Викинг - Фабио

Ролло подался к ярлу и кивнув в сторону пленников спросил свистящим шепотом:

– А что если эти ублюдки врут? Взглянув на испуганных вражеских воинов, Виктор задумчиво почесал подбородок.

– М-да, логический вопрос, ничего не скажешь, и его надо прояснить. – Кто-нибудь из вас соврал? Пленные отчаянно замотали головами.

– Я им верю! – решительно заявил конунг своим дружинникам.

– Но, ярл! – запротестовал Ролло, – мы должны быть точно уверены, иначе нам всем грозит верная смерть. Нет, серьезно, эти олухи могут нас запросто заманить в ловушку. Я тебя умоляю, позволь нам применить к ним пытку, чтобы быть до конца уверенным в их словах.

Виктор перевел взгляд с горящих нетерпением своих воинов на перепуганных охранников и, мрачно улыбнувшись, сказал:

– Слушайте, парни, если хоть один из вас лжет, я позволю своим воинам вернуться, и тогда они превратят вас в евнухов. Вы поняли?

На лицах пленников выступили капельки пота.

– Ну, итак? – снова спросил он. – Никто из вас не собирается изменить свой рассказ?

Воины вновь отрицательно покачали головами.

– Они сказали правду, – сделал вывод Виктор.

Связанных пленников спрятали в ближайшем стоге сена, и маленький отряд отправился в лагерь Вольф-гарда. Все шло как нельзя лучше. Они проникли в дом с удивительной легкостью, не обнаружив ни запоров, ни стражи, и оставив Свена охранять двери, двинулись дальше. Виктор и его дружинники миновали длинный ряд комнат, пустынных и закопченных, в которых давно уже никто не жил, прошли трапезную, где несколько недель назад сидел Виктор в компании с Вольфгардом и его детьми.

Помещения были тускло освещены светильниками с налитым в них китовым жиром, но самое странное – казалось во всем доме никого не было. В северном крыле здания, наконец, обнаружился один человек, это была рабыня, в которой Виктор признал Сибил. Служанка спала безмятежно и спокойно и даже не пошевелилась, когда викинги скользнули мимо нее туда, где находилась комната Рейны.

Оставив снаружи Оттара, Виктор с Ормом и Ролло проникли в девичью спальню. Хотя здесь и было темно, но в изголовье кровати девушки слабо теплился похожий на лампадку маленький светильник, и Виктору была отчетливо видна в его тусклом свете лежащая на постели Рейна. Во сне она казалась невинной и прекрасной, словно ангел; черты ее лица были умиротворенными, золотистые роскошные волосы рассыпались вокруг ее головы, а тело девушки до самого подбородка было накрыто шкурой белого медведя. Больше всего в эти мгновения Рейна напоминала ему спящую красавицу, такую же хрупкую и прекрасную, и конунг с трудом подавил желание подойти к ней и разбудить ее поцелуем.

Впрочем, имея в виду ее невыносимый характер и то, как она себя ведет при встречах с ним, Виктор и не собирался быть таким наивным, чтобы совершать подобные глупости. Пока девушка спала, он жестом приказал своим воинам занять свои места и, пройдя на цыпочках через комнату, опустился на колени перед ней и бережным движением положил ладонь ей на лицо.

– Рейна, просыпайся и пойдем с нами, – тихо, но решительно сказал он.

Эффект был таким, словно он попытался вытащить барсука из норы. Рейна открыла глаза. Их сонное выражение тут же сменилось выражением слепой ярости, и девушка с силой впилась зубами в его руку.

Инстинктивно Виктор вскочил, размахивая рукой в воздухе и с трудом удерживаясь от того, чтобы не заорать. В следующее мгновение сумасшедшая валькирия уже была на ногах, и Виктор в последнее мгновение увидел, как ее нога приближается к тому месту у него между ног, которое он защитить уже не успеет. Раздался глухой удар и Виктор, охнув, сложился пополам от резкой боли. Затем маленькая ведьма рванулась к двери мимо Орма и Ролло, которые словно остолбенели от всего увиденного и не двигались с места. На шум борьбы в комнату заскочил Оттар и замер при виде летящей на него фурии.

– Остановите ее!!! – закричал Виктор.

Орм и Ролло, наконец пришли в себя. Им удалось схватить девушку в самый последний момент. Однако, она принялась биться в их руках, словно необъезженная лошадь. Укусы, удары дождем посыпались на воинов. И дело закончилось тем, что они были вынуждены отпустить ее. Проскочив мимо Оттара, Рейна бросилась к двери, и только тут Виктор заметил висящий на стене меч, к которому и рвалась девушка. С быстротой молнии конунг бросился к ней. Она развернулась, нанесла ему резкий удар кулаком, но в следующую секунду он все-таки ухитрился схватить ее за руки.

– Попалась, ведьма!!! – рявкнул он и зайдя за ее спину, схватил девушку, прижал к себе и понес пленницу к кровати.

Швырнув ее на медвежью шкуру, Виктор всем телом навалился на Рейну. Он понимал, что причиняет ей боль, но по-прежнему не отпускал. Его сильное тело прижало Рейну, мощные бедра мужчины, словно тисками, сжали ей ноги. Закинув руки Рейны за голову, он сжал ее кисти рукой, зажав в то же время другой – рот девушки, чтобы она не позвала на помощь. Наконец-то ему удалось осилить ее! Она лежала под ним тяжело дыша, и… ах!.. до чего это было великолепное зрелище! Тело Рейны дрожало от не выплеснутого наружу гнева, ее глаза метали молнии.

А затем случилась удивительная вещь. Внезапно Виктор понял, что, пока они боролись, ночная сорочка Рейны порвалась и задралась почти до пояса. Мягкие девичьи груди уперлись в его торс. А ниже в полумраке, белели ее нежные мягкие бедра. Увидев этот бархатистый свет, исходящий от ее кожи, Виктор почувствовал, что стремительно возбуждается. И уже через мгновение это возбуждение достигло таких размеров, что он даже испугался. У него было такое ощущение, будто ему в штаны внезапно засунули бревно. И если бы тут не было посторонних, он, наверняка, набросился бы на нее прямо здесь и сейчас. В эту минуту Виктор понял, что именно так и должен чувствовать себя настоящий норманнский воин. В его сердце смешались гнев и страсть, желание грабить и обладать. В душе конунга в эту минуту происходила отчаянная борьба между образованным, воспитанным человеком 20 века и дикарем-варягом, живущим по законам своего жестокого времени.

В конце концов, победил цивилизованный человек, так как Виктор хорошо знал, что не должен дать ослепить себя гневу и обиде. Хотя Рейна жестоко обидела его, он был уверен, что однажды она будет ему принадлежать. Только не нужно торопиться. И, несмотря на весь свой гнев, Виктор не смог удержаться от удовольствия подшутить над ней. Он слегка пошевелился на ней и затем, глядя ей прямо в глаза, спросил с легкой улыбкой:

– Ну, любовь моя, ты сегодня принимала противозачаточные пилюли?

ШЕСТНАДЦАТЬ

В следующую секунду тело Виктора подлетело вверх, словно его подбросило какой-то мощной пружиной. Сила Рейны его поразила, но на это времени у него оставалось уже немного, потому, что вскоре он лежал на полу.