Великосветские игры - Паола Маршалл

Окинув взглядом сквозь пенсне пестрое сборище, он томно протянул:

— Что там насчет ужина, Чарлз? Только не говори, что ты устроил суд, — баранина остывает!

Уилл ошеломленно уставился на вошедшего, ибо это был Джилли Торнтон — тот самый, с которым он встречался в заведении Джексона на Бонд-стрит. Очевидно, измученным пленникам его послали небеса — впрочем, спаситель из него мог получиться ненадежный.

— Джилли Торнтон, объясните этим болванам, кто я такой! — потребовал Уилл.

Джилли настороженно обернулся к нему.

— Голос мне знаком, но могу поклясться, что я никогда не якшался с людьми такого сорта!

— Черт побери, Джилли, если ты не узнаешь старого друга, так посмотри по крайней мере на мою жену!

— Бекки? — изумленно протянул Джилли и поправил пенсне. — Бекки, какого дьявола вы делаете здесь, в этих обносках? Уилл, что это вы затеяли?

Все присутствующие в библиотеке воззрились на Джилли. Сэр Чарлз сдавленным голосом выговорил:

— Так ты знаком с этими людьми, Торн-тон?

— Знаком ли я с ними? Еще бы! Это мой давний друг Уилл Шафто и его жена. Но я не понимаю, что они делают здесь, да еще в этих маскарадных костюмах. Ты решил разыграть нас, Уилл?

— Разумеется, нет! И если сэр Чарлз будет так любезен выставить отсюда сторожа и Эрн-шоу, я объясню, что случилось.

Джилли Торнтон окинул супругов неожиданно проницательным взглядом.

— Хорошо, дружище, но прежде следует позаботиться о бедняжке Бекки — похоже, она сейчас упадет в обморок.

Все взгляды устремились на Ребекку. Торн-тон был прав: выглядела она так, словно и в самом деле собиралась потерять сознание. Правда, Уилл подозревал, что это всего лишь игра.

Она слабо застонала и начала оседать на пол. Как и следовало ожидать, все мужчины мгновенно устыдились негалантного поведения по отношению к благородной даме.

— Боже милостивый! — воскликнул Чарлз.

— Держи ее, Уилл! — подхватил Джилли. Изумленный таким поворотом событий, мистер Эрншоу разинул рот, а сторож попятился, осознав, что рискует лишиться работы, поскольку принял двух благородных особ за мошенников.

Подхватив Ребекку, Уилл обратился к сэру Чарлзу:

— Ей нужен отдых! Она уже больше недели почти не спала и не ела!

Сэр Чарлз был весьма галантным и любезным джентльменом со всеми дамами, при условии, что они благородного происхождения.

— Конечно, конечно! — отозвался он и рявкнул на остолбеневшего лакея: — Живо приведи сюда миледи, дворецкого и экономку!

Ребекка решила закрепить победу.

— Ванну… — слабо простонала она и добавила: — И чистую одежду!

— Все, что только пожелаете, мадам! — заверил ее сэр Чарлз. — Прошу простить меня… а также всех нас… — Он гневно взглянул на Эрншоу и прибавил: — Разумеется, наше заблуждение можно понять…

— Между прочим, я пытался объясниться, — заметил Уилл, укладывая Ребекку на диван, — но меня заставили замолчать…

Он перевел взгляд на жену. Она открыла глаза, подмигнула ему и снова закрыла их, издав еще один протяжный стон. Уилл с трудом удержался от смеха. Хитроумная плутовка! Как обычно, она сумела обвести всех вокруг пальца!

После прибытия леди Эшворт, дворецкого и экономки Ребекку перенесли в спальню, искупали, переодели в чистую одежду, накормили — словом, спасли, как позднее она объяснила Уиллу.

Тем временем Уиллу пришлось излагать их печальную историю, перебиваемую возгласами гнева и сочувствия всех присутствующих.

Придя в ярость, сэр Чарлз принялся вышагивать по библиотеке.

— Во всем этом есть и светлая сторона, Шафто: теперь вы сможете показать нам место в лесу, где прячутся эти негодяи. Мы разгоним их и предотвратим бунт.

Уилл покачал головой.

— Увы, сэр Чарлз, — ловко солгал он, — ни я, ни моя жена не имеем ни малейшего представления о том, куда нас увезли. Нас схватили во время грозы, после того как экипаж свернул на объездную дорогу. В темноте мы окончательно были сбиты с толку. А когда нас решили отпустить, то завязали нам глаза, посадили в повозку и довезли до заставы, откуда мы дошли пешком до деревни. И кроме того, у меня создалось впечатление, что луддиты намерены перенести лагерь в другое место — чтобы мы не выдали их.

Выслушав это, все присутствующие, кроме Джилли Торнтона и Уилла, дали волю своему гневу.

— Кстати, вы видели их вожака — этого Лудца? — продолжал допытываться сэр Чарлз.

Уилл покачал головой.

— К сожалению, нет. — На этот раз он сказал правду: Хенсон ничем не напоминал неистового предводителя бунтовщиков Неда Лудца. Хенсон отпустил их с Бекки при условии, что они будут хранить молчание, и Уилл намеревался сдержать слово.

После того как Уилл побрился, вымылся и переоделся, Джилли Торнтон, как выяснилось, зять сэра Чарлза, отвел его в сторонку и негромко спросил:

— Кто это подбил тебе глаз и губу, Уилл, и почему?

Джилли оказался более проницательным, чем можно было предположить. Уилл усмехнулся.

— Человек способен совершать странные поступки, оказавшись во власти тех, кто его ненавидит. Джилли, только тебе я признаюсь: я благодарю Бога за то, что часто бывал у Джексона.

— И как же теперь выглядит твой противник?

— Хуже, чем я, — и давай больше не будем об этом. Мы с Бекки спасены и теперь хотим как можно быстрее забыть о случившемся.

Уилл солгал: он ничего не забыл, да и не мог забыть. Наслаждаясь подогретой бараниной и отличным портвейном за столом сэра Чарлза, он вспоминал тех, кому повезло меньше, чем ему самому. Только теперь он осознал, что все его беды обитатели леса сочли бы сущими пустяками.

Но самое худшее — его охота за богатыми наследницами и женитьба на Бекки выглядели поступками, недостойными мужчины. Вспыхнувшая в нем любовь к Бекки не имела смысла: он мог предложить ей только себя, бесчестного мошенника.

Да, он совершил благородный поступок, ради нее решившись на поединок с Черным Джеком, но что будет дальше, когда оба они вернутся к жизни, которую вели до того, как попали в плен к луддитам?

Глава четырнадцатая

— В чем дело, Уилл? Что случилось?

С тех пор как супруги вернулись в Лондон, Уилл был мрачным и отчужденным и ничем не напоминал пылкого любовника из лесной хижины.

— Ничего, — обронил он. — Ничего. Этот ответ не обманул Ребекку, но больше ей не удалось вытянуть из мужа ни единого слова.

Ребекка отправила в Инглбери письмо для миссис Грей и остальных слуг, в котором приказывала им оставаться в поместье, пока она сама не приедет туда через несколько недель. Лондон вдруг показался ей земным раем.

По иронии судьбы, в тот же день, когда Ребекка и Уилл оказались в Эшворте, сэр Чарлз получил письмо от лорда-наместника Йоркшира. В этом послании сэру Чарлзу было поручено разыскать пропавших миссис и мистера Шафто, исчезнувших вместе с экипажем где-то между Ноттингемширом и Йоркширом.