Плоды конфликта - Эмилия Лоринг

— Да нет, не стоит. Нет ли других путей увеличить наш доход, пока я…

— Мальчик мой, что ты можешь сделать? Что имеешь ты сегодня? После возвращения из армии ты окончил юридический курс, но должно пройти несколько лет по теперешним временам, прежде чем ты сможешь сам обеспечить себя.

— Но не думаешь ли ты, что я потрачу хоть пенни из денег этого человека, даже если женюсь на его дочери? — прервал его Стивен. — Скажи честно, что ты собираешься делать в случае, если мы потеряем наше имение?

— Да я просто лишусь рассудка! — выпалил отец, но заметив, как сын побледнел при этих словах поправил, — нет, нет, Стив, конечно, я не это имел в виду. Никто из Кортлэндов никогда не был безработным. И я уверен, что не изменю этой традиции. Я думаю, мы вместе переедем куда-нибудь и, наверное, я даже немного помолодею, если не буду лениться.

— Когда ты должен дать ответ Глэморгану? — казалось, что Стив повзрослел вдвое с тех пор, как вся ответственность легла на него.

— Завтра.

— Завтра! Что же, эта девица даже не увидит, меня? Даже не получит шанс убедиться, что выбор, который принесет ей имя и положение в обществе, стоит ее тридцати сребреников?

— Постарайся не горячиться, Стив. Пойми — все, что делает Глэморган, соответствует поставленной им цели. Попытайся принять его таким, каков он есть. У тебя есть возможность увидеть девицу до наступления завтрашнего дня. Ее отец пригласил нас поужинать вместе сегодня вечером после спектакля. Чувствую, что эта девушка готова на самопожертвование ради осуществления мечты ее отца так же, как и ты хочешь пожертвовать собой ради меня — нет, не отрицай этого, — остановил он сына, увидев, что тот собирается возразить. — Я прожил с тобой двадцать семь лет и не замечал некоторых твоих душевных качеств, мой мальчик. Если бы речь шла только обо мне, я послал бы Глэморгана ко всем чертям, но после моей смерти имение должно принадлежать тебе и твоим детям…

Стив усмехнулся в ответ.

— Мои дети! Кто-то собирается превратить мою жизнь в сделку ради благосостояния будущих детей. Нет, избавьте, пускай они побудут еще некоторое время с ангелами на небесах.

— Нет, никто не превращает твою жизнь в сделку. Разве у тебя есть другая девушка? Любишь ли ты кого-нибудь?

Сын засунул руки глубоко в карманы домашней куртки.

— У меня никогда не дрожали коленки при виде смазливой внешности, если ты это имеешь в виду. Правда, раньше я думал о Фелиции Дэнби…

— Фелиция! Но ведь она вышла замуж за Фила Дэнби после того, как ты ушел в армию, а теперь… — он замолчал, размышляя над только что услышанным.

— А теперь они разошлись, и Фелиция стала циничной и жесткой. Я знаю это. У меня никогда не было к ней глубокой сердечной привязанности — ее мысли, ее чувства совершенно чужды мне. Она не узнает истины, даже если та тронет ее за плечо. Я совершенно не разделяю ее взглядов на жизнь, но все-таки что-то влечет меня к ней. Так, наверное, мотылек летит на горящую свечу.

Кортлэнд некоторое время смотрел на огонь в камине, потом перевел взгляд на сына.

— Мы не можем пойти на это, Стив. Слишком большая жертва. Я скажу Глэморгану, что мы отказываемся от его предложения и…

— Нет, не делай этого, по крайней мере, до того, пока мы не встретимся с его дочерью. Видел ли ты ее когда-нибудь? — он продолжил после того, как отец отрицательно покачал головой. — Я опишу тебе внешность этой девицы. Это тип амазонки — вспомни размеры Глэморгана — маленькие глазки, выступающие зубы, смех, который мертвого подымет из могилы, и кошачьи повадки. — Он взглянул на старинные часы в углу. — Я скажу Джудсону, чтобы он подогнал наш седан. Надо поторопиться, чтобы успеть в город на спектакль.

Когда их глаза встретились, сын вдруг воскликнул с задором:

— Готов держать пари, что когда эта леди увидит тебя, она еще больше захочет стать миссис Кортлэнд.

Никто же не сказал, что она хочет выйти замуж именно за Стивена Кортлэнда. Кстати, как зовут претендентку?

— Жеральдина. Отец зовет ее Джерри, — Кортлэнд улыбнулся, впервые за вечер. — Хорошая идея, Стив. Я не подумал предложить себя. Быть может, если дело только в имени и общественном положении, она выберет меня, а тебя оставит в покое. Я думаю, твоя мама простит меня, — улыбнувшись, он взглянул на портрет над камином. — Нет, не годится. Глэморган ясно сказал, что желает, чтобы его зятем стал именно ты, или же…

Улыбка слетела с лица Стивена Кортлэнда, и он произнес: — Повесить мало этого Глэморгана.

Глава 2

Как только Глэморган и его дочь вошли в гостиную, резко зазвонил телефон. Девушка с таким ужасом посмотрела на телефонный аппарат, как будто там могла находиться бомба, затем перевела взгляд на отца. Тот снял трубку.

— Да. Все в порядке. Проводите их наверх. — Он бросил трубку. Его жесткий рот растянулся в удовлетворенной улыбке. — Кортлэнд и его сын внизу, — произнес он. — Ты отдала распоряжения по поводу ужина, Джерри?

— Да, отец. Стол накрыт в столовой. Леон принесет все, как только вы ему позвоните. Я пойду к себе, чтобы переодеться.

Он посмотрел на дочь, и его зеленые глаза засверкали от гордости.

— Сегодня, моя девочка, ты выглядишь, как принцесса.

— Я и чувствую себя принцессой. Ведь принцессы имеют титулы или что-то в этом роде, не так ли? — улыбнулась она, пытаясь скрыть охвативший ее ужас.

— Смотри же, Джерри. Не теряй самообладания. Ведь ты же не поступишь против моей воли?

Она преданно посмотрела ему в глаза.

— Нет, отец. Нам необходимо иметь потомков благородного рода. Если я дала обещание, я сдержу его. Я обещаю тебе, если Стивен Кортлэнд сделает мне предложение, я отвечу ему?: «Да».

Глэморган удовлетворенно прищурился.

— Все верно, Джерри. А вот и они, — добавил он, когда раздался звонок. — Встречай их. Я пойду, переоденусь.

— Я… — она панически бросилась в свою комнату и, захлопнув за собой дверь, прижалась к ней спиной. Сердце ее бешено колотилось. Итак, осуществляется давняя заветная, мечта ее отца. Не искалечит ли это навсегда ее собственную жизнь? Но ведь у нее такой замечательный отец, к тому же. ей очень импонируют романтические традиции и социальное положение семьи Кортлэндов. Она всегда завидовала тем своим друзьям в колледже, которые имели знатных предков. Самые первые впечатления ее детства были связаны лишь с маленькой квартирой да с разгоряченными запачканными шахтерами. Выйти замуж за Кортлэнда в Америке было равносильно тому, чтобы выйти замуж за герцога в Англии. Она испытывала одновременно гордость и благодарность к своему отцу за то, что тот так неутомимо стремился к своей цели и за то, что он сделал такой выбор.