Строптивая невеста - Арнетта Лэм

— Искусство разбирать слова может оказаться слишком трудным.

Теперь к добродушию примешалась жалось. Челюсть поверенного слегка отвисла, руки расслабились.

— Понимаю. Полагаю, мне не возбраняется сообщить вам, что, отдавая плантацию постороннему лицу, Чарльз платил старый долг благодарности.

Благодарности? По отношению к кому? Как Чарльз мог поступить так жестоко — оставить ее с жалким содержанием? Чтобы снять с него ответственность за управление плантацией, она отказалась от брака. И ради чего? Чтобы заботиться о типе, лечившем разбитое сердце алкоголем и оставившем все свое состояние какому-то чужаку? Она пожертвовала собой впустую. «Рай» достался кому-то другому.

У Элпин засосало под ложечкой. Кому?

Ответ находился в этом портфеле. Иначе зачем бы Кодрингтону так рьяно охранять его? Имя. Ей нужно имя. Ее переполняла ненависть. Если удастся просмотреть эти бумаги, она найдет мишень для своего гнева. И она знает, как это устроить. Выманив Кодрингтона из дома, она вернется домой, выдумав какой-нибудь чисто женский предлог.

Но прежде всего надо завладеть его вниманием. Элпин откинула вуаль. Поверенный уставился на нее, открыв рот.

— Что-нибудь не так, сэр?

Он замялся, теребя портфель.

— Я… ах… Вы… ну… просто Чарльз говорил мне…

— Что же он говорил?

— Он сказал, что вы… не годитесь для брака. Сослался на возраст. Я полагал… — он прокашлялся. Его взгляд не отрывался от ее груди. — Позвольте заметить, что вы великолепно сохранились.

Этот неуклюжий комплимент, сопровождаемый похотливой ухмылкой, был неприятен Элпин. Из-за маленького роста она казалась моложе своих лет. В юности ее злило, когда ее принимали за ребенка. Но теперь моложавая внешность стала ее оружием.

— Как приятно, мистер Кодрингтон. Не хотите ли посмотреть мельницу?

Он так торопливо подскочил, что портфель упал на пол и остался лежать там.

Через двадцать минут Элпин дрожащими пальцами расстегнула его и просмотрела все документы. Увидев упомянутое в бумагах имя, она закинула голову и застонала сквозь стиснутые зубы. Призраки детства снова преследовали ее.

Когда Элпин положила бумаги на место и вернулась на мельницу, где ее ждал гость, у нее уже был готов план. Она глубоко вдыхала пряный воздух Барбадоса, но ее мысли были далеко отсюда, в Шотландии, в замке Килдалтон. Она готовилась предпринять новую атаку на негодяя, война с которым шла уже много лет и который теперь владел всем ее достоянием.

Глава 1

Замок Килдалтон. Лето 1735 г.

— А если я откажусь?

Склонив голову, солдат вглядывался в полумрак соколятни.

— Она готова к отказу и, клянусь, господин мой, собирается вернуться к своим старым проделкам.

Рука Малькольма застыла. Он держал кусочек мяса над раскрытым клювом голодного совенка. Раненая мать-сова смотрела на него.

— В чем дело, Александр?

— Леди Элпин заявила, что, если вы не придете лично поприветствовать ее, она выцарапает вам глаза и скормит их барсукам.

Малькольм уронил мясо в клюв голодного птенца. В его мозгу вспыхнули воспоминания детства: Элпин сломала его игрушечный меч и бросила его в уборную; Элпин, хохоча, как безумная, заперла его в кладовке; Элпин спряталась в башне и плакала, пока не заснула; Элпин прибежала к нему с полным горшком гудящих шершней.

Он вздрогнул. Много лет назад она отравляла жизнь легковерному мальчишке. А теперь поумневший мужчина отплатит ей тем же.

— Интересно, что она сделает, если я скажу, что все это враки?

Александр Линдсей, главный егерь и наставник лучников, осторожно двинулся по коридору. Соколы чистили перья, пустельги нервничали. Рядом были три золотистых орла. Хищные птицы возились на жердочках, их крылья трепетали. Подойдя к Малькольму, Александр стянул с головы шапку, обнажив лысую, словно вершина Сторра, макушку. Продолжая щуриться, он взглянул в сторону Малькольма.

— Я только хотел сообщить вам об этом, мой господин. Мне не пристало допрашивать вашу гостью.

— Гостью? — Малькольм расхохотался. Круглоглазый пушистый совенок потянулся за новым куском. Малькольм с улыбкой оторвал еще кусочек мяса и скормил его птенцу. — Скажи леди Элпин, что я занят. И доложи мне немедленно, когда Саладин вернется из Абердина.

Александр с боязливым любопытством наблюдал за совой.

— Стражник сообщит, как только мавр покажется на горизонте. Но леди Элпин сказала, что, если вы не явитесь, она передумает и не простит вас за то, что вы сделали с ней в башне много лет назад.

— Она не простит меня! Благослови меня святой Ниниан, эта дама все путает! Отправь ее к ее родичам в Синклер.

— Да, сэр. Англия — самое подходящее место для таких, как она. — Александр направился к дверям и, выйдя, закрыл их за собой.

Замок Синклер находился не больше чем в часе езды к югу от шотландских владений Малькольма, за Адриановым валом. В Англии. Элпин там не понравится. Она всегда ненавидела это место. Только теперь ей не удастся, переодевшись мальчишкой, искать убежища здесь, в пограничной крепости Малькольма. В детстве он испытал на себе силу ее ярости. Когда ему было семь лет, а ей — шесть, Элпин была справедливо признана неуправляемой и отослана на остров Барбадос. Годы разлуки притупили неприязнь Малькольма. Но пять лет назад, узнав о том, что Элпин поступает непорядочно по отношению к своему опекуну на острове, он привел в действие механизм мести…

Давным-давно она лишила его того, чего он жаждал больше всего на свете. Теперь он отплатил ей той же монетой.

От невыносимой, жгучей боли, источник которой находился где-то внутри, Малькольм застыл на месте. Птицы, почувствовав перемену в его настроении, забеспокоились. Их смертоносные когти защелкали по грубо вытесанным дубовым жердочкам. Встревоженная сова попыталась прикрыть своего отпрыска крылом. Малькольм чувствовал себя обманутым, обокраденным. Он всегда оставлял все проблемы за порогом этого полутемного святилища. Сегодня они проникли и сюда.

Но он загнал Элпин Мак-Кей в угол. Малькольм ждал возвращения Элпин на границу с того самого момента, как узнал о смерти Чарльза. Через неделю он нанесет ей визит, заехав в дом своих соседей-англичан. Там-то он увидит Элпин дергающейся, словно мышь в когтях хищника.

Довольный, Малькольм прогнал старую боль и ободряюще заговорил с напуганной совой.

Дверь распахнулась. В помещение ворвался солнечный свет. Зашипела сова, завопила пустельга. Совенок клюнул палец Малькольма. Он отдернул руку, не сводя глаз с женщины, показавшейся на пороге.

— Привет, Малькольм!

Пышная юбка этой дамы закрывала весь дверной проем, яркий свет мешал рассмотреть черты ее лица. Элпин Мак-Кей вошла в любимое пристанище Малькольма.