В ожидании признания - Инга Берристер

– Нет, – осторожно поправил Луиджи. – Подскажет ему, что может быть достигнуто при более позитивном подходе... Взгляд со стороны, если вам так больше нравится. У меня есть кое-кто на примете, работающий на нашу компанию в качестве дистрибьютора на Западном побережье. Этот человек – прекрасный специалист, но его будет не так-то просто убедить приехать сюда. Только это уже моя проблема. А вам они не интересны, не так ли? Вас волнует только Тео, что, в конце концов, понятно, ведь вы же любовники.

– Любовники? – удивленно переспросила Карина.

– Когда это началось? После смерти мужа... или до? – злые нотки послышались в голосе собеседника.

Боже, что это?! Гатти думает, что они с Тео любовники!

– О'кей, я понимаю, что ваш... брак, возможно, не... удовлетворял вас, но, черт побери, такая женщина, как вы, могла бы найти свободного мужчину для таких целей! И не одного...

Кора в шоке уставилась на него.

– У вас нет никакого права строить такие предположения на мой счет, – резко произнесла она. – Вы ничего не знаете обо мне... и моем браке.

Хотя даже если бы его слова оказались правдой, Карина скорее умерла бы, чем призналась в этом. Его предположение очень сильно задело, но вовсе не по той причине, о которой думал Гатти!

– Я бы никогда не позволила себе подобного! – искренним тоном проговорила она. – Никогда!.. Я не могу...

Ее тон еще больше разжег ярость Луиджи. Как она может отрицать, если он сам все прекрасно видел и слышал? В конце концов, если ей обязательно нужно было встречаться с кем-то, можно было найти кого-нибудь более достойного, чем бедный, угнетенный родственник.

– «Не могу»! – презрительно повторил он. – О, перестаньте! Вы зрелая женщина, были замужем... Ваше тело знает сладость желания и влечения... Вы должны...

– Нет! – запротестовала Карина. – Нет, это невозможно... я никогда не могла... просто у меня никогда не... Да...

Что-то в ее голосе, в лице заставило Гатти замолчать. Он испытующе оглядел ее. 'Кора в секунду превратилась в призрака – под глазами залегли темные круги, в голосе зазвучал стыд... Словно ей причинили боль.

– Что такое? – спросил он. – Что вы пытаетесь сказать?

– Ничего, – произнесла Карина не своим голосом, отворачиваясь.

Но Луиджи схватил ее за руку и удержал, не давая уйти.

– Нет, вы не можете просто так уйти. Вы никогда не могли... У вас никогда не было... чего?

Кора, вся дрожа, не могла поднять на него глаза.

Это неизбежно, подумала она. Он не отпустит, не услышав ответа. Карина закрыла глаза и попыталась справиться с паникой, охватившей ее. Как она могла поставить себя в такое положение, обречь на подобное?

Еще будучи ребенком, Кора хорошо усвоила, что верный способ избежать скандала – признаться во всем. Именно так она вела себя с тетушкой.

– Я никогда не могла иметь любовника, потому что не знаю, что такое секс, – с неизвестно откуда взявшимся спокойствием ответила Карина.

Она вся залилась краской, чувствуя себя униженной и раздавленной. Никто не имел права заставлять ее признаваться, снова заставлять переживать все.

– Оливер, наш брак... Оливер женился на мне только потому, что хотел, чтобы у Барби была мать. Я знала... Он говорил мне, что никогда не сможет полюбить никого так, как любит Сару. Он женился на мне только ради Барбары...

– И вы приняли это? – упорствовал Гатти. Было что-то в ее словах, чего он никак не мог понять. Неужели она так сильно любила мужа и надеялась, что когда-нибудь он полюбит ее? Гатти чувствовал жалость и одновременно злость.

– Да, – подтвердила Карина.

– Но почему? – не отступал он. – Почему вы вышли замуж за человека, который не любил вас и никогда бы не полюбил, и вы это знали? За человека, который всю жизнь был безумно предан другой, который не дал вам ни детей, ни радости секса, который не был близок вам даже в душе...

Луиджи замолчал, увидев, как задрожала Кора при упоминании о сексе.

– Что-то не так? – с любопытством поинтересовался он. – Что-то случилось?

– Я сама не возражала против того, что Оливер хотел видеть во мне только мать для своей дочери. А что касается секса, то я никогда не хотела этого ни с ним, ни с кем-либо другим...

Мучительно долгий миг они смотрели друг на друга.

– Вы не хотели секса ни с ним, ни с кем-либо другим... – повторил Гатти.

И все равно, что-то в этих словах не соответствовало ее поведению. Не было страсти, но не было и отказа в тот раз, когда он... Шок, да... и злость тоже. Шок, злость и возбуждение. Луиджи в который раз пролистал в своей памяти события того дня, вспоминая, не было ли чего, что могло расстроить Кору.

Потрясенный, он уже было собрался уйти, ошеломленный ее словами и не зная, что сказать или сделать, но, взглянув в испуганные глаза, увидел, что они наполнены едва сдерживаемыми слезами.

– О черт, идите сюда, – грубо, но взволнованно пробормотал Гатти.

Он инстинктивно притянул ее к себе, желая уберечь и защитить от воспоминаний прошлого. Сильные мужские руки готовы были принять на себя все беды и несчастья. Он крепко прижимал Кору к себе, поглаживая одной рукой ее роскошные волосы.

– Все хорошо... все хорошо, – приговаривал Луиджи. – Мне очень жаль, что я расстроил вас. Я не... То, что я сказал, непростительно.

Глухой стон был ему ответом.

– Поговорите со мной, Карина, – сказал он, тяжело вздохнув, чувствуя, как дрожит ее тело от безуспешных попыток сдержать рыдания. – Поговорите со мной... Расскажите, пожалуйста, все.

– Я не могу, – еле выговорила Кора. – Не могу...

– Нет, вы... Господи, конечно можете... что бы это ни было, все рассказать мне.

Именно так он успокаивал братьев и сестер, помогая им пережить детские горести. Только Карина не была ребенком и не была его родственницей. Его тело в который раз напомнило об этом. Слава богу, что ее состояние не позволяет заметить его возбуждения.

– Расскажите мне, – настаивал Гатти и добавил, улыбаясь, – а то я вас не отпущу.

– Был один мужчина, – неохотно начала Кора. – Из университета. Мы снимали двухэтажный дом большой группой однокурсников. Я впервые начала вести самостоятельную жизнь и, полагаю, слыла слишком наивной простушкой. Моя тетка была очень строгой. У меня... у меня было очень мало опыта, я не знала...

Он... он пришел ко мне в комнату и спросил, можно ли позаниматься у меня, так как у него не было учебников. Потом он пришел еще раз и предложил сходить с ним в кино. Я... Я только что вышла из ванной... Я была в ночной рубашке и в халате... Я не знала, просто не могла предположить, что такое может случиться со мной. Я отвернулась, чтобы достать фен. А он грубо обхватил меня сзади...

Кора облизнула пересохшие губы. Ее глаза потемнели от всплывших в памяти событий.