Прекрасная обманщица - Патриция Гэфни

– Ты имеешь в виду Бэрка… майора Бэрка? И ты думаешь, он все сделает по-твоему? С какой стати?

Юэн Макнаб заглянул в ее лицо, решив, что она шутит. Но, увидев изумленные глаза, понял, что она ничего не поняла.

– С такой стати, милая моя Кэтрин, – проговорил он раздельно и веско, – что в спину ему будет смотреть мой пистолет.

Только теперь до Кэтрин наконец дошло, что он задумал.

– О, – протянула она, – ты хочешь сказать, что мы заставим его провести нас мимо английских патрулей?

Да-да, конечно. Но мы не сможем отправиться в путь в темноте, Юэн, что же нам делать с майором Бэрком до завтрашнего утра?

– Я ничего делать не собираюсь, а вот что ты с ним сделаешь, это уж твоя забота.

– Но…

– На этот вечер я уже занят.

Он кивнул в сторону смазливой девицы, которая стояла в стороне от танцующих, воинственно подбоченившись и не сводя с них негодующе-ревнивого взгляда.

Кэтрин пришла в ярость.

– Ты недоумок! – воскликнула она, безуспешно стараясь сохранить на лице веселую улыбку. – Могу поспорить, ты был с кем-то вроде нее в тот вечер, когда я пришла в твою комнату с бумагами Моля. Ничего бы этого не случилось, если бы ты…

– Нет, если бы ты пришла на следующий вечер, как тебе и было велено!

Теперь Юэн рассердился не меньше, чем она сама.

– В чем дело, Кэтрин? Моль пришелся тебе не по вкусу? Еще бы! Как-никак он мужчина, а не жалкая тряпка вроде твоего незабвенного Майкла, героя-великомученика. Ну признайся, неужели мой покойный кузен так ни разу и не затащил тебя на сеновал?

Ей хотелось заорать на него, вцепиться ногтями в его злобно ухмыляющуюся физиономию, но он крепко держал ее, не давая вырваться, и кружил в такт музыке.

– Танцуй, Кэтрин, – прошептал Юэн ей на ухо, – что ты топчешься на месте, как недоеная корова? Не ровен час майор тебя подозревать начнет!

Ей страшно было взглянуть на Бэрка, хотя каким-то внутренним чутьем она все время точно угадывала его местоположение в кругу наблюдателей. С величайшим трудом подавив свой гнев, Кэтрин даже заставила себя вновь растянуть губы в улыбке.

– Ладно, Юэн. Приходи завтра утром.

И она торопливо рассказала ему, где им с Бэрком предстояло провести ночь.

– В амбаре, Кэтрин? Как романтично! – усмехнулся он.

Пропустив колкость мимо ушей, она предупредила:

– И помни, ты все еще Юэн Рэмзи, торговец джином из Эдинбурга, спасающий свою… любовницу.

– Что? – искренне изумился Юэн. – Но почему? Уж теперь-то какая разница?

– Не будь дураком! Майор Бэрк конвоирует в Ланкастер женщину, подозреваемую в государственной измене. Если она сбежит с любовником, это одно. А если с другим участником якобитского заговора, тогда совсем другое дело. Тогда нам будет угрожать серьезное преследование после того, как мы его отпустим.

– Ты думаешь, мы его… – Юэн вовремя спохватился. – Да-да, ты права, – плавно продолжал он. – Я об этом не подумал.

Музыка смолкла.

– Приходи рано утром, – попросила Кэтрин, высвобождаясь из объятий, которые Юэн как будто не собирался разжимать, хотя танец кончился.

– Приду когда смогу, – буркнул он в ответ. – Если опоздаю, придется тебе что-нибудь придумать, чтобы его задержать. Ты справишься, я уверен.

Он притянул ее к себе и насильно наградил грубым поцелуем в губы. Кэтрин была слишком ошеломлена и не умела вовремя его оттолкнуть. Вновь ухмыльнувшись, Юэн вывел ее из круга танцующих.

– Улыбайся, Кэт! Твой любовничек с нас глаз не сводит. Ну и вид у него! Просто взбесившийся бык!

Кэтрин попыталась успокоиться и вернуть себе обычное выражение лица, но она плохо соображала, что делает.

Дурное предчувствие охватило ее, когда они подошли к мрачно нахмуренному майору.

– Ну, Кэтти… я хочу сказать, мисс Леннокс, спасибо за прекрасный танец. Вот, приятель, возвращаю ее вам в целости и сохранности. А вы – везунчик, провалиться мне на этом месте. До свидания, Кэтти, может, еще свидимся.

Он отсалютовал, приложив руку к воображаемой шляпе, еще раз одарил их своей нахальной улыбочкой и растворился в темноте.

Кэтрин посмотрела ему вслед, оттягивая момент неизбежного объяснения с Бэрком. Молчание томительно затянулась, и она уже собиралась нарушить его каким-то пустячным, легкомысленным замечанием, когда к ним подошел еще один кавалер, тоже желавший с нею потанцевать. Этот оказался низкорослым и коренастым. Манеры у него были суетливые, на макушке торчал вихор. Она открыла было рот, чтобы вежливо отказать, но Бэрк вдруг разразился фальшивым дребезжащим смешком и схватил ее за плечо.

– Давай, Кэт, потанцуй с ним. Может, у него есть друзья? Можешь потанцевать со всеми. Если у них хватит денег, можешь потом удовлетворить их прямо в поле. Ну как? Есть у тебя денежки, приятель? Много не понадобится, она девушка недорогая. Ну что же ты, Кэт? Иди пляши!

Она вырвалась из его рук и бросилась в темноту, ничего вокруг не замечая, думая лишь о том, как бы уйти от него подальше.

– Что-то не так, дорогая? – бросил он ей в спину. – Извини, дружище, она сегодня не в настроении.

Кэтрин услыхала, что он идет за нею следом, и ускорила шаг, но Бэрк догнал ее и сзади схватил за волосы, заставив остановиться.

– Ты не заболела, любовь моя? Наверное, да. А то бы ты не упустила такой легкий заработок.

– Пусти, мне больно.

Но Бэрк еще не закончил. Свободной рукой он расстегнул платье у нее на груди, да так быстро, что не успела она начать сопротивляться, как дело было уже сделано, и принялся грубо и оскорбительно тискать ее своими ловкими пальцами. Кэтрин попыталась оттолкнуть его руку. Мысль о том, что кругом люди, что на них все смотрят, приводила ее в ужас, однако Бэрк еще крепче потянул ее за волосы и сунул колено ей между ног, держа в неустойчивом положении.

– В чем дело, Кэт, разве тебе не нравится? Разве ты не к этому привыкла?

– Прекрати!

– Может, все дело в деньгах, милая? Я что, должен сперва заплатить?

Она набрала побольше воздуха в грудь, чтобы закричать, но Бэрк опять ее опередил. Он быстро приник к ее губам и заглушил так и не вырвавшийся у нее крик. Поцелуй показался ей бесстрастным, расчетливо жестоким, скорее наказанием, чем лаской, и его пальцы у нее на груди тоже двигались безо всякой нежности. Кэтрин почувствовала, что задыхается, и заколотила кулаками по его груди и плечам, но безрезультатно. Бэрк внезапно поднял голову и сделал глубокий судорожный вздох. Нечто необъяснимое в его взгляде на миг пригвоздило ее к месту. И, прежде чем она успела что-либо предпринять, он захватил губами ее нижнюю губу и начал легонько покусывать ее зубами. Одновременно он расслабил пальцы, державшие ее за волосы, а другую руку всунул за вырез сорочки, чтобы коснуться обнаженной кожи. Вот теперь, когда он держал ее почти нежно, настал самый удачный момент, чтобы высвободиться и удрать, но руки и ноги у Кэтрин вдруг отяжелели, словно налились свинцом. Она растерялась и упустила момент. Ее тело расслабилось, рот раскрылся ему навстречу.