Поцелуй во мраке - Кимберли Логан

Девушка вздохнула и осторожно опустилась на край кровати, на которой лежала Дейрдре.

– У меня было время о многом подумать, пока я была заперта в комнате рядом с тем дьяволом. И мне показалось удивительным, что ты хочешь меня найти после всего, что я тебе сделала. Я сознательно старалась причинить тебе боль... – Она покачала головой. – Бедная миссис Питершэм!

Тристан тихо рассмеялся.

– С ней все обойдется. Мои гувернантки всегда приходили в себя...

Они понимающе посмотрели друг на друга, и Эмили робко улыбнулась:

– Прости меня... и спасибо тебе за то, что спас меня.

Тристан накрыл ее руку своей ладонью:

– И ты меня прости. Я очень рад, что ты снова дома.

Затем они одновременно посмотрели на Дейрдре.

Эмили тихо спросила:

– Так, значит, Барнаби Флинт убил маму?

– Боюсь, что так.

– Знаешь, ведь до сегодняшнего дня я не знала, как именно она погибла, – робко сказала Эмили. – Я не имела понятия, что с ней случилось. Отец никогда не говорил об этом. Если он когда-то и заговаривал на эту тему, то все сводилось к тому, что он начинал во всем обвинять тебя. – Она снова заглянула ему в лицо. – Мне так всегда хотелось поговорить с тобой обо всем этом.

Ее слова задели Тристана за живое. Господи, как он мог оставить ее наедине со всем этим?!

– Я с тобой, дорогая. И я не оставлю тебя больше никогда одну. – В это время часы пробили двенадцать, и Тристан, бросив взгляд на дверь, сказал: – У тебя был сегодня трудный день, Эмили. Тебе тоже нужно отдохнуть. Ложись спать, мы продолжим наш разговор утром.

– Обещаешь?

– Да.

Эмили повернулась, собираясь выйти из комнаты, но Тристан вдруг задержал ее:

– Минуточку. У меня есть кое-что для тебя. – Он опустил руку в карман и вынул оттуда золотой медальон. – Кажется, ты потеряла одну вещь...

– О, мамин медальон! – Глаза Эмили сделались влажными, и она протянула Тристану свою ладонь. – Я думала, что уже никогда не увижу его! Как тебе удалось его найти?

– Все просто. Его нашли те, кто искал тебя. – Он подмигнул Эмили. – А теперь в постель. Уже очень поздно.

– Спасибо, – прошептала девушка.

Затем Эмили поцеловала Тристана в щеку и, встав на цыпочки, направилась к двери.

Но она вновь остановилась и, посмотрев через плечо на Тристана, проговорила:

– Знаешь, Тристан, однажды отец вернулся из клуба и заснул в своем кабинете. Мне случилось зайти к нему, и я слышала, как он говорил о тебе.

– Наверное, по обыкновению ругал меня.

– Нет, он сказал, что был не прав, и умолял Бога вернуть тебя домой.

Эмили вышла в коридор и осторожно притворила за собой дверь.

Тристан был поражен. Неужели это правда? Может ли быть, что отец и в самом деле простил его? Граф посмотрел на свою сжатую в кулак руку. После стольких лет? Он мог никогда не узнать об этом. Теперь это не имело никакого значения для Тристана. Он больше не чувствовал себя неудачником, не оправдавшим надежд отца. Единственный человек, чье мнение для него имело значение, лежал в комнате перед ним.

– Где я? – послышался едва уловимый шепот. Тристан, вздохнув с облегчением, наклонился к Дейрдре. Ее ресницы дрогнули, и она открыла глаза.

– Дейрдре, слава Богу! – Он осторожно убрал прядь волос с ее щеки. – Я так ждал, когда ты наконец посмотришь на меня своими прекрасными глазами.

– Где я? – снова повторила она и обвела взглядом комнату. – Что произошло?

– Ты у меня дома. Флинт ранил тебя.

Она пошевелилась, и ее лицо исказилось от боли. Тристан положил руку на плечо Дейрдре.

– Старайся сейчас не двигаться, дорогая, – мягко проговорил он. – Доктор велел тебе отдыхать. Всё пройдет через несколько дней.

– Где Эмили? – В ее голосе послышалось беспокойство.

– Не волнуйся, – поторопился успокоить ее Тристан. – Она дома, в своей постели.

– А что со всеми остальными? С Лилой, Калленом... и мальчишками из шайки Питера?:

– Несколько синяков и пара небольших ран, но все чувствуют себя превосходно. И вся шайка сейчас с миссис Годфри.

Дейрдре не верила своим ушам. Тристан засмеялся.

– Я был так же удивлен, как и ты. Когда она узнала, что случилось, то попросила привести всех мальчишек к ней. – Он пожал плечами. – Кажется, ей нравится заботиться о детях. Она даже улыбнулась мне...

Граф придвинулся ближе к постели Дейрдре и взял в ладони ее руку.

– Еще хочу сказать тебе, что ты была права насчет жителей Тотхилл-Филдз. Они действовали все заодно, очень дружно! Даже не знаю, что бы я делал без них.

На лице Дейрдре появилась робкая, мягкая улыбка, которая тут же растаяла.

– А Барнаби?

– Он больше не причинит тебе зла. Его больше нет, дорогая.

– Ты...

– Мне не пришлось прилагать никаких усилий. Он сам позаботился о себе. – Тристан погладил пальцами ее ладонь. – А его парней передали в руки закона. Всех, кроме Джека Барлоу. Что ж, остается лишь надеяться, что он усвоит этот урок.

Дейрдре молчала, теребя край одеяла. По всей видимости, ее что-то беспокоило. Но не рана. Что это могло быть?

Он протянул руку и, осторожно взяв Дейрдре за подбородок, повернул ее голову к себе. Заглянул в глаза.

– Что с тобой, моя любовь? Почему ты так грустна?

– Ничего... – Она прикусила губу. – Я хотела поблагодарить тебя за то, что ты позаботился обо мне. Это было непросто при сложившихся обстоятельствах. Обещаю, как только буду чувствовать себя лучше, сразу же перееду к себе.

– Дейрдре, о чем ты? О каких обстоятельствах ты говоришь?

– После всего, что я сделала, ты должен ненавидеть меня, и...

– О чем ты говоришь? – озабоченно спросил он. «Неужели она думает, что я ненавижу ее?» – удивился Тристан. – Ты помогла найти мою сестру. Спасла жизнь Эмили. Закрыла меня от ножа Флинта. За что же я должен ненавидеть тебя?

– Ты хорошо знаешь, что я имею в виду. Я солгала тебе. Я скрыла от тебя очень важное обстоятельство... касающееся гибели твоей матери. Я не сказала тебе, что нашла Эмили.

– О, я знаю свою сестру. Она может убедить кого угодно в чем угодно и очень упряма. А кроме того, она говори, что ты собиралась рассказать мне обо всем еще до полудня. Я знаю, ты не стала бы намеренно подвергать ее опасности, и очень сожалею, что обвинил тебя в легкомыслии, в том, что ты хотела ввести меня в заблуждение.

– А все остальное?

Дейрдре выглядела такой трогательно взволнованной, что Тристан не смог удержаться от того, чтобы не поцеловать ее в кончик носа.

– Признаю, дорогая, меня просто душила ярость, когда я узнал о том, что ты причастна к гибели моей матери. Но ведь ты была ребенком. Флинт просто использовал тебя.

Дейрдре по-прежнему выглядела неуверенной, и Тристан осторожно пожал ей руку.