Мой злодей - Линдсей Джоанна

Ребекка открыла глаза и увидела, что он поднимает сиденье, под которым оказалось нечто вроде ящика, и вытаскивает винтовку.

— Ты собираешься стрелять?! — воскликнула она.

— Считаешь, у меня нет для этого причин? Заодно посмотришь, как я превосходно стреляю. Да и им уже пора повернуть коней.

Так просто? Он говорит это с такой уверенностью!

Руперт открыл окно над головой Ребекки, уперся коленом в сиденье и, просунув винтовку наружу, приготовился стрелять.

Выстрел прозвучал так оглушительно, что в ушах Ребекки зазвенело. Руперт тихо выругался: как раз в момент выстрела экипаж так сильно тряхнуло, что пуля вряд ли попала в цель. Ребекка закрыла уши. Конечно, этоне слишком помогло, но в следующие пять минут Руперт выстрелил трижды.

— Можешь подняться, — сказал он.

Ребекка негодующе поджала губы, но все же осторожно перебралась обратно на сиденье, стараясь не показать, как испугана.

— Потребовалось четыре выстрела, чтобы изменить мнение Пирсона. Значит, ты не слишком меткий стрелок!

— С ним было еще два человека. Теперь все трое ранены.

Руперт снова сел напротив нее. Несколько минут он изучал лицо Ребекки, а потом сказал:

— Знаешь, кажется, впервые в жизни я сижу с красивой женщиной в удобном экипаже и не пытаюсь затащить ее себе на колени.

— К чему ты это сейчас сказал? — спросила Ребекка.

— А ты не поняла? — спросил он с лукавой улыбкой и, притянув Ребекку к себе, усадил ее на колени.

— Какого!..

— Ты так испугалась… — зашептал он ей на ухо. — Да ты и сейчас все еще дрожишь! Я хочу немного тебя отвлечь.

О, она уже отвлеклась! Вот только Ребекка не могла понять, почему Руперт решил утешить ее, если считает, что она сама пыталась его соблазнить?

Сжав ладонями ее лицо, Руперт припал к губам Ребекки. Уже через несколько мгновений их поцелуй стал горячим и пылким. Опасность обострила их чувства, и страсть вырвалась наружу.

Господи, как он может так с ней поступать! Он ведь знает, что у нее нет сил устоять перед ним. Мало того что у нее захватывает сердце при взгляде на него, но и пить поцелуй с его губ, ощущать прикосновения, вспоминать ту ночь в его постели!.. Да если б она знала, к чему это приведет, остановила бы его тогда. Но она знала. И не хотела его останавливать.

Ее пальцы запутались в его шелковистых волосах Темный локон коснулся ее щеки, когда Руперт, не закончив поцелуя, слегка изменил позу. Его ладонь медленно скользила от ее шеи к животу в долгой восхитительной ласке. Прошло несколько минут, прежде чем Ребекка ощутила, как его пальцы слегка сжали заветное местечко между ног. Но мешала одежда!

Очередной сильный толчок прервал поцелуй и прояснил голову Ребекки ровно настолько, чтобы она поняла: прежде чем продолжить, нужно еще раз попытаться убедить его в том, что она ждет ребенка, иначе потом они оба об этом пожалеют. А может, таким способом он дает понять, что верит ей?

Ребекка прижала пальцы к губам, не позволяя Руперту снова ее поцеловать.

— Теперь ты мне веришь? — тихо спросила она.

— Ты о чем?

Судя по выражению его лица, он искренне недоумевал. Впрочем, сейчас он был способен думать только об одном, и в глазах его все еще горела страсть. Поэтому Ребекка уточнила:

— Я о ребенке.

Эти три слова мгновенно погасили огонь. Руперт усадил Ребекку на прежнее место, провел рукой по волосам и взглянул на нее с недовольным видом:

— Твое умение выбрать подходящий момент поистине достойно сожаления. Мне казалось, я ясно дал понять, что не попадусь в твою ловушку.

Его слова потушили чувственное пламя Ребекки. Если Руперт так считает, зачем тогда он ее целовал?

Возможно, ей стоило в последний раз попытаться убедить его, что он ошибается, но на это у Ребекки не было сил.

— Знаешь, — выдавила она, — когда мы оба состаримся, поседеем и оглянемся на прожитую жизнь, только у меня останутся воспоминания о ребенке, которого мы создали вдвоем. И тогда, думаю, мне станет жаль тебя.

Судя по его мрачному виду, Ребекка задела больное место. Ну и пусть. Он заслужил такие слова. Но тут Руперт покачал головой:

— Какой же я глупец, что позволяю постоянно обманывать себя! Ты так ловко манипулируешь людьми! Значит, ты так сильно хочешь выйти за меня? Прекрасно, я попрошу капитана поженить нас в море, на обратном пути в Англию. Но не думай, что ты добилась своего, Бекка. Брак будет фиктивным и продолжится только до тех пор, пока не будет доказано, что ты не беременна. Потом мы его аннулируем. Но тебе придется оставить должность при дворе, как всем замужним фрейлинам. Кроме того, младшим фрейлинам не дозволяется иметь детей. Поэтому поезжай домой и постарайся не показываться людям на глаза.

Как он смеет диктовать ей свои гнусные условия?!

— Я и без того собиралась вернуться домой, тем более что становится все труднее справляться с приступами тошноты. Будь у меня иной выход, я выбрала бы его назло тебе! Но брак с самым вероломным распутником в Лондоне — это не выход, и ты уже знаешь мой ответ. Этому не бывать!

— Мы поженимся, — повторил Руперт.

— Ни за что!

— Ты так считаешь? В таком случае не возражаешь, если о твоей беременности будет объявлено в газетах?

Ребекка едва не подпрыгнула от возмущения.

— И зачем тебе это?

— Потому что ты, наконец, заронила во мне крупицу сомнения, а пока она не дает мне покоя, позволь заверить, что я скорее добровольно отправлюсь ко всем чертям, чем позволю своему ребенку попасть в чужой дом!

— Почему бы тебе в таком случае попросту не отправиться ко всем чертям?

Глава 33

Как можно от всей души ненавидеть человека и все-таки изнывать от угрызений совести из-за того, что послала его ко всем чертям? — думала Ребекка. И все же ей было не по себе. Она едва сдерживалась, чтобы не извиниться. Она была уверена, что обещание жениться вырвалось у него в гневе и никакой свадьбы не будет. Но Ребекка ошиблась. Потрясение было ужасным, и она никак не могла оправиться. Стоя на палубе маленького суденышка, которое должно было доставить их в Англию, она подставляла лицо холодному ветру, сушившему ее слезы, и думала: «Сущий кошмар — выходить замуж таким образом… и все потому, что я не смогла устоять против падшего ангела».

Ребекка не могла понять, зачем нужен этот брак. Он просто не имеет смысла!

Экипаж и лошади под присмотром Мэтью должны были отправиться на большом судне, которому предстояло отплыть на следующий день. На этом кораблике не было каюты. Но он отходил немедленно и должен был уже через час доставить их в Дувр.

Ребекка почувствовала, как Руперт встал рядом с ней у поручня, но не смогла повернуть голову и посмотреть на него. Английское побережье было уже близко, и она не сводила глаз с меловых утесов Дувра.

— Позволь тебя кое в чем заверить, — спокойно начал Руперт, словно действительно делал ей одолжение. — Больше я до тебя не дотронусь. Этот брак останется фиктивным.

Ребекка могла бы поблагодарить его за это, если бы нашла в себе силы выдавить хоть слово. Впрочем, ей вовсе не хотелось разговаривать с Рупертом. Но он имел еще наглость добавить:

— Я не собираюсь рисковать, а вдруг ты действительно забеременеешь.

Другая бы на ее месте после таких слов наверняка бы упала на палубу и забилась в истерике. Но Ребекка сдержалась. Руперт поставил себе целью унижать ее на каждом шагу! И хотя голос его оставался невозмутимым, оскорбления так и сыпались из его уст.

— Тебе даже не придется снова видеть меня, пока не пройдет достаточно времени, чтобы доказать твою лживость. Мне вовсе незачем приезжать. Вместо этого я пошлю одного из моих братьев, а сразу после этого аннулирую брак. Так что все прекрасно уладится, по крайней мере с моей точки зрения.

— Как ты любезен, — уничтожающе пробормотала Ребекка.

— Я не сомневаюсь, что брак — именно то, чего ты добиваешься, несмотря на глупые уверения в обратном. Но об этой свадьбе никто не должен знать… или мне объяснить в деталях?