Мир у твоих ног - Джуди Лоусон

— Я хочу, Ник, очень хочу.

— Я рад, — радостно и с облегчением выдохнул он. — У меня сюрприз. Ты можешь взять отпуск со следующей недели, а еще лучше вовсе уволиться?

— Уволиться? Ник, ты не торопишься?

— Нет, не тороплюсь. Беата, тебе надо учиться. Есть еще время для подготовки к вступительным экзаменам. Я давно хотел поговорить с тобой об этом, но не решался.

— Ник, но… — замялась Беата. Ей так неловко было говорить ему о своих финансовых проблемах.

— Я понимаю тебя, не надо ничего объяснять. Я приеду, и мы обо всем поговорим. Жди меня в пятницу вечером. Целую тебя, любовь моя.

— Целую. Пока.

Беата положила трубку на рычаг и задумалась. Еще два дня! Только два дня, целых два дня! Радостное возбуждение от долгожданной новости о скором приезде Ника быстро улетучилось, сменившись непонятным чувством тревоги. Что значит его «приеду навсегда»? А колледж? Что он сказал про поступление в колледж? Может, ему стыдно за нее? Нет, все это не укладывалось у нее в голове. Ник начинает оказывать ей покровительство, проявляет щедрость богатенького бизнесмена. Этого ей больше всего не хотелось. Она старалась отогнать от себя всякие мысли об их социальной разнице. Беата очень боялась, что его щедрость и ее финансовая зависимость, если он начнет оплачивать учебу в колледже, уничтожат их любовь, сделают из нее безмолвную рабыню, а его полноправным хозяином. Нет, она может быть любящей женой, но не содержанкой. Черные мысли, словно змеи, стали заползать в душу, отравляя радость от предстоящей встречи. Поэтому Беата твердо решила не задумываться над словами Ника и не искать в них тайного смысла, пока он не приедет и не скажет прямо о своих намерениях.

Довольная мудрым решением, Беата бодро взялась за уборку и без того чистой и ухоженной квартиры. Следующим вечером, уже после работы, она зашла в супермаркет и закупила продукты, не забыв все же без четверти восемь занять выжидательную позицию у телефона. Ник позвонил и подтвердил свой завтрашний приезд. Беата была вне себя от радости. Конец разлуки! Конец бесконечному ожиданию! Ура!

Все страхи и волнение моментально улетучились, как только Беата открыла дверь и Ник заключил ее в свои объятия, рассыпав у ее ног, целую охапку алых роз. Его поцелуй был нежен, жарок и страстен. Это был поцелуй изголодавшегося по любимой женщине мужчины, по ее телу, ее ласкам. Потому, обменявшись лишь несколькими фразами, Ник подхватил Беату на руки и понес в спальню.

Все произошло стремительно и безмолвно — да и зачем слова, когда вместо них говорят прикосновения, взгляды, поцелуи? Ник словно вновь изучал тело любимой, словно искал произошедшие за время его отсутствия перемены. Его язык и руки были везде, бродили по телу, вызывая восторг у Беаты. Она извивалась и стонала. Ник припадал к ее округлой, налитой, словно персик груди и нежно посасывал и покусывал сосок, одновременно гладя бархатистую кожу бедер… Горячие волны прокатывались по телу Беаты, и она дрожала, трепетала, как лепесток под порывами ветра. И вот Ник одним сильным рывком вошел в нее. Из его горла вырвался вопль довольства. Крепко обняв его руками и ногами, она сосредоточилась на ощущениях, улавливая движения внутри себя и реагируя на приливы острого наслаждения. Еще мгновение — и она уже вместе с ним танцует первобытный танец любви, завораживающий своей простотой. Время потеряло свой счет. Еще… Еще… Еще несколько секунд — и перед невидящим, затуманенным страстью взором вспыхнули мириады звезд. В то же самое мгновение Ник, сделав последний сильный толчок, со стоном упал на счастливую и уставшую Беату, и она почувствовала, как его горячее семя растеклось в ней.

Когда любовники вернулись из сладостного полета, Ник лег рядом с Беатой и крепко прижал ее к себе. Словно по волшебству в его руке оказалась маленькая бархатная коробочка такого же алого цвета, как те розы, что остались лежать на полу в коридоре. Ник нажал на скрытую под бархатом кнопку, и коробочка открылась, пустив на потолок сотни маленьких солнечных зайчиков. Колечко воистину было волшебной красоты, и Беата на мгновение зажмурилась, боясь поверить в собственное счастье.

— Ты выйдешь за меня замуж? — услышала она шепот Ника и открыла глаза.

Его взгляд светился нежностью и любовью, и Беата утонула в бездонном омуте его глаз. — Сколько раз за время их разлуки она представляла себе этот момент! И вот он настал!

— Да, — ответила она, и ее лицо осветилось счастливой улыбкой.

Ник надел ей на палец заветное кольцо и нежно ее поцеловал.

Когда первые эмоции улеглись и оба смогли здраво рассуждать и говорить, не перерывая речь ежеминутными поцелуями, Беата устроилась на плече у Ника и мечтательно уставилась в пустоту.

— У нас будет самая счастливая семья, — сказала она. — Ты хочешь детей?

— Да, и не менее двух. А ты?

— Очень. Я буду любить их и заботиться так же, как мои родители обо мне. Знаешь, Ник, у меня было очень счастливое детство. Наши дети тоже должны быть счастливы, на другое я не согласна.

— Обязательно будут счастливы, любимая. Мы сделаем для них все от нас зависящее.

— А твоя мама не будет против твоей женитьбы? — спросила она так, между прочим.

В данный момент ей было настолько хорошо, что ничто не могло смутить ее покой, поэтому ей не был важен ответ Ника. Она не сомневалась, что, когда ее будущая свекровь узнает, как они любят друг друга, все возможные недоразумения разрешатся сами собой. Поэтому она не заметила напряжения Ника и дрожи в его голосе.

— Об этом, если ты, конечно, хочешь, сможешь узнать очень скоро у нее самой. Я планировал провести несколько дней в кругу моей семьи. Но, если…

— Конечно, хочу! Я буду рада познакомиться с твоей мамой и сестрой. Я уже люблю и уважаю их, потому, что это твои родные и потому, что ты такой замечательный, — поторопилась заверить его Беата.

Ник опять промолчал, но его настроение заметно ухудшилось. Беата немного растерялась, но не стала учинять допроса, дабы не портить столь замечательный вечер. Все разрешится само собой, подумала она. Теперь надо быть мудрой и рассудительной, ведь она почти замужняя женщина.

— Я приготовила тебе ужин. Правда он, наверное, уже остыл. Я не думала, что мы… — Беата смутилась и не закончила фразу.

— Сначала займемся любовью, — договорил за нее Ник. — Привыкай. Думаю в ближайшие тридцать — сорок лет я все время буду испытывать любовный голод, — усмехнулся он и почувствовал, как его тело живо отозвалось на его же слова. — Да, — он снова окинул взглядом Беату, — не суждено нам сегодня отведать твоих кулинарных изысков. Боюсь, что я так никогда и не узнаю, какая ты хозяйка…