Талисман египетской царицы - Наталья Александрова

– Сюда, пожалуйста! Не задерживайтесь! – поторопила последних посетителей немолодая служительница в темно-зеленом форменном пиджаке.

Арина свернула налево по коридору вслед за рослым светловолосым шведом и вдруг увидела за ионической колонной смутно различимую в полутьме человеческую фигуру, которая делала ей непонятные знаки, словно манила за собой.

– Вы мне? – удивленно спросила Арина.

В ответ фигура поднесла палец к губам, призывая ее к молчанию, и удалилась в боковой коридор, приглашая ее следом.

Арина оглянулась.

Служительница музея ушла вперед, и, кроме самой Арины, в коридоре никого не осталось. Подумав, что раз уж она пришла в музей, то нужно довести дело до конца, Арина решительно пошла вслед за таинственным незнакомцем.

Впрочем, он куда-то пропал. Арина шла в прежнем направлении, вглядываясь в полутьму музейных залов.

Ей показалось, что впереди кто-то мелькнул, и она прибавила шагу, хотела окликнуть незнакомца, но побоялась нарушить строгую тишину музея. Пройдя по неширокому коридору, Арина миновала зал с античными статуями и оказалась на пороге Египетского зала.

Ее внезапно охватила робость.

Этот зал даже в дневные часы вызывал у нее смутную тревогу. Все эти саркофаги и мумии были так тесно связаны со смертью, с таинственной загробной жизнью, что сердце Арины тоскливо щемило, и она старалась поскорее уйти отсюда.

Но сейчас… сейчас какой-то внутренний голос говорил ей, что она пришла в нужное место и, чтобы завершить начатое, нужно преодолеть свой страх.

Медленно, нерешительно она двинулась вперед.

По сторонам от нее за стеклами витрин располагались древние статуэтки – те, которые помещали в саркофаги египтян, и те, которые украшали их повседневную жизнь.

Здесь были ушебти – маленькие фигурки, которые, по поверьям египтян, должны были в загробном мире принять на себя грехи покойного, отчитаться за него перед богами и выполнять за него тяжелые работы. Были здесь и фигурки зверей и домашних животных, были древние игрушки. Взгляд Арины невольно задержался на каменной кошке – совершенно как живая, она замерла с удивительной грацией и, казалось, исподтишка наблюдала за молодой женщиной, которая осмелилась потревожить ее тысячелетний покой.

Миновав витрины, Арина увидела каменные статуи.

Целая семья древних египтян сидела на гранитном постаменте, строго и торжественно глядя перед собой. Отец семейства был суров и значителен, губы его жены чуть кривились в мягкой загадочной улыбке, возле нее стоял ребенок, казалось, только что прервавший свои игры.

Рядом с этим семейством пристроился каменный писец с палочкой для письма в руке и книгой на коленях – что он записывал в эту книгу? Мешки зерна, доставленные в кладовые фараона? Рабов, погибших или умерших от болезней на строительстве пирамиды?

Арина оторвала взгляд от писца, чтобы взглянуть на следующую статую… и вдруг услышала впереди шаги.

Она повернулась на этот едва слышный звук и увидела приближающуюся к ней из другого конца зала женщину.

Женщина эта была примерно ее возраста, но Арина с легкой грустью вынуждена была признать, что незнакомка куда привлекательнее ее. Она была отдаленно похожа на известную московскую актрису, которая в последнее время буквально не сходила со страниц газет и экранов телевизоров, но в то же время внешность незнакомки была тоньше и выразительнее, чем у московской артистки.

Приглядевшись к ней, Арина увидела на шее незнакомой женщины кулон на цепочке, очень похожий на ее собственный. Только у Арины овальный камень был глубокого синего цвета, словно небо перед грозой, а у незнакомки – кроваво-красный, как старое выдержанное вино или как облака на закате.

Арина хотела что-то сказать, что-то спросить у красивой незнакомки, но в это время услышала шаги еще одного человека и повернула голову направо.

С той стороны, из-за огромного каменного надгробия, приближалась еще одна женщина.

Она тоже была примерно такого же возраста, но в ее внешности была какая-то строгая определенность, отличающая занятого, делового человека, умеющего ценить свое время. О том же говорил и ее строгий деловой костюм, и макияж – сдержанный, неброский, почти незаметный.

И на шее у нее тоже висел кулон, овальный камень на цепочке. Только этот камень был зеленым, как полуденное море возле золотого песчаного пляжа.

– Кто вы? – спросила Арина, переводя удивленный взгляд с актрисы на бизнесвумен.

– А кто ты? – задала ей такой же вопрос деловая женщина.

– Мне назначили здесь встречу на шесть часов, – ответила Арина и взглянула на часы.

Стрелки как раз подходили к шести.

– Мне назначили на такое же время, – удивленно проговорила бизнесвумен.

– И мне, – раздался в тишине зала мелодичный голос актрисы.

И вдруг Арина почувствовала, что камень у нее на шее начал теплеть и как бы оживать.

В то же время какая-то странная сила потянула ее вперед, навстречу двум другим женщинам.

Три женщины медленно, неуверенно двинулись навстречу друг другу, как будто какой-то мощный магнит притягивал их в точку посреди зала.

– Вот и славно! – раздался вдруг из полутьмы насмешливый голос. – Послушные девочки! Вы пришли, вы принесли камни, теперь вы отдадите их мне, и наше общение на этом благополучно закончится!

Три женщины удивленно повернулись и увидели в дальнем конце зала, возле витрины с египетскими статуэтками, брюнетку в красном костюме. Рядом с ней стоял высокий, сутулый человек с мертвенно-бледным лицом и пустыми глазами.

– Что смотрите? – раздраженно проговорила брюнетка. – Отдавайте мне камни! Они попали к вам по недоразумению, они мои, мои!

Три женщины молчали. Отвернувшись от брюнетки и ее спутника, они снова начали медленно сходиться.

– Кому я сказала? – воскликнула брюнетка, теряя терпение. – Отдайте камни, иначе…

– Иначе что? – странным, чужим голосом спросила Арина.

– Забери у них камни! – истерично выкрикнула брюнетка и толкнула вперед своего странного спутника.

Тот послушно двинулся в середину зала, медленно, механически переставляя ноги.

Вдруг из темноты выехало инвалидное кресло. В нем сидел человек лет семидесяти, с изможденным желтоватым лицом и пустыми незрячими глазами. На коленях его лежала старинная книга в потертом кожаном переплете.

– Останови его, Ада! – проговорил он слабым, больным голосом. – Остановись! Ты совершаешь большую ошибку!

– Ты?! – удивленно воскликнула брюнетка. – Как ты сюда попал? Как ты добрался?

– Ты же знаешь, я кое-что умею, – ответил инвалид. – Но не это сейчас главное… останови своего зомби! Я прочел в Черной Книге, что ожерелье живет своей жизнью и нельзя препятствовать его воле…