Любовная сделка - Флора Дагерти

Остановившись на последнем варианте, она, было, двинулась в сторону такси, и в этот момент на площади показался серебристо-серый «роллс-ройс» и остановился рядом с ней.

Шофер в серой ливрее вылез из машины и прикоснулся к козырьку фуражки.

— Мисс Стентон? Мистер Фред выражает сожаление, что не успел встретить ваш поезд. Он ждет вас дома. Прошу вас, — сказал он, открывая и придерживая заднюю дверцу «роллса», пока Элизабет садилась в машину.

Жаль, что Фред не смог встретить ее, ведь она предполагала, что по дороге она посвятит его в свой план.

— Прекрасный вечер для приема, — заметил шофер, когда, миновав тихую деревушку, они выбрались на прямую дорогу, обсаженную соснами.

— Да, великолепный, — рассеянно согласилась Элизабет, погруженная в свои размышления. А что, если прошлым вечером он в самом деле был настроен серьезно и решил обручиться с ней? Сомнительно, но не исключено. В таком случае, он должен был все рассказать матери и сегодня она станет предметом обсуждения для остальных гостей.

Впрочем, каковы бы ни были его намерения, она должна как можно скорее остаться с ним наедине.

«Роллс» миновал высокие каменные ворота, сбросил скорость и по длинной, выложенной гравием дорожке, окаймленной кустами, подъехал к внушительному строению из светлого камня. Элизабет увидела огромное скопление роскошных лимузинов — их было не меньше двадцати. Волнение охватило ее в ожидании предстоящих событий.

Как только водитель открыл перед ней дверцу, со ступенек парадного крыльца сбежал Фред. Он в самом деле очень симпатичен, подумала Элизабет: высокий, стройный с вьющимися золотистыми волосами и веселыми карими глазами. Но сейчас он даже не улыбался. Видно было, что он нервничает.

— Бетти… привет, рад, что ты выбралась. — Он положил ей руку на плечо и легко коснулся губами ее волос. — Можешь отогнать машину, Адам, маме сегодня вечером она не понадобится, — сказал он, повернувшись к шоферу. И, взяв Элизабет за руку, торопливо потянул ее по ступенькам в большой холл, пол которого был выложен изразцовыми плитками. В центре стоял старинный резной стол, а стены были увешаны картинами в тяжелых позолоченных рамах.

Едва Элизабет открыла рот, чтобы посвятить его в свой план, как он буквально затараторил:

— Мне так жаль, что я не смог встретить твой поезд. Всегда возникает такая куча мелочей, за которыми надо проследить, и мама вечно наваливает их на меня, словно у меня нет других дел. Тебе лучше снять шаль, в саду она тебе не понадобится. — Он приоткрыл дверь и едва не втолкнул ее в гардеробную.

Элизабет присоединила свою шаль к куче элегантных броских одеяний, висевших на вешалках, бросила на себя беглый взгляд в зеркало в тяжелой раме и вышла к Фреду, ожидавшему ее за дверью.

— Фред, мне необходимо кое-что сказать тебе до того, как… — начала она.

— Закуска снаружи, — перебил ее Фред и, обняв за талию, повлек за собой. Миновав оранжерею, они вышли на огромную террасу. — Давай поклюем что-нибудь до того, как гости все съедят. Я проголодался, не сомневаюсь, что и ты тоже.

Элизабет сделала последнее усилие.

— Дело в том…

Но он приложил палец к ее губам.

— Не нервничай, радость моя. Я и сам тут никого не знаю, это мамашина компания. Пошли.

Вздохнув Элизабет сдалась. Они оказались среди гостей, собравшихся на лужайке. Пусть Фред принесет ей что-нибудь поесть, и после этого она объяснит ему, что им нужно уединиться и поговорить, решила Элизабет. Она огляделась. Высоко в ветвях мигали китайские фонарики; гости, разбившись на группы, смеялись, болтали или сидели за маленькими столиками в ожидании начала пиршества. Между гостями сновали две служанки, разнося полные подносы. Дамы были в дорогих изысканных туалетах, и Элизабет выделялась в своем простеньком платьице из магазина готовой одежды. Впрочем, это неважно, она отнюдь не чувствовала себя участницей этого светского приема.

— А вот и мама, — сказал Фред. — Пойдем, я познакомлю тебя с ней. — Он провел ее на террасу, где худенькая изящная женщина давала указания одной из служанок. Когда та отошла, Фред подтолкнул Элизабет вперед.

— Мама, это Элизабет Стентон. Я говорил тебе о ней.

Вежливо улыбнувшись, миссис Джеймс протянула прохладную ладонь. На вид ей было лет пятьдесят с лишним. На ней был броский брючный костюм из черного крепдешина с широким инкрустированным поясом и длинные серебряные серьги.

— Как мило было со стороны Фреда пригласить вас, Элизабет, — проворковала она высоким голосом. — Надеюсь, что вы приятно проведете этот вечер.

— Благодарю вас, — пробормотала Элизабет. Пока вечер складывается не лучшим образом, невесело подумала она.

Взгляд миссис Джеймс скользнул по компании гостей, рассыпавшихся по лужайке.

— Фред, дорогой, похоже, полковнику и миссис Смит нечего выпить. Позаботься о них, пожалуйста, будь хорошим мальчиком.

Фред послушно подчинился, исчезнув среди гостей, и, как показалось Элизабет, с чрезмерной поспешностью, словно хотел поскорее отделаться от нее.

Миссис Джеймс прошла в дальний конец патио и села на деревянную скамью.

— Присядьте, Элизабет, мы немного побеседуем, — сказала она, указывая на место рядом с собой.

У Элизабет замерло сердце. Это приглашение могло означать лишь то, что Фред серьезно отнесся к помолвке и сообщил новость своей матери, которая, вне всякого сомнения, не обрадовалась ей. Простая секретарша вряд ли может быть подходящей партией для директора лондонского отделения фирмы «Джеймс и сыновья», одной из самых старых и солидных фирм — импортеров вина. Присев, Элизабет вся напряглась, пока миссис Джеймс внимательно разглядывала ее своими светло-серыми глазами. Неожиданно она улыбнулась, и ее суховатое лицо смягчилось.

— Вы и в самом деле очень симпатичная девочка, Элизабет. Я вполне могу понять своего сына, кроме того, он очень ценит вашу секретарскую работу.

— Я стараюсь, — с легкой запинкой ответила Элизабет. Ситуация в самом деле была абсурдной.

Миссис Джеймс положила руку ей на плечо и сжала его.

— Не сердитесь на меня, моя дорогая, я не собираюсь оказывать вам покровительство. Просто я боюсь, что вы можете болезненно воспринять то, что я обязана вам сказать, а я не люблю обижать людей.

— Думаю, я знаю, что вы собираетесь сказать мне, — перебила ее Элизабет, — и я должна…

— Прошу вас, моя дорогая, сначала выслушайте. Фред очень похож на меня. Он тоже очень чувствителен и терпеть не может обижать кого-либо, поэтому и попросил меня объяснить вам, чтобы у вас не создалось неправильного впечатления. Он достаточно импульсивен, в чем вы, я не сомневаюсь, уже успели убедиться, работая с ним, но он не может не понимать, что ему еще несколько лет предстоит утверждаться в фирме прежде, чем думать о семейной жизни. В течение двух последующих недель он будет во Франции, и мы оба считаем, что этого времени будет вполне достаточно, чтобы положить конец вашим отношениям.