Нежность - Розанна Битнер

Блейк бросился к их дому, но услышал позади топот копыт и оглянулся. В ту же секунду на его голову обрушилась дубинка. Падая, он схватился одной рукой за Саманту, но тут же быстро перекатился на спину, так что Сэм оказалась сверху, прямо на нем.

— Держись! — закричал Блейк, стараясь не потерять сознание: удар оказался достаточно "сильным.

В его голове промелькнула мысль, что Саманта может потерять ребенка, но времени на раздумье не было. Оттолкнув жену в сторону, Блейк схватился за ружье. Между тем, всадник начал снова наезжать на них. К ужасу Блейка Саманта смело выскочила вперед, держа в руке камень. Она швырнула его, попав в голову лошади. Животное заржало от боли и отпрянуло назад, помешав мужчине ударить Саманту.

— Сэм, не мешай! — закричал Блейк, прицеливаясь. Саманта успела отскочить в сторону из-под копыт вставшей на дыбы лошади, глаза которой дико сверкали, морда была в крови. Не удержавшись в седле, всадник рухнул на землю.

Неожиданно Блейк осознал, что ему нельзя убивать этого человека. Возможно, кто-то очень хочет, чтобы он это сделал. Но в соответствии с новым территориальным законом Блейк считался предателем, и его вполне могли повесить за убийство. В это время нападавший начал подниматься на ноги, хватаясь за свой шестизарядный револьвер. Но Блейк вовремя опередил его, ударив прикладом ружья по голове. Мужчина, потеряв сознание, упал. Блейк повернул его лицом к себе и увидел, что это был один из работников Веста, тот самый, который встречал их с шерифом на ферме, тот самый, который держал его во время драки у салуна. Больше всего на свете Блейку хотелось приставить ружье к голове этого негодяя и нажать на курок. Однако, он подозревал, что за ним могли следить в эту ужасную ночь и повесить без всякого суда за убийство.

Блейк повернулся к Саманте, которая смотрела на него полными ужаса глазами, похожая на привидение. Дом их сгорел, и все, что они заработали и собрали за этот год, погибло в огне. Только сейчас Блейк заметил, что пристройка и лошадиные стойла тоже объяты пламенем, и не сомневался, что породистый черный мерин и две ломовые лошади украдены бандитами.

Неожиданно Саманта взглянула в сторону церкви; голова ее затряслась.

— Мама! — заплакала она. — Блейк, дом отца! Церковь!

Саманта бросилась вперед, но Блейк схватил ее за руку.

— Давай отойдем в тень. Стой рядом со мной! Что бы ты не увидела и что бы не произошло, не отходи от меня!

Саманта растерянно посмотрела на мужа, только сейчас заметив, что стоит в одной ночной рубашке, платье она где-то потеряла, а на Блейке — только нижнее белье. Женщина вдруг почувствовала боль от ожогов на руках, и ее охватила дрожь от осознания того, что произошло.

Блейк поспешно отвел жену в тень, опасаясь, чтобы их не увидели бандиты. Вполне возможно, что эти подонки охотились за определенными людьми, а не просто грабили Лоренс. Казалось, весь город охвачен паникой. Горело еще несколько зданий, воздух был наполнен отчаянными криками, слышались выстрелы.

Блейк стал осторожно пробираться к дому священника. Его сердце бешено билось от страха за родителей жены, а еще больше от того, как все это подействует на Саманту.

Саманта не мигая смотрела на дом отца, полностью объятый пламенем. При свете луны Блейк заметил бревно и, сев на него, притянул к себе жену.

— Сэм, я не смогу отправиться на поиски твоих родителей и помочь им, если ты мне не пообещаешь, что будешь сидеть на этом бревне и никуда не уйдешь. Сейчас очень опасно бродить одной по городу. Ты меня понимаешь? Кто-нибудь из бандитов может наткнуться на тебя, причинить боль или увезти с собой. Обещай, что не сдвинешься с места и постараешься, чтобы тебя никто не увидел.

Блейк чувствовал, что Саманту бьет дрожь.

— Я буду здесь и никуда не уйду.

Он поднялся и осторожно усадил жену на бревно.

— Я постараюсь что-нибудь найти для тебя, может быть, какое-нибудь одеяло, — Блейк положил ей на колени ружье. — В случае опасности, стреляй, не бойся.

Отблески пылающего города освещали их лица.

— Блейк… наш дом, — тело Саманты содрогнулось от рыданий, когда она посмотрела в сторону дома родителей. — Мама… Отец…

Блейк взял ее лицо в свои ладони.

— Оставайся здесь. Я постараюсь найти их. Возможно, им удалось выбраться из дома.

Саманта с тревогой смотрела вслед мужу. Она не представляла, что бы произошло с ней в эту ночь, если бы не Блейк: наверно, сгорела бы заживо, если бы он не вытащил ее из дома. Ее сердце разрывалось от горя: дом сгорел, родителей, возможно, убили. В городе творилось что-то невообразимое. Повсюду слышались крики, раздавались выстрелы, кругом горели дома. И Саманта поняла, что это настоящая война, которая подступила к их дому, коснулась их жизни, ворвалась в их спальню.

Саманта дрожала от страха, но старалась сдержать слезы; ее руки невыносимо болели. Ей стало холодно, несмотря на теплую ночь. Она уже была готова поддаться панике, но, наконец, увидела мужа. Одного. Блейк подошел и обнял ее за плечи.

— Держи пока ружье наготове. Я все осмотрел. Кажется, пристройка не сгорела. Мы вполне можем укрыться там. Вероятно, внутри есть одеяла, которыми накрывали лошадей. Может быть, еще осталась солома.

— А родители…

— Я нигде не нашел их. Пока пламя не стихнет, невозможно ничего узнать. А сейчас я хочу спрятать тебя, пока бандиты не убрались из города. Еще слишком темно и кругом стреляют, чтобы можно было начать поиски твоих родителей, особенно учитывая твое положение. Нужно подождать рассвета.

— Но… они, возможно, разыскивают нас.

— Тогда они найдут нас утром. Я не хочу, чтобы бандиты или шпионы заметили и узнали тебя, — Блейк решительно повел Саманту к пристройке, дав понять, что спорить с ним бесполезно. Оставив ее под деревом, возле лошадиного стойла, он сказал: — Побудь здесь, пока я проверю, все ли там в порядке.

На этот раз Блейк взял ружье с собой. Он осторожно обследовал стойло, затем рывком открыл дверь пристройки и вошел внутрь. Через одну-две минуты Блейк вышел наружу.

— Пойдем. Все в порядке. Гнедой твоего отца на месте.

Саманта шагнула навстречу мужу; он обнял ее за плечи, помогая войти в сарай и плотно закрыв за собой дверь. Здесь не было видно пламени пожаров, голоса и стрельба слышались несколько приглушенно.

— Вот сюда, — они прошли в свободное стойло. — Кажется, здесь чисто. Садись на солому.

Саманта повиновалась, морщась от боли.

— Блейк… мои руки обожжены, они просто горят. Ее глаза постепенно привыкали к неяркому свету луны, проникающему через небольшое открытое окно. Блейк отложил в сторону ружье, снял со стены одеяло и укрыл им жену.