Викинг - Фабио

– Мне придется подумать, кого направить назад вместе с раненым, – покачал он головой, но вдруг один из воинов сурово сказал:

– Рагар, мы все должны возвращаться! Его тут же поддержали другие.

– Да боги уже подали знак. Они разгневаны тем, что мы проникли в их обитель. Если мы и дальше пойдем, то Сюрт забросает нас скалами или сожжет своим огненным дыханием.

Рагар посмотрел на своих спутников и понял, что он уже не сможет их убедить. Духи оказались сильнее. Его воины и шагу не сделают вперед. Но мысль о том, что он так и не смог помочь сестре, была ему нестерпима. И тогда… почти умоляюще, он произнес:

– Друзья мои! Мы должны идти вперед! Разве можем мы позволить нашему врагу держать в плену и мучить Рейну?!

– Но мы же не можем идти дальше, – возразил кто-то. – Нас слишком мало.

Гаральд гневно воскликнул:

– Стыдитесь, викинги, вспомните конунга Виктора. Дозорные говорили мне, что он пробрался в наш град с пятью воинами. И все-таки он похитил Рейну той ночью.

Однако, напоминание о Викторе не убедило дружинников. Один из них возразил:

– Еще бы! Чего может опасаться человек, прошедший через Биврест – радужный мост, ведущий к Астгарду, обители богов.

Кто-то другой добавил:

– Дружинники Вольфгарда называют его теперь Радужным воином, потому что он совершил то, чего до него не совершал ни один смертный!

– Он теперь полубог, и наш маленький отряд не одолеет его. К тому же нас, наверное, уже поджидают и готовятся к встрече.

Потеряв терпение, Гаральд выхватил меч и направил его на викингов.

– А я говорю вам, что Виктор – просто человек, и смерть ожидает того, кто первым струсит.

Викинги заворчали, однако, на этот раз не решились возражать. Они занялись устройством лагеря. Гаральд отвел Рагара в сторону и, хмурясь, вполголоса сказал ему:

– Ты знаешь, друг мой, не нравится мне все это! Эти воины оставят нас при первой же опасности. Они слишком напуганы.

Однако, Рагар не слушал друга:

– Мы должны идти, а если так случится, даже и вдвоем. Если Виктору удалось так легко проникнуть в наш дом и выкрасть мою сестру, разве не можем мы сделать то же самое.

Гаральд ничего не ответил, но по его виду был ясно, что он не согласен с Рагаром.

В это же время, на другом берегу фьорда в своем поселке Виктор искал Сибил. Он нашел ее в комнате, где несколько рабынь пряли шерсть. Сибил сидела на лавке, мирно покачиваясь за прялкой и вытягивая нить. Виктор завороженно смотрел несколько минут на монотонные, ритмичные движения ловких женских рук. Наконец, рабыня заметила его и, прекратив работу, встала и приветствовала его, низко поклонившись.

– Ярл…

Виктор улыбнулся ей.

– Не останавливайся, пожалуйста. Но лицо Сибил было напряжено.

– Чем я могу тебе служить, господин?

– Я бы хотел поговорить с тобой о твоей госпоже, – сказал он негромко.

Женщина с горечью спросила:

– Чтобы легче ее было подчинить себе, не правда ли?

– Да не хочу я никого подчинять, – тяжело вздохнул Виктор. – Я всего лишь хочу, чтобы она доверилась мне. – Но заметив, что Сибил по-прежнему отчужденно и недоверчиво смотрит на него, Виктор подошел к скамье и сел на нее. – Сибил, присядь со мной.

– Как пожалеешь, ярл.

Женщина подошла, отодвинула в сторону белоснежную пряжу и села рядом с Виктором.

– Ты знаешь, – сказал ей мужчина, – я изо всех сил стараюсь понять Рейну. Порой мне кажется, что она начинает мне доверять, но через минуту она уже готова убить меня. Последняя ее попытка уморить себя голодом меня особенно встревожила. Правда, с тех пор она ест, но характер и поведение ее не стали лучше ни на йоту.

Сибил кивнула:

– О, да, Рейна очень горда! Она не подчинится легко твоей воле, мой господин, и не станет доверять тебе, пока ты этого не заслужишь. Поверь мне, конунг Виктор, эта задача даже для тебя трудна.

– Женщина, – вздохнул Виктор, – я и так все время пытаюсь.

Сибил печально посмотрела на него.

– Ты пытаешься завоевать ее доверие, постоянно угрожая ей. Это не лучший способ. Она всего этого понаслушалась и от Вольфгарда. Так что это только вызывает сопротивление.

– Это я понимаю! – раздраженно взмахнул он рукой. – Но иногда кажется, что страх перед возмездием – единственное, что она способна понять. – Он улыбнулся ирландке: – Можешь мне поверить, Сибил, я буду ей хорошим мужем. Да ты ведь и сама это чувствуешь, иначе зачем бы мне так помогала.

Сибил горько засмеялась:

– И ты говоришь, что я, я – простая рабыня, могла бы остановить тебя в ту ночь?!

Теперь настала очередь смеяться Виктору.

– Я думаю, что когда я похищал Рейну и не позволил тебе убить Оттара, ты уже тогда все заранее знала.

– Да, я знала, – очень серьезно ответила Сибил, – поэтому и не подняла шума. Я знала, что все это правда.

– А что правда? – спросил быстро Виктор.

– Я знала, что ты стал совсем другой после возвращения из Валгаллы!

Он задумчиво посмотрел на женщину, пораженный тем, что только что услышал, и произнес:

– В таком случае, именно ты должна знать, что я не обижу Рейну.

Внезапно Сибил улыбнулась, и возле ее глаз, заиграли веселые лучики морщинок.

– Да, я это знаю. Ты вот ей попробуй доказать.

– Она что, никогда не сможет поверить викингу? – спросил он.

Сибил посмотрела ему в глаза и ответила:

– Но ты должен понять ее. Когда она была совсем малышкой Вольфгард разорил их остров. Она видела, как викинги убили отца, как брошен был умирать среди огня ее маленький брат. Если бы это с тобой случилось, ты бы потом мог кому-нибудь доверять?

Виктор нахмурился.

– Я все понимаю. Но я-то перед ней ни в чем не виноват.

– Это так, но ты – викинг, а моя госпожа с тех самых пор ненавидит всех викингов. Да и если называть вещи своими именами, ты ведь ее тоже силой похитил, как когда-то Вольфгард – мать Рейны.

– Она мне уже говорила об этом, – задумчиво кивнул Виктор. – Но я поступил так ради мира в Ванахейме, а не ради войны. И хочу, чтобы ей было лучше.

Сибил иронично и горько усмехнулась:

– Попробуй объяснить птице в клетке, что ей лучше там, а не на воле.

– Ты говоришь это с такой горечью, Сибил!

– Может быть это потому, что мне пришлось много горького испытать, как и моей госпоже, поэтому я так понимаю ее. – Красивое лицо Сибил исказила мучительная гримаса. – Когда-то мой отец был князем одного Ирландского феода. Наши владения находились в южной Ирландии на реке Шенон. Через два года, после того как я вышла замуж, на наше княжество напал Вольфгард. Он со своими убийцами разрушил стены нашего замка. Они убили моего мужа, вырезали всю дружину, зарубили даже нашего придворного арфиста, который за всю жизнь не обидел и ягненка. Вольфгард захватил меня, моих служанок и других свободных людей, привез в Исландию и превратил в своих рабов.