Мой злодей - Линдсей Джоанна

Ребекка едва не рассмеялась, услышав, как Констанс только что выдала ей тайну леди Сары. Она живо представила, как леди Сара жалуется: «Мне следовало сделать это самой!»

— Кажется, это всего в нескольких кварталах к северу от Нью-Бонд-стрит? — спросила Ребекка, вспомнив, что там живет подруга матери.

— Понятия не имею.

— А я почти уверена. Собственно говоря, завтра я еду на Бонд-стрит за покупками. Не хотите присоединиться?

— И мы сможем остановиться на Уигмор-стрит?

— Разумеется. И если возникнет такая необходимость, не стесняйтесь просить меня поехать с вами. Я не прочь иногда выбираться из дворца, а моя горничная поедет с нами.

Господи, неужели действительно так легко стать шпионкой Найджела Дженнингса!

Глава 17

Руперт был очень доволен тем, что Ребекка Маршалл оказалась последней из фрейлин, которую следовало проверить. И то обстоятельство, что она бросила ему вызов, приятно его возбуждало. Остальных девушек было слишком легко разгадать. Очаровательная малышка Эвелин находила интриги Сары весьма волнующими. Констанс, застенчивая мышка, покорно исполняла любые приказы, хотя искренне презирала Сару. Но если слишком надавить на нее, она может стать опасной и решит, что единственный выход — разоблачить махинации Сары.

Элизабет, как ни забавно было вести с ней игру, была чересчур навязчива, и поэтому пришлось немедленно положить конец тому, что она посчитала ухаживанием. Кроме того, она бесцеремонно пыталась затащить его в постель. Руперт прекрасно знал таких, как она. Если он сдастся, уже через месяц она объявит, что они должны пожениться. Ну уж нет, в эту ловушку он не попадет.

Наверное, необходимо предупредить Ребекку, чтобы держалась настороже. После вчерашнего бала, когда Элизабет увидела, как он танцует с ней, все изменилось. Элизабет едва не взбесилась от ревности и посчитала, что Руперт порвал с ней только из-за Ребекки. А ведь он знал, что Элизабет способна на подлость: недаром она хвасталась, что подстрекала соседку по комнате затеять скандал с Сарой, после чего девушке пришлось отказаться от должности и уехать из дворца.

Теперь единственной проблемой было встретиться с Ребеккой. Похоже, она на все утро засела в покоях герцогини. Гораздо легче было подойти к другим фрейлинам, которые беспрестанно сновали из комнат на кухню, в сад, галерею, где висели картины знаменитых художников, и бегали по бесчисленным поручениям Сары. Не стоило ему ждать у двери в покои герцогини, как он это сделал вчера. Ему повезло, что Ребекка вышла первой, однако сегодня этого скорее всего не произойдет. А если она сообразила, что он будет ее ждать, значит, ни за что не выйдет одна. Но Руперт не жалел о своей попытке потолковать с ней. Прошлой ночью, когда он лег в постель, с его лица не сходила улыбка. Он вспоминал их встречу…

Ребекка растаяла в его объятиях. И в этом не было ничего удивительного. Он и сам обнаружил, что слишком наслаждается поцелуем. И не поверил себе, когда ощутил безумное желание. Черт побери, он проверяет ее по заданию Найджела! И до этого случая никогда не терял самообладания! Поэтому совет держать в узде эмоции был также напоминанием себе о необходимости самоконтроля. Кроме того, он дал Ребекке прекрасный предлог продолжить уроки нежной страсти. Но она оскорбилась. До чего же забавно! Она, возможно, жалела, что не швырнула в него чем-то потяжелее конверта, в котором была запись с адресом нового портного на Бонд-стрит. И почему, спрашивается, этот дурацкий конверт лежал у нее в кармане?!

Руперту вдруг страстно захотелось увидеть ее, а когда ничего не вышло, он разозлился на себя и Ребекку. Похоже, он сумеет встречаться с ней только по вечерам, на балах и маскарадах. И он никак не сможет побыстрее выполнить задание Найджела, тем более что некому его подгонять: Найджелу пришлось срочно уехать в Нидерланды. Один из агентов сообщил, что там возобновились тайные переговоры о войне.

Нидерланды были давно недовольны Бельгией, добившейся независимости. Не впервые им нападать на эту страну. Они все еще надеялись вернуть свои бывшие владения, а ведь мирному договору, который наконец был подписан, всего несколько лет! И королева Виктория лично участвовала в переговорах, поскольку ее любимый дядюшка Леопольд стал королем Бельгии, когда страна получила независимость. Найджел надеялся успокоить бурные воды, прежде чем договор будет нарушен. А на это могут уйти недели, если не месяцы.

Теперь, когда Найджела не было во дворце, а встреча с Ребеккой казалась вряд ли возможной, Руперт решил навестить родных. Поскольку он жил вместе с ними, они, конечно, замечали его частые отлучки, и мать постоянно пыталась узнать, где он пропадает. Но он отговаривался визитами к многочисленным любовницам. В искренности оправданий подобного рода мать никогда не сомневалась.

Выйдя из дворца, Руперт неожиданно увидел Ребекку, которая садилась в экипаж, и сразу же поспешил к конюшне, где его ждала оседланная лошадь. Спустя несколько минут он уже мчался по дороге в город, преследуя на небольшом расстоянии кеб Ребекки. Когда лошади свернули на Олд-Бонд-стрит, Руперт улыбнулся. Похоже, дама отправилась за покупками! Что ж, у него будет прекрасная возможность провести с ней день!

Однако уже через несколько минут он проклинал себя за то, что делает поспешные выводы. Экипаж не остановился, как предполагал Руперт, а покатился по Нью-Бонд-стрит, мимо модных лавок, и через несколько кварталов свернул на Уигмор-стрит. Примерно на середине улицы кеб остановился.

Руперт тоже натянул поводья. Теперь он оставался на самом виду, однако надеялся, что Ребекка его не заметит. Интересно, какое дело ее сюда занесло, думал Руперт. Впрочем, у нее может быть множество причин оказаться здесь, и ни одна из них не связана с Сарой. Возможно, здесь живут ее родные или она просто навешает подругу.

Но оказалось, что Ребекка в экипаже не одна. И не она вышла из экипажа и постучала в дверь, а горничная, которую Руперт видел вчера в комнате девушек. Он специально заставил Элизабет ждать в саду, чтобы без помех обыскать ее комнату, но не был особенно разочарован, увидев горничную, поскольку вовсе не ожидал найти какие-то улики.

Руперт по-прежнему воздерживался от поспешных выводов. Горничную могли попросить выяснить, дома ли подруга.

Дверь открыл дворецкий. Девушку не пригласили войти, но через несколько минут на крыльцо вышел хозяин дома. Горничная Ребекки вручила ему записку и поспешила назад. Руперт почувствовал себя так, словно получил удар по голове.

Он знал этого человека. Не лично. Просто видел во дворце. Этот был тот самый лорд Албертон, которого Найджел проверял в прошлом году после неудачной попытки покушения на королеву, когда та проезжала в своей карете по улицам Лондона. Преступника, а им оказался молодой Эдвард Оксфорд, судили за государственную измену, однако не казнили, поскольку психиатры признали его сумасшедшим. И все же Найджел, как человек крайне подозрительный, опасался заговора, поэтому приказал следить за каждым, кто был знаком с Оксфордом. Одним из таких знакомых был лорд Албертон.

Целых полгода Найджел упорно вел расследование этого дела, но так ничего и не обнаружил. Руперт в нем почти не был задействован, что его, собственно, не очень огорчало, поскольку он не любил работать впустую.

Но даже если Найджел и не обнаружил никаких доказательств заговора против королевы, это еще не означало, что такового не было. Просто заговорщики могли умело замести следы. Очевидно, Сара была как-то связана с этим человеком, если посылает ему записки. Впрочем, это может быть ее обычная интрига с целью утвердить свою власть. Или нет. Нужно помнить, то Албертон — холостяк, так что интерес Сары мог быть чисто романтическим. Но тем не менее Найджела следовало предупредить, как только тот вернется во дворец.

Черт! Теперь не было никаких сомнений, на чьей стороне Ребекка. Очевидно, она решила перейти в лагерь Сары Уилер.