Мой злодей - Линдсей Джоанна

Ребекка не могла понять, чем она удивила его, но это признание показалось ей более искренним. И все же она чувствовала, что он говорит ей именно то, что она желает слышать. Неужели это привычная тактика повесы, выработанная за много лет? Или он таким образом старается обольстить очередную жертву? Однако Ребекке очень хотелось ему верить, и это обстоятельство совершенно ее не удивляло. Ее неодолимо влекло к нему. Ничего подобного она до сих пор не испытывала. Правда, в отношении мужчин у нее не было никакого опыта. Но сознание того, что Руперт чувствует к ней нечто большее, чем простое любопытство, наполняло ее восторгом.

— Итак, может, продолжим урок?

Урок? О Господи, она совершенно забыла, что все началось с его предложения помощи.

Ребекка снова покраснела. Как она могла придать поцелую гораздо большее значение, чем следовало!

Но Руперт еще не закончил.

— Следует ласкать мужчину, не вкладывая в это эмоций, — предупредил он. — Значит, будем тренироваться, пока вы не усвоите основные правила. До тех пор пока все это не станет для вас обыденным и вы не научитесь полностью себя контролировать.

Так вот что это для него? Всего лишь обычная прелюдия к постели?

Ребекка была обижена и оскорблена: весьма действенное сочетание, на которое она мгновенно среагировала.

— Сделайте нам обоим одолжение — не делайте мне никаких одолжений. Вы, сэр, негодяй! — прошипела и вырвалась из кольца его рук.

— Не думаете же вы, что это меня остановит? — окликнул ее Руперт со смешком.

Ребекка не ответила, но все же обернулась и швырнула в него конверт Найджела. Жаль, что не попала! Конверт медленно опустился на пол.

Руперт рассмеялся еще громче, поднял конверт и, не глядя, запихнул в карман.

— Если хотели ударить меня, любовь моя, пощечина была бы куда уместнее. Не находите? А вот вас немало бы удивил мой ответ.

Ребекка не собиралась спрашивать, что сделал бы Руперт, ударь она его по лицу.

Она поспешно шагала прочь, желая оказаться подальше от него!

Глава 16

Хотя герцогиня Кентская была энергичной женщиной, переступившей порог пятидесятилетия, все же званый ужин оказался на удивление скучным. За столом сидели только старшие и младшие фрейлины, которым предлагалось отпраздновать приезд старой подруги герцогини. Дамы болтали о всяких пустяках, развлекая герцогиню, а Ребекка между тем без труда вернулась мыслями к событиям сегодняшнего дня.

Элизабет возвратилась в их общую комнату намного раньше ее и уже успела переодеться к ужину. Едва только Ребекка вошла, соседка окинула ее яростным взглядом, протиснулась мимо и исчезла. Ребекка вздохнула. Неужели придется не спать по ночам, ожидая удара в спину? Непонятно, с чего все это началось, но очевидно одно: ненависть Элизабет к Ребекке только усилилась, когда она стала ревновать Руперта. После ее ухода Ребекка обратилась к Флоре:

— Когда она вернулась?

— Меньше чем через час после появления джентльмена.

— Искали одну из нас?

— Нет, он ошибся комнатой и очень смутился, но все же сумел объяснить, почему оказался здесь. Впрочем, его удивление можно простить. Возможно, он не ожидал увидеть горничную, которая предается безделью средь бела дня.

— Упрекаешь меня? Но тебе вовсе не обязательно все время сидеть в комнате. Вряд ли мне следует переодеваться ко второму завтраку. Ты вполне можешь бывать здесь дважды в день: утром и вечером.

— Я знаю свои обязанности. И должна быть под рукой каждый раз, когда это необходимо, а не сидеть в своей квартире, ничего не делая. Кроме того, джентльмен-, вне всякого сомнения, оживил обстановку. Никогда в жизни не видела мужчину красивее! После того как за ним закрылась дверь, я долго не могла прийти в себя.

Ребекка от неожиданности растерялась. Только один человек прекрасно подходил под это описание!

— У этого джентльмена длинные черные волосы и очень светлые голубые глаза?

— А вы его знаете?! — ахнула Флора.

— Похоже, что так. Это Руперт Сент-Джон, племянник нашего высокородного соседа, герцога Норфорда. Видишь ли, Руперт и Элизабет… как бы это выразиться… близкие друзья.

— Не может быть, — усомнилась Флора.

— Но это так. И сегодня у них было свидание. Так что он, должно быть, перепутал место встречи, поэтому и пришел сюда.

Вот чем объясняется его опоздание на встречу с Элизабет. Но неужели он мог совершить столь непонятную ошибку? Хотя… у него так много интимных встреч, что он мог и перепутать!

— Полагаю, все прошло не так, как ожидалось, — предположила Флора.

— Что именно?

— Их сегодняшнее свидание. Леди вернулась вся в слезах. Я сразу все поняла. Сама она не произнесла ни единого слова. Сидела за туалетным столиком, уставясь в зеркало невидящим взглядом.

Вот это сюрприз! Впрочем, Элизабет могла быть расстроена и не из-за Руперта. Когда Ребекка подсматривала за ними у беседки, ей показалось, что Элизабет сообщала Руперту какие-то дурные новости.

— Ну, это их дело. Не наше, — сказала она вслух. — И она была не настолько подавлена, чтобы избавить меня от своих злобных взглядов. Что же до скуки, я подумывала завтра поехать в город, купить книг: в покоях герцогини абсолютно нечего делать. Мы можем найти какие-нибудь романы и для тебя. И еще нитки, вязальные спицы. Короче говоря, тебе достаточно лишь сказать, как ты предпочитаешь проводить время.

После этого Флора перестала жаловаться и заявила, что ей не терпится дождаться завтрашнего дня. Впрочем, и Ребекка тоже. Пока что во дворце не произошло ничего интересного, кроме костюмированного бала, к которому она даже не успела подготовиться, и проделок Найджела и Сары. Правда, она и провела здесь всего несколько дней. Но что касается «самого завидного дебюта»… она уже успела заметить почти полное отсутствие молодых людей и ни с кем не познакомилась, кроме Руперта. Хотя и этого было более чем достаточно.

Знала ли мать, что во дворец в основном приглашают немолодых правительственных чиновников и пожилых сановников? Самые завидные женихи королевства скорее всего приезжают в Лондон только во время сезона. Наверное, придется ждать до зимы, чтобы познакомиться с кем-нибудь из них. Но пригласят ли их во дворец?!

Ребекка ушла сразу же после ужина, расстроенная собственными мыслями. Подобные перепады настроения были совершенно ей несвойственны. И ничего подобного она не испытывала, пока не встретила Руперта, а ведь ей уже объяснили, что он — известный повеса. Однако он пробуждал в ней непонятный интерес. Если б она не обнаружила, насколько может быть волнующей жизнь, наверняка не была бы сейчас так недовольна своей участью, особенно когда его не было рядом.

Уход Ребекки не прошел незамеченным. Впрочем, могло быть иначе, если бы она сумела проигнорировать плачущую в коридоре Констанс. Две несчастные фрейлины в один день? Неужели Руперт настолько любит разнообразие? Но кажется, она несправедлива к нему. Просто раздражена тем, что он попытался так откровенно добавить ее к списку своих побед.

Эвелин рассказала Ребекке, что Констанс три года ждала возвращения своего жениха в Англию, но когда дождалась, он сообщил ей, что разрывает помолвку.

Именно поэтому Констанс в последнее время была сама не своя.

— Констанс… — прошептала Ребекка.

Та растерянно вздрогнула и вытерла щеки.

— Ничего страшного.

— Не хотите поговорить со мной о… нестрашном?

Констанс, похоже, не поняла шутки.

— Нет… да. Леди Сара потребовала, чтобы я утром снова поехала в город. А матушка еще не объяснила мне, стоит ли делать подобные вещи. В первый раз я так боялась. Понимаете, раньше я никогда не бывала в городе одна.

— В таком случае возьмите с собой лакея.

— Я подумывала об этом и даже спросила леди Сару, но она отказала. Не хочет, чтобы кто-то видел, как я передаю записку лорду Албертону, на Уигмор-стрит.