Фарфоровое сердце - Сьюзен Нэпьер

— Конечно.

— Может, это коммерческий или спасательный вертолет. Нет, это не Итан, его вертолета не было возле дома Питера, это не может быть он.

— Но ведь есть телефоны, — невинным голосом произнес Дилан.

— Ты позвонил ему!

— Нет.

— Значит, написал Итану сообщение, когда мы плыли на лодке!

— Привычка, — пожал плечами Дилан. — Я всегда сообщаю брату, где нахожусь. На всякий случай. Чтобы не произошло... неловкой ситуации.

— Имеешь в виду, когда кто-то из вас привозит сюда женщину?

Вертолет явно приземлился на площадке позади дома.

— Лучше пойду, посмотрю, что ему нужно.

— Ты знаешь, что ему нужно, предатель! — крикнула ему вслед Эмили. — Твоя голова на плахе — вот что! — И она снова повернулась к окну.

Эмили ожидала увидеть братские разборки, но вместо этого Итан обменялся с Диланом парой слов, после чего тот отвязал лодку, вскочил на борт и отчалил.

Сердце бешено забилось у Эмили в груди. Она замерла. Сейчас дверь резко распахнется, и Итан ворвется сюда с криком. Но она снова не угадала. Прошло несколько минут, прежде чем раздался тихий стук.

Дрожащей рукой Эмили пригладила волосы и отворила дверь.

Итан одной рукой опирался на косяк. В простой футболке и джинсах он выглядел обычным парнем, который вернулся домой после тяжелого рабочего дня. Он был босиком, а его туфли аккуратно стояли рядом с ее сланцами у порога.

— Я забыл ключи. Можно войти? Покраснев, Эмили отошла в сторону.

— Разумеется... это же твой дом.

— Рад, что ты уточнила. Потому что на минуту я усомнился в этом.

— Итан...

Он не дал ей продолжить, заняв центр комнаты.

— Тебе нравится?

От волнения Эмили едва не потеряла дар речи, когда увидела его обнаженные сильные руки.

— Ч-что... нравится?

— Дом.

— Да, да, конечно, очень красивый, особенно...

— Что?

Эмили закусила губу.

— Сад.

— Ах, сад. — Итан приблизился и заглянул ей в глаза. — Ничего не хочешь мне сказать?

Эмили знала, что речь идет не о розах.

— Итан, прости...

Но его не интересовали извинения.

— Никогда больше так не делай.

— Не сбегать с Диланом? — слабо пошутила девушка.

— Не делай предположений обо мне.

— Но... Питер... он сказал тебе...

— Да. В присутствии Эндрю. Всю долгую грустную историю. Дядя показал мне все так называемые доказательства. Но как бы там ни было, ты мне не кровная родственница.

— Я никогда и не претендовала...

— Думаешь, я не знаю? Все это из-за чувства вины Питера. И мне известно, что ты не пришла к нему, выдавая себя за его внучку, поскольку никто не знал до этих пор, что таковая у него есть! И все же ты решила, будто я сделаю неправильные выводы. Я думал, ты лучше меня знаешь. Кажется, тебе нужен еще один урок. Но не сейчас. Хватит с меня разговоров. — На его губах появилась соблазнительная улыбка. — Я хочу, чтобы весь мир исчез и оставил нас наедине с самым важным. — Итан не прикасался к ней, но его бархатный голос обволакивал, словно бархат, лаская слух и кожу. — Я хочу заняться с тобой любовью, здесь и сейчас, в моем доме, открыто и только вдвоем... без родственников и тех, кто может прервать нас... Только ты и я... Мы покажем друг другу, как нам может быть хорошо вместе.

Итан взял лицо Эмили в свои ладони и поднес губы к ее губам, украв у девушки очередной поцелуй. И все волнения и тревоги вдруг испарились, растаяли в роскоши и страсти этого слияния губ.

Тучи сгущались за окном, а в комнате сгущались страсти. Итан с легкостью снял с Эмили футболку, и на этот раз она осталась перед ним в красном бра и трусиках. Итан провел рукой по краю лифчика.

— Ты надела это для меня?

— Конечно. — Эмили выгнула спину, подавшись к нему всем телом, пока его рука скользнула ниже по животу и остановилась меж бедер.

— Ты уже готова принять меня? — прошептал Итан, другой рукой найдя застежку лифчика и высвободив ее прекрасную спелую грудь.

У него дрожали руки, когда Итан расстегивал свою рубашку, и тогда Эмили помогла ему избавиться от ненужной одежды. Увидев его обнаженную грудь, девушка вскрикнула.

— В чем дело? — спросил Итан.

Эмили поиграла пальчиками с волосками у него на груди.

— Ни в чем.

— Мне остановиться и побриться? — пошутил он.

— О, нет, ты мне нравишься и так. — И Эмили доказала ему это, лаская и целуя его.

Итан поддался этому невероятному эротизму. Его руки гладили ее нежную кожу, губы срывали страстные поцелуи, один за другим, как спелые ягоды в саду.

Подхватив Эмили на руки, Итан понес ее в свою спальню. Он откинул покрывала и уложил девушку на прохладные белые простыни. Она потянулась, заведя руки за голову, и призывно качнула бедрами, приглашая его присоединиться к ней.

Одним движением Итан снял с себя оставшуюся одежду и опустился на кровать, где Эмили уже ждала его, обнаженная и такая сладкая.

— Я собираюсь насладиться моим тайным розовым садом, — улыбнулся он сладострастной улыбкой. — Ты ведь была здесь, да, Эмили? В моей спальне... это единственная комната, откуда виден мой розовый сад. Ты лежала в этой постели, мечтая обо мне? Воображая, как я касаюсь тебя здесь... и здесь... и особенно здесь...

Его пальцы коснулись ее пульсирующей от желания плоти, вызывая приятную дрожь во всем теле.

— Я обнимала твою подушку, представляя, что это ты, — призналась Эмили.

— И я был таким же нежным?

Эмили простонала, сдаваясь в плен его ласк, которые с каждым разом становились все смелее и эротичнее. Итан достал из прикроватной тумбочки презерватив и надел его. Затем перевернулся на спину, увлекая Эмили за собой.

— Вот так. Я хочу видеть тебя, целовать, играть с тобой, пока буду внутри тебя... — И он медленно опустил Эмили на себя. — Да, вот так, вот так... а теперь люби меня.

Люби меня. Сердце девушки наполнилось радостью.

— Я люблю... люблю...

Их тела слились в едином ритме, страстном, как аргентинское танго. Слова замерли, остались лишь стоны. Говорили руки, губы, кричали глаза. А потом весь мир превратился в одно размытое пятно, когда волны экстаза подняли их до невиданных высот...

Но и этого Итану было недостаточно. Эмили не успела еще прийти в себя, как он перевернул ее, на этот раз взяв инициативу в свои руки. Ее тело выгнулось ему навстречу. Эмили обвила ногами его торс, пропуская Итана глубже. Ее ноготки царапали его спину, оставляя на коже метки страсти, пока наконец руки не замерли у него на плечах, когда тело сковала мощная волна наивысшего наслаждения...

А после они лежали в объятиях друг друга, не в силах даже пошевелиться.