стул, чтобы не упасть.

— Макс! — закричала она вслед в отчаянии.

Но он уже ушел.

Дверь захлопнулась, и Лейси замерла от ужасного предчувствия, что он никогда больше не войдет в эту дверь.

9

От бессонной ночи вместо отдыха перед долгим перелетом в Майами Лейси была бледной и тяжело дышала, выйдя к такси, которое, как и планировалось, утром остановилось перед домом.

Макс зашел в дверь, вынес ее вещи к такси, но не взглянул на нее и даже не сказал «доброе утро». Всю дорогу до международного аэропорта Солт-Лейк-Сити в такси царила неловкая тишина.

Из-за сложившихся обстоятельств Лейси особенно тепло приветствовала Майло, когда они добрались до зала ожидания. Раз уж Макс с ней так холоден, она хотя бы сможет разговаривать с Майло. Ник и Джефф с семьями уехали днем раньше, и они встретятся только в Майами.

Лейси с трудом верилось, что этот день наступил. Если бы только Макс был ласков, как прежде, она бы наслаждалась путешествием, первым за многие годы. А теперь она чувствовала себя взвинченной.

Всю дорогу во Флориду Макс, как назло, говорил с Майло о делах. Когда они встретились в Майами с остальными и загрузились в фургон, чтобы ехать к отелю на побережье, Макс не захотел сесть рядом с ней. Все поняли, что что-то произошло, но помалкивали. Начало не предвещало ничего хорошего.

Джефф, отвечающий за размещение группы, протянул Лейси ключ от комнаты. На короткий миг его глаза с выражением молчаливого сочувствия встретились с ее глазами, затем она вслед за посыльным прошла к лифту. Ей пришлось пройти мимо Макса, который, поглощенный разговором с Майло, казалось, и не заметил ее ухода.

Они собирались поужинать в столовой и разойтись спать. А утром на большом наемном фургоне направиться в Эверглейд.

Следующие десять дней их домом будет крохотная деревушка на самом краю Эверглейдского заповедника. По-видимому, это лучше, чем сплошная толкотня в поселке сотрудников Флоридского общества охраны животных, где жили обезьяны, привезенные из Южной Америки.

Лейси так угнетало поведение Макса, что от одной мысли о совместной еде ее слегка тошнило. Больше всего ей хотелось спать, и она не желала выносить его мрачного молчания хоть на секунду дольше, чем необходимо. Она позвонила в ресторан и заказала суп и салат в номер.

Позже, когда она уже поела, раздался легкий стук в дверь.

— Лейси, — настойчиво позвал Макс. — Почему ты не спустилась ужинать?

Она откашлялась.

— Потому что очень устала и решила поесть в номере. Я как следует отосплюсь и утром буду в полном порядке. В восемь в вестибюле, пойдет?