Воины Церкви - Антон Вильгоцкий

– Ишь, как заговорил, – то ли удивленно, то ли недоверчиво, произнес сидевший рядом с Олегом Патриарх Московский. – Сам ты, что ли, меньший мерзавец? Ладно б, тебя бес попутал, али силой в секту богомерзкую заманили. Но ты же ведь сам в это греховодство вляпался. Причем – до того, как Генка-паразит на Россию свалился! Как же мы должны тебе верить?

– Понимаете ли, святой отец, – сказал Харракс, и было крайне странным услышать такие слова от одного из опаснейших сатанистов, чьи руки были обагрены кровью не по локоть даже, а по самые плечи, – мое понимание сатанизма всегда шло вразрез с тем, как это видел мой хозяин. Да что уж там – для меня это было не более чем игрой, пусть и достаточно серьезной. Я собственную секту собирал – но для чего? Так, девчонку-другую оттуда в постель затащить, да волосатых металлистов в ларек за пивом посылать. Честно признаюсь – я ж ведь не подозревал даже, что Ад и демоны на самом деле существуют. Я ж против диктата Церкви выступал, а не против Господа Бога!

– Ну и дурак! – отреагировал первосвященник. – Где он, этот твой диктат? Ты сам-то в храме хоть раз бывал?

– Нет, – признался Харракс. – Ну, разве когда громили только…

– Эх, врезать бы тебе хорошенько! – кулак Патриарха взметнулся над потной лысиной сатаниста. Но тут же владыка опустил руку, проявив милосердие по отношению к военнопленному. – Громили… В церкви ни разу не был, а туда же – диктат! Нет его, диктата никакого! Понял?

Харракс намоморщил лоб.

– Грешен, батюшка, – сказал он, наконец, вспомнив нужные слова. – Каюсь.

Глава 33

Сквозь Ад

– Отпусти, зараза! – яростно кричал Николай Ветров, пытаясь освободиться от внезапных пут.

Еще секунду назад Николай находился в помещении ночного клуба, и вдруг неведомая сила перенесла его сюда. Обхватившее его полупрозрачное фиолетовое щупальце металось из стороны в сторону над черно-серым каменистым плато. Выхватывая краем глаза кусочки сумбурно мелькавшей вокруг новой обстановки, Ветров постепенно понимал – он уже не в "Раю".

Повсюду носились клубы черной гари. Воздух был пропитан ядовитым запахом серы. И Николай с ужасом осознал, что его затянуло в Ад.

Изловчившись, он выхватил из ножен свой боевой нож и вонзил клинок в призрачную плоть инфернального врага. Но атака оказалась неудачной. Нож прошел сквозь щупальце, как сквозь масло, выпал из руки Николая и звякнул о камни. Ветров понял, что противник имеет магическую природу, и обычным оружием его не возьмешь. А в следующую секунду он догадался, что ничего по-настоящему опасного не происходит. Щупальце, вероятнее всего, было лишь частью портала, предназначенного для того, чтоб выдернуть в Ад с Земли Вову Пулю – точнее, того омерзительного демона, который скрывался под этой личиной. Должно быть, оно не стало отпускать подхваченного по ошибке Николая потому, что магический механизм понял – через портал прошел не тот, кто должен был.

Но, как бы там ни было, а болтаться в воздухе, подобно пойманной уличными хулиганами кошке, все равно было негоже. Ведь раз уж его присутствие засекли, сигнал об этом наверняка уже ушел в глубины Ада, и оттуда в любой момент могли явиться мерзкие местные обитатели.

"Раз уж простым оружием тебя не одолеть, – подумал Николай, – попробуем другие методы!".

– Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа! – выкрикнул Ветров. Это возымело действие. Щупальце вытянулось под прямым углом к земле, замерло, и в следующую секунду рассыпалось в прах. Правда, сам Николай при этом тоже пострадал. В тот момент, когда щупальце исчезло, он находился в наивысшей точке, и сейчас упал на твердые камни с высоты двух с половиной метров. Но тренированный боец успел сгруппироваться, и, хоть падение было довольно-таки болезненным, Ветров ничего себе не повредил.

Он тут же приподнялся и, сидя на корточках, разыскал среди камней свой нож. Вложив оружие обратно в ножны, Николай стал и огляделся.

Все здесь было абсолютно чужим, до крайности противоестественным и ужасным. Груды камней, лежавшие повсюду, при ближайшем рассмотрении оказывались скоплениями человеческих черепов. Заросли травы, что колыхались под порывами ледяного ветра, были не чем иным, как торчавшими из-под земли окровавленными детскими пальчиками…

– Господи, кошмар-то какой, – прошептал Николай, опуская глаза.

– Эй! – окликнул его кто-то сзади. Николай в прыжке развернулся на сто восемьдесят градусов, выхватывая пистолет. Он увидел перед собой абсолютно голого человека, все тело которого было покрыто шрамами и страшными ранами – свежими, едва затянувшимися, и уже почти зарубцевавшимися.

При виде направленного ему в лицо пистолетного дула незнакомец поморщился.

– Слушай, ты бы убрал это, а? – жалобным голосом протянул он. – Я не враг.

– Да ну? – усмехнулся Николай. – Мы же в Аду. Я – человек с Земли. А ты – местный, как я погляжу. Ты уже был здесь, когда я пришел. Так же, как и это проклятое щупальце. Так почему же я должен тебе верить, когда ты говоришь, что ты не враг? И своими ранами ты меня в этом не убедишь. Я уже одного такого видел, причем совсем недавно.

– Послушай, – израненный выставил перед собой обе руки, показывая, что не вооружен. – Ты, в принципе, можешь нажать на спуск и разнести мою голову на куски. Это все равно мне не повредит. Пройдет какое-то время, и эти куски сползутся вместе, срастутся, и голова снова будет у меня на плечах. Правда, сама эта процедура весьма болезненна, и я не хотел бы в очередной раз ее переживать…

– Ну ладно, – Николай опустил оружие, но не стал совсем его убирать. – Смотри, – предупредил воин Церкви, – я в любой момент могу устроить тебе эту "болезненную процедуру". Кстати, как-то странно все это выглядит, ты не находишь? Говоришь, я могу разнести тебе башку вдребезги, и ты после этого оживешь? Получается, ты бессмертен? И при всем при этом, ты – не демон?!

– Нет, я не бессмертен, – затряс головой его собеседник. – И уж конечно, я не демон, хоть большинство из них тоже не обладают бессмертием. Дело в том, что я уже мертв. Демоны – они здесь хозяева, а я… в некотором роде я здесь гость. Как и ты. Правда, конечно, положение у нас с тобой совершенно разное.

– Ага, я, кажется, понял, – догадался Ветров. – Ты – один из грешников, да? Обречен на вечные муки в Аду?

– Именно так все и обстоит, – кивнул истерзанный. – Только муки мои, конечно, будут не вечными. Но все же, достаточно продолжительными. Честно признаться, я даже не представляю, сколько мне еще осталось здесь торчать. А эти рогатые сволочи ничего нам не говорят, – человек горестно вздохнул. – Хуже фашистов…

Если бы Николай не отдавал себе отчета в том, где он находится, и кто может появиться поблизости в любой момент, он непременно рассмеялся бы сейчас. Интонация, с которой истерзанный грешник произнес свою последнюю фразу, живо напомнила о боевых бабульках из телешоу, посвященного проблемам ЖКХ.