Строптивая невеста - Арнетта Лэм

— Раньше я ненавидела почти все и вся, разве ты забыл? — она взмахнула рукой, словно отгоняя надоедливое насекомое. — Хватит обо мне. В моей карете есть сюрприз.

Малькольм чуть умерил шаг, стараясь идти вровень с ней. Он задумался, какого раненого зверька она притащила с собой на этот раз. Подходя к карете, он увидел сундуки и шляпные коробки, громоздившиеся на крыше.

— Разве ты еще не побывала у своего дяди? Она удивленно сморщила лоб.

— Знаешь ли, мне и в голову не пришло отправиться в замок Синклер. Я думала только о том, чтобы добраться до тебя.

Он планировал водворить ее в замок Синклер, под контроль ненавидимого ею дядюшки.

Если она рассчитывает избежать своей судьбы, то будет очень разочарована. Эта перспектива радовала Малькольма. Но где она собирается остановиться? Разумеется, она заехала в Килдалтон только для того, чтобы повидаться с ним. Он вскинул бровь:

— Но зачем я тебе понадобился?

— О, я так нахальна! — она опустила голову, но он успел заметить два ярких пятна, вспыхнувших на ее щеках. — Жизнь на острове портит манеры и развязывает язык. По крайней мере, так утверждают приезжие. Просто мы с тобой в детстве были очень близки. Я не смогла бы находиться в Синклере, зная, что до тебя всего два часа езды.

Много лет назад она ранила его гордость. Неужели она рассчитывает углубить рану, пользуясь любезностями и неискренней привязанностью? Она превратится в дряхлую старуху прежде, чем преуспеет в этом.

— Да уж, мы были особенно близки, когда ты приставила мне к горлу кинжал и привязала меня к дереву. — Он вздрогнул, вспомнив, что произошло потом.

Она потянулась к дверце кареты.

— Не будем ссориться. Уверяю тебя, я совершенно безобидна.

«Да, конечно, — подумал он, — безобидна, как Ева с корзиной айвы». Но он — не наивный Адам, нежащийся в Раю и мечтающий о запретном плоде. Он — хозяин границ, вынужденный ладить как с якобитами — вождями северных кланов, так и с верными подданными английского короля, живущими на юге. Ему ни к чему новая проблема. Он хочет лишь за все отплатить этой женщине. Именно поэтому он вмешался в ее дела, не оставив ей выбора.

— Возможно, — произнес он, наблюдая, как она поглаживает бронзовую ручку дверцы, — прежде чем продолжать свой путь, ты согласишься поужинать со мной?

Ее рука застыла. Затем медленно опустилась.

— Продолжать путь? — она вскинула голову и посмотрела на него. — Я приехала увидеться с тобой, Малькольм. Мне казалось, что тебе это понравится.

Несомненно, но они должны видеться там, где захочет он — в английском замке ее дяди.

— Ты не можешь остаться здесь, в Килдалтоне. Это неприлично. После того как мы поедим, Александр проводит тебя через границу в Синклер.

— Будет неприлично, если я останусь здесь? — она хихикнула. — Спасибо за попытку польстить мне и спасти мою репутацию, но она слишком долго пролежала в шкафу и вся пропылилась. Хотя, возможно, ты заботишься о своей репутации. Неужели ты стал непорядочным типом, Малькольм?

Он упер руки в бока и так расхохотался, что затряслись даже кисточки на сумке, висевшей у него на поясе.

— Если даже и так, Элпин, то можешь быть уверена, что я буду держать свои грязные намерения в узде и на поводке. Но что может знать о непорядочных типах старая дева?

Она открыла рот от изумления, затем хлопнула себя по щеке:

— Это из-за твоей жены, да?

Хорошее настроение испарилось. Старая ненависть воскресла. По ее милости он никогда не женится. Она не может знать об этом, но если сплетники в Уитли-Бэй доложили ей о том, что Саладин живет в Килдалтоне, то они наверняка сообщили и то, что Малькольм не женат. Многие вожди кланов жаждали, чтобы ситуация изменилась.

Не желая встречаться с вопросительным взглядом Элпин, он уставился на стоящих на стенах замка солдат в килтах.

— Мне еще предстоит жениться. По твоей милости.

— Так ты до сих пор в холостяках… Неужели… — в ее глазах заплясали чертики. — Не мог же ты ждать от меня выполнения этого дурацкого обещания, которое мы дали друг другу в детстве.

Он не мог вспомнить, о чем она говорит.

— Какого обещания?

— Ты хотел маленького братца. Заставил меня пообещать, что я рожу тебе ребенка. Я считала, что для этого достаточно провести ночь вдвоем в кабачке в Ботли-Грин.

— Полагаю, теперь тебе известно, что для этого требуется больше усилий.

Не обратив внимания на эту издевку, она продолжала:

— В ответ ты согласился не говорить ни своему отцу, ни моему дяде, что я спряталась в комнате в башне. Но ты не сдержал своего обещания. Они нашли меня и отправили на Барбадос.

Его переполняла горечь.

— Я не сказал отцу, что ты убежала из замка Синклер, и не сообщил твоему дяде, что ты здесь.

Его поразило, насколько сосредоточенным стал ее взгляд.

— Правда? — в ее хрипловатом голосе звучало недоверие.

— Правда. Мой отец услышал тебя в туннеле и нашел, где ты скрываешься. Ты не должна отчаиваться при мысли, что вновь попадешь под защиту барона.

Ее доверчивый взгляд и робкая улыбка нервировали Малькольма.

— Я никак не могу отправиться в Синклер, — заявила она. — Чарльз завещал тебе плантацию и все, чем владел. Как его бывшая собственность, я теперь принадлежу тебе.

Глава 2

— Ты принадлежишь мне? — голос девятого графа Килдалтонского чуть не сорвался.

Элпин ожидала, что, поймав его врасплох, ощутит радость. Так и оказалось. Но она не рассчитывала почувствовать восхищение, не предполагала, что вдруг ее охватит чисто женская тоска и жажда прикоснуться к нему. Да и какая женщина не оценит такого красивого мужчину, как Малькольм Керр? В его карих глазах светилось любопытство, на губах играла едва приметная улыбка. Господи, да он способен вскружить голову даже монахине!

Боясь, что он заметит ее реакцию, Элпин подумала о восьмидесяти рабах на плантации «Рай». Они зависят от нее, нуждаются в ней.

— Ты улыбаешься, — заметил он. — Тебе хочется быть моей собственностью?

Пусть он считает ее слабой женщиной — пока. Элпин пожала плечами:

— Соответственно воле Чарльза ты теперь отвечаешь за меня.

— Ну, ладно, — он улыбнулся и сложил руки на груди. — События принимают очень интересный оборот.

Она не могла сдержать удивленного возгласа:

— Ты этому рад?

— Ну конечно, — произнес он, словно волк, заманивающий ягненка в страшную пасть.

Его хищный тон насторожил ее. Элпин напряглась и сделала шаг назад. И так же быстро расслабилась. Они оба — взрослые люди. Она не какая-нибудь английская девчоночка, пытающаяся прельстить знаменитого шотландца милой улыбкой и древним титулом. У нее свои цели и свои планы.