Талисман египетской царицы - Наталья Александрова

Ее слушали. Не то чтобы принимали ее слова на «ура», но слушали серьезно, вдумчиво и внимательно, без презрительных ухмылочек и перешептываний.

– Вот и все, что я хотела вам сказать. – Алена перевела дух и хотела отпить минеральной воды из стакана, но вспомнила, что воду эту наливала секретарша Валерия, и решила воздержаться – еще подсыплет что-нибудь мерзкая баба, потом сутки из туалета не выйдешь…

– Предлагаю обсудить создавшуюся ситуацию прямо сейчас, – сказала она хрипло.

– Согласен! – коммерческий директор встал со своего места и подошел к Алене.

Она поняла, что сейчас ее разгромят по всем статьям.

– Я с вами, – сказал он, наклонившись так, чтобы не слышали остальные.

Алена едва успела совладать со своим лицом, глаза сами вылупились от удивления.

– Я должен извиниться перед Аленой Дмитриевной, – начал оратор, – а также перед всеми вами. Я пошел на поводу у предвзятого некомпетентного человека, я позволил вовлечь себя в гнусную интригу, волей-неволей вмешался в дрязги и склоки, в результате вместо работы я, как и весь коллектив компании, занимался сплетнями и саботажем. Вместо того чтобы помочь Алене Дмитриевне на первых порах, мы спокойно наблюдали, как она бьется как рыба об лед, натыкаясь везде на глухую стену хамства и недоброжелательства.

Алена следила теперь только за своим лицом, стараясь удержать на нем отстраненное выражение. Ее сотрудники этого сделать не смогли, Алена заметила на их лицах смятение, граничащее с изумлением. Все ясно, подученные Марианной, они должны были Алену уничтожить. То есть держателем акций она, конечно, осталась бы, но собрание вправе сместить ее с поста руководителя компании. Так они и собирались сделать, но, судя по речи коммерческого директора, все пошло не по плану.

– Признаюсь, что меня подкупили, – в этом месте своей речи Валентин Петрович обернулся к двери, за которой скрылась Марианна Юрьевна. Наверняка она включила громкую связь и теперь слышала все, что происходит в зале заседаний. – Мне обещали, что, когда Алена Дмитриевна уйдет с поста руководителя, то есть когда мы с вами своим отвратительным отношением вынудим ее это сделать, я займу место директора компании. Не скрою: пост этот для меня привлекателен. Но не такой ценой. Дело в том, что компания действительно находится на грани разорения, я прочитал релиз и долго думал, как ее спасти. У меня есть кое-какие идеи, так что если мы сейчас будем единодушны в своих решениях, то возможен положительный итог. Я знаю, что с вами проведена была предварительная работа, что вам всем, так же как и мне, были обещаны всяческие блага и повышение по службе. Заявляю вам со всей ответственностью: этого не будет, своей политикой госпожа Стогова, – он мотнул головой в сторону Вадима, чтобы Марианну не перепутали с Аленой, – своей политикой она только губит компанию, акции дешевеют, и ничего, кроме неприятностей, нам это не принесет. Не говоря уже о том, что, если фирма разорится, целый штат людей просто окажется на улице.

Алена испытующе глядела в лица. Кое-кто отводил глаза, кое-кто держался спокойнее – сильно было влияние Марианны. Некоторые растерялись – договорено было по-другому, теперь же выступление Валентина Петровича смешало все карты.

Потом еще кто-то говорил, после чего решили голосовать.

Сорок процентов у Алены, с акциями Валентина Петровича и еще кое-кого наберется едва пятьдесят.

– Вадим, – упавшим голосом спросила она, – вы, конечно, против?

– Нет, отчего же, – Вадим отвернулся от окна, куда он рассеянно смотрел до этого, – я – за!

За стеной послышался грохот – очевидно, его мамаша в ярости ломала стулья.

После голосования все стали расходиться.

– Спасибо вам, – тихо сказала Алена Валентину Петровичу.

– Я должен был сделать это раньше, – вздохнул он, – хотя… я только сегодня убедился, что вы способны занять место вашего отца. Я зайду попозже, поговорим о делах.

– Разумеется, – Алена дружески улыбнулась ему и открыла дверь своего кабинета.

И едва успела отпрянуть, потому что в голову ей полетел дырокол.

– Ты! – Марианна была уже не малиновая от ярости, а просто черная. – Ты, шавка подзаборная! Ты думаешь, меня победила? Да я… я тебя в порошок сотру!

– Хватит, маман! – Вадим протиснулся вслед за Аленой в кабинет. – Умерь свой пыл, это уже неинтересно!

– Это хорошо, что вы со мной запросто, на «ты», – улыбнулась Алена, – можно, я буду звать вас мамой?

Вадим расхохотался искренне. Марианна Юрьевна взглянула Алене в глаза и попятилась. Так, задом, она дошла до двери и аккуратно прикрыла ее за собой.

– Валерия, зайдите ко мне, – сказала Алена, усевшись за стол.

Секретарша явилась тотчас же, вид у нее был испуганный.

– Так, манатки свои собрала, раз-два – и на выход! – отчеканила Алена. – Чтобы через две минуты духу твоего в приемной не было!

– Меня нельзя уволить! – заверещала секретарша испуганным зайцем. – Я – мать-одиночка!

– Вот как? – Алена подняла брови. – А кто вам сказал, что я вас увольняю? Зайдите в хозяйственный отдел, там вам что-нибудь подберут. Надеюсь, полы мыть вы сумеете лучше, чем завариваете кофе. Все, прощайте! И чтобы я на своем этаже вас больше не видела!

– Браво, сестричка! – Вадим хлопнул в ладоши. – Правильно сделала! Незачем эту подлипалу мамашину тут держать! И вообще ты сегодня молодец, очень здорово собрание провела!

Он подошел ближе и окинул Алену пристальным взглядом, в котором сквозил несомненный мужской интерес.

– Красивая у меня сестра… – проговорил он, – как-то раньше не замечал…

«Что это с ними со всеми? – подумала Алена. – Один вдруг уверился, что я могу управлять компанией, другой отпускает мне комплименты, даже этот пузан-охранник, и тот зауважал! Но от кого я не ждала, так это от Вадима. Против собственной матери пошел!»

Вадим между тем неожиданно положил ей руки на плечи и вдруг поцеловал.

– Ты что? – изумленно закричала Алена, едва вырвавшись. – Ты что это выдумал? Мы же все-таки брат и сестра единокровные!

– А за это, сестричка, не волнуйся! – Вадим махнул рукой и рассмеялся желчно. – На самом деле мы с тобой не родня! Видишь ли, маман нагуляла меня еще до свадьбы, оттого и поторопилась в свое время выскочить замуж за твоего отца.

– Он знал? – спросила Алена, обалдев от такой новости.

– Он-то? Да нет, конечно! Маман сумела запудрить ему мозги! А мой дед тогда, двадцать лет назад, работал в Смольном. Он сумел как-то протолкнуть бизнес зятя, правда, потом вскоре умер. Так что в конечном итоге все было по справедливости. Папаша находился в полном неведении, откровенно говоря, ему было все равно, есть у него сын или нету, для него главное было – это его компания.