Талисман египетской царицы - Наталья Александрова

– Все кончилось, – сказала Алиса, – теперь нам ничего не грозит. Все улики сгинули вместе с Адой.

– А вы верите во всю эту мистику? – спросила Арина. – Я верю, потому что была в Медине и помню хозяина таинственной лавки.

– А я – потому что ко мне приходила кошка Клеопатра…

– А я просто верю! – улыбнулась Алиса. – Но вот что с нами будет теперь? Неужели без камней мы снова станем совершенно беспомощны?

– Ну уж нет! – воскликнула Алена. – Марианны теперь нет, так что я никому не позволю обращаться со мной по-свински! Буду работать, в конце концов люди себе не враги, они поймут, что я хочу для компании самого лучшего!

– И я не собираюсь сдаваться! – сказала Алиса. – У меня есть работа, потом еще что-нибудь появится, проживу!

– А я? – горько вздохнула Арина. – Со мной как? Все то же самое, только люди снова станут шарахаться от меня и считать пустым местом…

– Не дури! – сказала Алена. – С чего это им от тебя шарахаться? Нормально выглядишь!

– Оставайтесь ночевать, поздно уже! – вдруг предложила Алиса.

Алена позвонила в дверь соседа, прижимая свободной рукой к груди большой пакет. Дверь открылась, на пороге стояло чудовище серо-песочного цвета, с длинными ушами и страшной мордой.

– Здравствуй, Рузвельт, – вежливо сказала Алена, – разреши преподнести тебе небольшой подарок.

Рузвельт облизнулся и переступил лапами.

«Подарок? Мне? – говорил его взгляд. – Вы очень добры!»

– Кто там, Рузвельт? – донесся голос из глубины квартиры.

Пес повернулся и громко гавкнул. Алена прекрасно поняла смысл – иди, мол, сам и посмотри, а кричать издалека неприлично. Очевидно, хозяин тоже прекрасно понимал интонации лая своей собаки, потому что он показался в прихожей. Хозяин был неплох – среднего роста, но широк в плечах, и глаза цвета темного шоколада.

– Простите за самовольство, – начала Алена, – но я хотела поблагодарить вашего пса за мое спасение от грабителя. Конечно, уже почти неделя прошла, но только сейчас нашлось время…

Рузвельт громко сглотнул и боднул ее головой в бок – не растекайся, мол, мыслью по древу, давай сюда пакет.

– А что у вас там? – поинтересовался хозяин Рузвельта.

– А там кость, от бараньей ноги! – охотно объяснила Алена.

– А что случилось с самой бараньей ногой? – весело спросил мужчина, отпихивая Рузвельта.

– Ничего не случилось! Она дома ждет. И… если вы хотите…

– Хотим! – Он закивал головой. – Только как насчет кошки?

– Нету больше кошки, – Алена развела руками, – была и ушла.

– Тогда мы сейчас придем! – пообещал хозяин. – Только переоденемся.

– Рузвельт, тебе смокинг необязателен! – крикнула Алена уже с площадки.

Арина сидела у себя в уголке и настороженно присматривалась к сотрудникам. С утра звонков по телефону стало гораздо меньше, это-то как раз неплохо, ей надоело чрезмерное внимание. Но с другой стороны, уж очень не хотелось снова становиться парией.

– Арина! – влез в ее мысли голос начальника. – Вы сделали сводку за прошлый месяц?

– А? – встрепенулась она. – Да, сейчас закончу…

– Поскорее бы, она мне нужна до обеда! – буркнул он, входя в кабинет.

«Раньше он разговаривал со мной более вежливо, – грустно подумала Арина, – ну, хорошо хоть замечает…»

Она открыла нужный файл, и тут запищал ее мобильник.

– Аринка! – раздался в трубке страдальческий голос. – Аринка, ты меня слышишь?

– Да, слышу, – вздохнула Арина, увидев, что звонит закадычная подруга Ленка, та самая, которая наговорила Арине гадостей на собственной свадьбе, так что теперь можно считать, что звонит бывшая закадычная подруга.

– Аринка, мне так плохо… – проскрипела Ленка.

– Простудилась, что ли? – спросила Арина не из вежливости, а чтобы поскорей закончить разговор, все же она на работе, начальник велел поскорее сделать сводку.

– Я под машину попала… – Ленкин голос совсем ослабел, – в больнице лежу…

– Что? – Арина выскочила из-за стола. – Как тебя угораздило?

– Мы с Гусей поссорились…

– С кем? – надрывалась Алина.

– С Гусей, с мужем…

Алина вспомнила, что Ленкиного мужа звали Георгием. Господи, ну и придумала она имечко! Гуся-Муся-Пуся!

Зажав трубку щекой, Арина влезала в сапоги и куртку.

– Аринка, приезжай!

– Адрес говори! – рявкнула Арина, заметив, что дверь в кабинет начальника приоткрывается. Сейчас он потребует эту чертову сводку и никуда ее не отпустит.

Ленка вполне здравым голосом продиктовала адрес больницы, который Арина выслушала уже на бегу.

Шустрый водитель умудрился проскочить под шлагбаум и подвез Арину прямо к дверям больницы. Время было неприемное, тетка на вахте требовала пропуск.

– Я на беседу с врачом, – сказал стоящий впереди мужчина и протянул тетке что-то в кулаке.

Арина поняла его верно и полезла в сумочку за кошельком. Зажав в кулаке сотенную, она сказала тетке, что тоже идет поговорить с врачом. Что было, в общем-то, правдой.

– Давайте больше, – шепнул ей мужчина, отходя, – за сто рублей она и глаз не поднимет.

Он придержал для нее лифт.

– Ну и цены у них, – вздохнула Арина, – двести рублей, чтобы только войти. А сколько же там давать – нянькам да сестрам?

– И не говорите, – согласился мужчина, – пока мать тут три недели лежала, столько денег перетаскал – ужас! Слава богу, ее завтра выписывают!

«Какое славное у него лицо, – подумала Арина, – открытое, чистое. И очки его совсем не портят, а даже ему идут».

Он улыбнулся ей на прощание, когда она вышла на своем этаже. Арина вздохнула – наваждение кончилось, камня у нее больше нет, теперь уже она не привлекает внимание мужчин. А жаль, как было бы здорово увлечь этого, такого симпатичного. И неясно теперь, что он про нее думает. Скорее всего, вообще ничего, вышел из лифта и забыл о ее существовании.

С Ленкой все обстояло не так плохо – сломано два ребра и легкое сотрясение мозга. От этого под глазами проступили черные синяки, и Ленка похожа была на очковую змею. Увидев Арину, она зарыдала.

– Ты чего? – удивилась Арина.

– Себя жалко, – честно призналась Ленка.

Далее выяснилось, что они крупно поругались с мужем, Ленка его приревновала, потому что все время звонит какой-то противный женский голос, и еще он в компании вздумал уединиться со своей старинной подругой якобы для серьезного разговора о делах.

– Никаких у него не может быть с ней дел! – говорила Ленка, шмыгая носом. – Она в него с первого класса была влюблена, мне его мать сама сказала…

На людях Ленка держалась, но дома устроила мужу жуткую сцену. Он тоже не остался в долгу и наговорил ей много неприятных слов. Ленка обиделась и решила уехать к маме. Но когда шла по улице, глотая слезы, то просто не заметила, что двинулась на красный свет, и ее сбила машина. И теперь она боится звонить родителям, потому что у отца больное сердце, и если он узнает, что Ленка попала под машину, то сам сляжет. А ей нужно принести из дома халат, тапочки и полис, но сама она звонить этому извергу ни за что не станет.