Мир у твоих ног - Джуди Лоусон

— Нет. Я уверена, что разлад в семье произошел после той трагедии.

— Расскажи мне, что же там случилось? Столько разговоров об этой аварии, а связного рассказа я так и не услышала.

— А разве Ник не рассказал тебе?

— Нет, но я должна знать о нем все. Ты так не считаешь?

— Конечно, — убежденно отозвалась Карина, — ты имеешь полное право. Думаю, он просто не стал волновать тебя… Это случилось, — начала она свой рассказ, — то ли в конце зимы, то ли в начале весны три года назад. Ник тогда поехал в Дулут по делам фирмы — по-моему, заключать какую-то сделку, но точно не скажу, он никогда не посвящал нас в подробности своих дел. Его и раньше привлекал этот город, к тому же там жил его старинный приятель еще по университету, и в тот раз Ник решил совместить приятное с полезным — заключить выгодную сделку и навестить приятеля. Но его планам не удалось осуществиться. В тот злополучный день погода была очень холодная и ветреная, дорога обледенела. Какую-то машину занесло, водитель не справился с управлением, и она столкнулась с машиной Ника. Произошла авария.

Беата, словно завороженная, слушала повествование Карины. Та легко, словно пересказывала сводку происшествий, прочитанную в газете, рассказывала историю гибели родителей Беаты. Тревога Карины за брата уже отпустила, изжила себя со временем. Переживания за посторонних людей — тем более. Трагедия стала историей.

Дневные краски померкли перед затуманенным слезами взором Беаты, словно ширмой отгородив ее от реальности солнечного дня. А в голове, словно старый и до боли знакомый фильм, прокручивались кадры того страшного дня, нарисованные воображением. Старое, немое кино, озвученное голосом новой подруги.

— А потом состоялся суд, на котором Доминика Палтроу признали невиновным в гибели той несчастной пары, — торжественно закончила Карина.

Доминик Палтроу. Доминик Палтроу? Так это был он! Боже мой, невероятно! Как я заблуждалась, как была слепа! Не видела ничего или не хотела видеть? Ведь стоит только собрать кусочки мозаики — и все встает на свои места! С чего я взяла, что Ник — это производное от Николаса. Глупая, доверчивая дурочка, не узнала даже полного имени своего избранника, а собралась замуж. Любовь затмила разум, с грустью подумала Беата. Ведь, что-то меня терзало с первых минут нашего знакомства. Что-то необъяснимое, на уровне подсознания. Палтроу. Доминик Палтроу. Убийца моих родителей. Богатенький папенькин сынок, за деньги купивший себе чистую совесть. Вот мы и встретились, вертелось в голове у Беаты, и вместе с этими мыслями в душе проснулась уснувшая ненависть к виновнику ее жизненной трагедии и ему подобным.

— Ты что-то сказала? — обратилась к Беате Карина, заметив, что та беззвучно шевелит губами, устремив взгляд куда-то вдаль.

— Доминик. Я почему-то думала, что его полное имя Николас, — послушно ответила Беата, все еще находясь под властью собственных мыслей.

— Вот так невеста! Даже не знает, какое имя скоро будет носить! — развеселилась Карина. — Зато я теперь точно знаю ответ на свой вопрос. Я знаю, почему Ник так хотел поехать в Дулут.

Потому, что убийцу всегда тянет на место преступления, мысленно ответила ей Беата.

— Он искал тебя — будущую миссис Доминик Палтроу! — искренне веселилась Карина, не замечая перемен в настроении Беаты.

Эти слова, словно острым ножом резанули слух Беаты, потрясли ее настолько, что она, совершенно не отдавая себе отчета в резкости своих слов и действий, сквозь уже не сдерживаемые слезы зло посмотрела на Карину и с вызовом сказала:

— А знаешь, как звали тех людей, ту семейную пару?

— Нет, я никогда не интересовалась этим. Почему ты плачешь, Беата? — В голосе Карины появились нотки беспокойства. — Что с тобой?

— Никогда не интересовалась, как звали тех людей, которые погибли по вине твоего брата? Никогда не интересовалась судьбой их родных?

— Ник не виновен! — воскликнула Карина. — Он пытался избежать столкновения, но не смог. Дорога была очень скользкой. Он сам пострадал, долго лечился за границей, — стала оправдываться Карина.

Но Беата не слушала ее возражений. Беспощадная правда бесцеремонно ворвалась в ее жизнь, разрушила призрачное счастье, предвещая одиночество. Слезы потоком бежали по щекам, рыдания рвались из горла, затрудняя дыхание и мешая говорить.

— Пострадал? Лечился за границей? Как нелепо и жестоко это звучит, когда людей просто больше нет. Нет, и все! А не интересовались вы потому, что просто хотели забыть о них, как о неприятном инциденте. Такие, как вы, цинично вторгаетесь в чужие жизни, безжалостно ломаете судьбы ни в чем не повинных людей, а потом отправляетесь на курорты подлечить нервишки? — с издевкой произнесла она, наблюдая, как расширяются от удивления зрачки Карины. — Свалили вину на мертвых, зная, что они уже ничего не скажут, не опровергнут обвинения в свой адрес! — перешла на крик Беата. Она вскочила с места и теперь возвышалась над изумленной и ничего не понимающей Кариной.

На крик Беаты из дома уже спешил Ник, а за ним показалась тетя Джили.

— Я назову тебе имена тех людей, и пусть они навсегда останутся в твоей памяти. Их звали Алисон и Дитер Воверат и они были моими родителями. Они были молоды и красивы, они любили жизнь и свою маленькую дочь! А теперь их нет! И еще. Я никогда, слышишь, никогда не буду носить имя их убийцы! — выкрикнула Беата, адресуя последние слова подбежавшему Нику.

Он протянул к ней руки, но она лишь посмотрела на него, и в ее взгляде было столько боли и ненависти, что он не посмел дотронуться до нее. Беата со всех ног бросилась в дом и уже через четверть часа покинула семейное гнездо Палтроу.

Никто не чинил ей ни малейшего препятствия, да это было бы совершенно бесполезно. Решимость Беаты поскорее покинуть зловещий дом со всеми его хозяевами и гостями была непоколебима. Каждое ее движение было пропитано ненавистью и отвращением ко всему окружающему, и она очень торопилась вырваться из дома Палтроу.

Каждый из обитателей дома по-своему отнесся к разыгравшейся драме и ее последствиям.

Миссис Палтроу и Лиллиан были безумно рады. Обе облегченно вздохнули. Безусловно, мать Ника и дальше продолжила бы борьбу с самозванкой за счастье своего сына, но она, как и ее добровольная и в немалой степени заинтересованная помощница, даже не смела надеяться, что так быстро и совершенно без каких-либо усилий с ее стороны сможет избавиться от нежелательной невестки. А в том, что они обе гарантированно от нее избавились, — в этом никто из них не сомневался. Такое не прощается.

И все же они были немало удивлены, что Беата отказалась от блестящего будущего, которое было бы ей обеспечено молодым успешным мужем и солидным счетом в банке. За чашкой вечернего чая, откровенничая на веранде, сообщницы были вынуждены признать, что ошибались в мотивах Беаты. К их взаимному разочарованию, они сошлись во мнении, что ею руководили истинные чувства к Нику, а не желание поудобнее устроиться в жизни. Лиллиан мысленно позлорадствовала и назвала Беату дурочкой, а миссис Палтроу прониклась к Беате уважением и даже немного, совсем чуть-чуть, вроде бы пожалела ее. Но сути дела это не меняло — своя рубашка ближе к телу. Обе были счастливы, и ни у одной из них не зародилась даже капелька настоящего сочувствия к несчастной девушке, сочувствия к разбитой любви, а может, и всей жизни. Ни одна из них не задумалась и о чувствах Ника, который заперся у себя в комнате и нервно мерил шагами расстояние от окна до двери.