Волшебное преображение - Кэролайн Кросс

Вначале она отбросила эту мысль как абсурдную и приказала себе забыть о ней. Люди часто говорят в сердцах вещи, которые вовсе не имеют в виду. Гейб человек сообразительный и за их не очень длинную совместную жизнь научился понимать ее. Он должен знать, что она предана и благодарна ему.

Хотя… Мэллори никогда не говорила ему о своих чувствах. И чем больше Мэллори думала об их отношениях, тем яснее понимала, как сильно скучает по нему, несмотря на занозу недоверия, засевшую в сердце. Гейб держал дистанцию и имел на это основание: она действительно нуждалась в некотором времени, чтобы понять свои истинные желания и разобраться в собственных чувствах.

— Если ты приняла решение, тогда спеши, — быстро зашептала Эбигейл, пожимая руку Мэллори, когда водитель заглушил двигатель лимузина. — Прими один совет, дитя. Не нужно пытаться, просто действуй.

Играет ли это ее воображение, или же властная восьмидесятилетняя бабушка Лайлы сама толкает ее в объятия Гейба?

Мэллори весело засмеялась и прижалась губами к тонкой, почти прозрачной коже на щеке Эбигейл.

— Благодарю вас, миссис Соммерс. За все. Не знаю, что бы я делала без вас. Если бы вы не разыскали меня тогда на улице и не увезли с собой… — Она сделала паузу, справляясь со слезами в голосе. — Я никогда не смогу отплатить вам за доброту.

— Чушь! — резко возразила старушка. Шофер открыл дверь со стороны Мэллори, и Эбигейл замахала руками, выпроваживая Мэллори, пока та не заметила увлажнившиеся глаза своей спасительницы.

— О боже, Кларенс, — обратилась Эбигейл к своему седому шоферу, — наше юное поколение вызывает в нас сентиментальные чувства. Ты согласен со мной?

— Да, мадам, — торжественно ответил тот, подмигивая Мэллори и подавая ей руку. — У вас все будет в порядке, мисс, — улыбнулся он девушке, оставляя ее возле входной двери и прикладывая руку к фирменной фуражке.

Затем лимузин развернулся и величаво удалился. Мэллори подергала дверную ручку и, к своему удивлению, обнаружила дверь незапертой.

На секунду Мэллори задержалась на пороге, сделала пару глубоких вдохов-выдохов и вошла внутрь.

Гейб стоял у высоких окон в глубине дома и угрюмо смотрел на просторный задний двор, где они не так давно играли в баскетбол. Мэллори никогда не видела его в таком виде: линялая черная футболка, видавшие виды джинсы, волосы спутаны, щеки покрыты многодневной черной щетиной. Он совсем не походил на того самоуверенного улыбчивого красавца, каким она привыкла его видеть.

Ухо Гейба уловило шаги со стороны входной двери, и он начал поворачиваться.

— Черт, Купер, я же сказал… — Слова замерли у него на губах. — Мэллори. Ты здесь.

— Да. Я пришла.

На миг его глаза сузились, затем он сделал быстрый шаг по направлению к ней — ее сердце подскочило и тут же упало в пятки. Он резко остановился с непроницаемым выражением лица.

Не бойся, подбодрила она себя, стараясь контролировать биение своего сердца. На секунду ей показалось, что разговор будет легким, что они просто упадут в объятия друг друга, поцелуются и между ними воцарится мир и гармония, как и раньше…

Впрочем, жизнь штука трудная, и Мэллори успела в этом убедиться. Иногда приходится рисковать, обнажая свои чувства и надеясь на лучшее.

Мэллори сделала судорожный вдох, затем быстро выдохнула, откашлялась.

— Мне нужно сказать тебе кое-что.

Гейб засунул руки в карманы и наклонил голову.

— Я слушаю.

Она с затаенной болью ласкала взглядом прямую линию его напряженных плеч.

— Мы оба наговорили друг другу много обидных слов тем вечером, но я не собираюсь просить прощение за большинство из них, хотя есть одна вещь, по поводу которой я очень сожалею. Ты абсолютно не похож на моего отца. Ты сильный, честный и надежный, на тебя можно положиться… — Мэллори перевела дух, пытаясь оценить его реакцию. Он не двигался, и ее сердце сжалось. — Пойми меня правильно. Я все еще не согласна с методами, которые ты использовал, пусть и во благо мне. Я знаю, ты полагал, что помогаешь мне. Но твои методы несколько топорны. Ты делаешь только то, что считаешь нужным, но намерения твои искренние и чистые. И это имеет большое значение для меня. — Мэллори с трудом сглотнула ком в горле. — Я пытаюсь сказать тебе… — она отважилась на робкую улыбку, ища в его лице одобрение или хотя бы намек на снисхождение, — что люблю тебя, Гейб. Я совершила много ошибок, но если ты заинтересован в том, чтобы дать нам второй шанс…

Она не успела закончить предложение, как он со скоростью молнии подлетел к ней и заключил ее в объятия.

Все, что ощущала сейчас Мэллори, — это невероятную радость и облегчение. Она слышала громкое биение его сердца, и остатки скованности и напряжения растаяли как дым.

Крепко обхватив ее руками, Гейб погрузил лицо в массу золотистых, пахнущих цветами волос.

— Господи, как ты напугала меня, — наконец выдохнул он, отпуская девушку. — Неожиданно возникла ниоткуда и выглядела такой серьезной и невероятно красивой. Я уж подумал… — он осторожно прикоснулся руками к ее щекам и прижался своим лбом к ее лбу, стараясь обрести голос, который пропал от волнения, — что ты пришла попрощаться и я не успею сказать тебя, как сильно сожалею о причиненной тебе боли. Я натворил столько глупостей, что мне нет оправдания, но я хочу так много поведать тебе… о прошлом, о моих чувствах к отцу, которые я только сейчас начал понимать. Теперь все это может подождать.

Гейб слегка отклонился назад, его лицо волшебным образом преобразилось: глаза приобрели чистый изумрудный оттенок, горестные морщинки у рта разгладились. Любуясь им, Мэллори впитывала каждое его слово.

— Да, весь мир может подождать, за исключением одного — моей любви к тебе, Мэл. С самого начала я действовал нахрапом, я всегда был таким — властным, решительным, и считал эти черты достоинством, упрямо не желая брать в расчет чувства других людей. — Уголки его рта опустились. — Я был убежден, что моя жизнь совершенна и мне не нужны никакие сложности и обязательства, и продолжал бы искренне верить в это, если бы тогда не пришел в ресторан «У Аннабел» и не увидел тебя… такую потерянную, несчастную. И я понял, что не смогу жить в ладу с собой, если уйду и брошу тебя в таком плачевном положении. И знаешь что?

Она отрицательно покачала головой, огромными глазами следя за каждым изменением его лица и зная, что никто в мире не будет любить ее сильнее Гейба.

— То, что я отважился помочь тебе, стало лучшим решением в моей жизни. И если ты дашь мне возможность, клянусь, я положу всю свою жизнь на то, чтобы сделать тебя самой счастливой, чтобы никакие беды не угрожали тебе.