Твин Пикс: Расследование убийства. Книга 1 - Джон Томпсон

— Я приехал уладить с Нормой Дженнингс детали досрочного освобождения Хэнка.

— Так что ж ты сразу не говорил?

Парень расплылся в улыбке.

Мистер Мони все-таки решил не расслабляться, ведь еще неизвестно было, что означает улыбка:

— А вы друг мистера Дженнингса?

— Хэнка?

— Конечно.

— Да.

— Я думаю, не стоит нам ссориться, у меня вполне подходящая должность, — мистер Мони боязливо смотрел на водителя трейлера.

— Какая?

— Член комитета по досрочному освобождению заключенных из тюрем.

— Жаль, что мне вы не встречались раньше. Свой срок я отсидел от звонка до звонка.

— Ну что ж. Может, встречаемся не в последний раз и я вам смогу помочь.

— Не стоит.

Водитель трейлера вспрыгнул на подножку и отогнал свою машину, давая возможность мистеру Мони выехать.

Когда Норма увидела, как из-за огромного трейлера выехал добитый фольсваген мистера Мони, она улыбнулась себе.

— Эй, Норма, послушай, — обратился один из водителей грузовиков, который за обе щеки уплетал пирог с вишнями, — слушай, этот мистер из тюрьмы? На счет Хэнка?

— Да, Ларри, он сказал, что скоро выпустят Хэнка.

— Вот будет здорово! Слушай, а сколько он отсидел?

— Три года.

— И что, ему же ведь дали пять?

— Дали пять, но Хэнк очень хорошо вел себя, и его решили отпустить на поруки.

— Ну брось ты, Норма, рассказывать нам о хорошем поведении Хэнка. И кто же может за него поручиться? Я думаю, мало кто решится на такой отчаянный поступок.

— Как кто? Я могу за него поручиться, — сказала Норма.

Огромный как шкаф водитель грузовика сразу сник. Ему тоже приходилось пару раз сталкиваться с Хэнком. От последней встречи у него и сейчас еще осталась дырка в зубах.

— Норма, так когда он все-таки выйдет?

— Знаешь, Ларри, если ты еще будешь приставать ко мне с дурацкими расспросами, то он может выйти даже завтра.

— Ну ладно, ладно, Норма, я пошутил. Принеси, пожалуйста, еще две порции пирога. Я никак не могу им наесться.

— Нет, Ларри, ты и так ешь в долг.

И Норма пошла на кухню.

А на ее место вышла Шейла. Вежливо улыбаясь, она налила из большого кофейника чашечку кофе и заспешила в угол, где в глубине кафе сидела с поленом на коленях немолодая дама.

— Вот ваш кофе, только что приготовленный, — сказала Шейла.

— Спасибо, спасибо, моему полену кофе очень нравится, но у него, когда оно выпьет две чашечки, очень болит сердце. Так что мы не будем сегодня увлекаться крепкими напитками. Нам еще, пожалуйста, стакан апельсинового сока.

— Сейчас, сейчас, — Шейла заспешила к стойке, где уже стояли на сверкающем подносе полные стаканы свежего апельсинового сока.

Она взяла один из них, прошла через все помещение и поставила перед Леди-С-Поленом.

Леди-С-Поленом осмотрелась по сторонам, но после ухода мистера Мони никого из посторонних в кафе не осталось — одни лишь завсегдатаи.

Не зная, к кому можно пристать с разговором, женщина обратилась к полену:

— Ты не против, если я попью кофе одна?

Но, естественно, что полено ответить ей не могло, и женщина принялась, изменяя голос, сама отвечать:

— Конечно, не против.

— Ты и так не спало всю ночь.

— Но это не из-за кофе.

Леди-С-Поленом говорила то низким хриплым голосом, то прямо-таки попискивала.

— Ты очень непослушное.

— Но я еще очень маленькое.

— Если вырастешь, я не смогу носить тебя на руках.

— Купишь тележку.

— Не называй меня на ты, обращайся ко мне «Мисс».

— Хорошо, миссис.

— Никогда не называй меня миссис, я ненавижу мужчин, поэтому и не выхожу замуж.

— Я хочу иметь отца.

— Вот этого ты никогда не получишь.

— А я хочу.

— И не думай.

— Хочу!!!

— Никогда!!!

И Леди-С-Поленом пронзительно запищала, ее голос был слышен в самом дальнем уголке помещения.

Но к ее выходкам уже давно все привыкли, и поэтому на Леди-С-Поленом никто не обратил внимания. Женщина смолкла также внезапно, как и начала.

— Видишь, какие они отвратительные? — шепотом спросила женщина.

— Конечно.

— Вот поэтому ты никому и не расскажешь, что видело той ночью.

— А если попадется очень хороший человек?

— Таких не бывает.

— Но все-таки?

— Тогда рассказывай.

— Я чувствую, такой человек в Твин Пиксе появился и только ему я расскажу.

— Подожди, всему должно прийти свое время.

И Леди-С-Поленом принялась баюкать свою деревяшку.

Глава 15

Роберт Таундеш решает нарушить один из самых страшных запретов в доме своего отца. — Таундеш-старший считает, что занятия футболом могут вывести Роберта на правильный путь в жизни. — Бобби держит руку над огнем зажигалки. Испытание силы воли проходит вполне успешно. — Вновь ссора с отцом. — Их примиряет только появление миссис Таундеш. — Вся семья молится.

В доме Таундешей было непривычно тихо. Даже разговорчивый мистер Таундеш в день похорон Лоры Палмер старался не доставать своего сына нравоучениями и наставлениями.

Миссис Таундеш и в обычные дни была не особо разговорчива. Она лишь смотрела на своего сына, сокрушенно качала головой, убиваясь, что он вырос такой непутевый.

Бобби уже оделся в траурный черный костюм и вышел в гостиную. Ни матери, ни отца еще не было. Они одевались у себя в спальне, готовясь идти на похороны. Бобби достал сигарету, прикурил и остановился возле распятия. Он потянулся, широко расставив руки в стороны. Полы его незастегнутого пиджака разошлись. Он так и стоял глубоко прогнувшись.

За этим занятием его и застал отец. На мистере Таундеше был неизменный военный мундир с орденскими планками на левой стороне груди.

Отец застыл в изумлении. Вот такого нахальства от сына он никак не ожидал. Стоять перед распятием с сигаретой в зубах и потягиваться — это было уже верхом нахальства.

— Эй, Бобби, — только и нашелся что сказать мистер Таундеш.

Бобби тут же вздрогнул. Но он словно не услышал направленные к нему слова отца. Он быстренько спрятал сигарету в кулак и словно в отчаянии обхватил голову руками, упал на колени перед распятием, притворившись, что усердно молится. Отец на минуту задумался: может, и в самом деле сын так убит горем, что не понимает, что делает? «А может, мне показалось?»

На всякий случай он решил сразу не выяснять отношения, а приблизился к сыну и остановился в паре шагов от него. Но все-таки нос некурящего мистера Таундеша уловил запах табачного дыма.

— Роберт, — строго сказал отец, — я думаю, нам с тобой сегодня вновь придется обсуждать вечную тему.

Роберт поднялся с коленей, отряхнул брюки и немного зло, но все-таки боязливо ответил отцу: