И исходит дьявол - Деннис Уитли

— Ну конечно же, я вас понимаю, — графиня снова кивнула и с благоговейным трепетом перешла на шепот: — Так, значит, де Ришло — настоящий Магистр. А вы, должно быть, тоже в этом деле весьма продвинуты, потому что ассистировать такому мастеру в вашем возрасте — просто невероятно.

Рекс стряхнул пепел с сигареты. Он выжидал.

— Я… как бы это выразить… связана с Мокатой очень короткое время, с момента моего приезда сюда, в Англию. Де Ришло, конечно же, низвергнет его в Пропасть, невозможно господствовать над человеком, у кого десять кругов и один-единственный квадрат.

Рекс нахмурился и склонил голову.

— Нельзя ли мне… — в темных глазах графини появилась какая-то одержимость. — Будет ли мне позволено пасть ниц перед вашим другом? Не можете ли вы замолвить за меня хоть слово, чтобы я могла присутствовать в следующий раз, когда он будет обращать свой зов? Я согласна на любое второстепенное, самое незначительное место.

«Вот это да! — удивился Рекс. — Эта старая крыса намерена слинять с тонущего корабля. Надо бы использовать ее в наших целях». Однако вслух со снисходительным видом он сказал:

— Ничего невозможного нет. Но потребуется соблюсти определенные условия.

— Какие? Скажите же мне, — быстро спросила она.

— Во-первых, ничего не ясно с Саймоном Ароном.

— А что вам не ясно? Он сейчас с вами, и вы можете делать все, что хотите.

Рекс отвел взгляд от пристальных глаз старухи. Видимо, после того как они сбежали с Саймоном, Моката распустил всех по домам. Если эта ведьма не врет, им и в самом деле неизвестно о том, что осуществил потом Моката. Поддавшись секундной слабости, Рекс уже готов был сдать завоеванные позиции и потребовать напрямую сообщить местонахождение Саймона, но вовремя одумался и продолжал нести околесицу:

— В следующий раз, когда де Ришло будет обращать свой зов, необходимо, чтобы колебания всех присутствующих были настроены на Саймона Арона.

— Я согласна. Можете использовать меня в вашей подготовке.

— Хорошо, я все ему передам. Но сначала мне необходимо исполнить его приказание и сказать пару слов той молодой леди, что сопровождала вас вчера вечером. Я говорю о Танифь, — благополучно сменив наконец тему разговора, Рекс мысленно воздел глаза к небу в надежде получить единственный нужный ему ответ, что Танифь сейчас в отеле.

Графиня улыбнулась, обнажая два ряда белоснежных искусственных зубов:

— Я знаю это и покорно прошу меня извинить. Не примите всерьез нашу маленькую шутку.

— О, пусть это вас не беспокоит, — отмахнулся Рекс, настраиваясь внутренне ничему больше не удивляться. К его облегчению, графиня продолжала болтать.

— Каждое утро мы начинаем с того, что смотрим в наш хрустальный шар. Вот и сегодня, увидев вас входящим в отель, она воскликнула: «Этот высокий американец пришел за мной». Но мы же думали, что вы не более чем Неофит, ну в лучшем случае — Ревнитель, поэтому, получив цветы, она сказала мне: «Спустись-ка вниз и поприветствуй вместо меня этого незадачливого ухажера, а потом вместе над ним посмеемся».

Полные губы Рекса расплылись в улыбке. Тревоги и переживания последнего часа оказались ненапрасными. Однако веселое настроение быстро улетучилось, когда до Рекса постепенно дошло, что, несмотря на кажущуюся бессмыслицу такого доверительного разговора со старой француженкой, ему была представлена еще одна убедительная демонстрация возможностей оккультизма. Две женщины действительно видели, находясь у себя в номере и глядя в кусок стекла, как он вошел в вестибюль отеля.

— В определенном смысле я испытала разочарование, — внезапно сказала графиня, изучающе рассматривая Рекса со странным выражением замешательства на лице, — мне хорошо известно, что отсутствие близких связей, их неразборчивость придают только большую силу тем, кто встал на Тропу. Человеческая любовь мешает нашему развитию. Увы, я, наверное, так и не смогу избавиться от глупой сентиментальности, я ведь и в самом деле считаю, что из вас выйдет неплохая пара.

Рекс даже лишился дара речи. Он отвернулся в сторону, а его собеседница тем временем продолжала:

— А впрочем, это не имеет значения. Важно другое. Я пошлю за ней, и вы с ней переговорите.

Графиня Д'Юрфэ неловко поднялась на ноги, крепко ухватила трость и, тяжело ступая, проковыляла через холл к столу портье. Рекс расслабился. Он был неописуемо рад, что необычное интервью закончилось.

Рекс испытывал глубокое удовлетворение от мысли, что удалось так легко обдурить старуху и внушить ей, что они с де Ришло еще более способные адепты, чем Моката. Если и дальше обстоятельства будут складываться так же благоприятно и если он не сделает какого-нибудь неосторожного хода, то встреча с Танифь состоится. Теперь нужно заманить ее в машину, а уж там он найдет способ получить у нее информацию о том месте, где прячут Саймона. Но если исходить из того, что мадам Д'Юрфэ по-прежнему думает, что Саймон — с герцогом, то любой вариант общения с Танифь вряд ли что-то даст.

Рекс почувствовал, что положение становится безвыходным. Все строилось на том, что Танифь кое-что знает и нужно только заставить ее заговорить. Но даже и при таком раскладе, допуская, что Танифь согласится говорить с ним о Мокате, ясно, что у этого разбойника не одно логовище, а как минимум десяток. Объехать их все до заката солнца — задачка не из легких. Слова герцога о необходимости действовать как можно быстрее звенели у Рекса в ушах.

Итак, сегодня — Канун Мэй-Дэй. Ежегодный Большой Шабаш состоится сегодня ночью. До наступления сумерек им абсолютно необходимо напасть на след Саймона и захватить его. Разум его находится под влиянием злых сил, и, если не успеть, Саймона вынудят участвовать в гнусных ритуалах, после которых пламя добра, мудрости и правильности мышления в его душе погаснет навсегда. Мадам Д'Юрфэ вернулась.

— Но уж сегодня-то ночью, — прошептала она, — разногласия в стане последователей Тропы временно отменяются, не так ли? Все отдают дань уважения Ему Одному.

Рекс кивнул. Графиня наклонилась к нему еще ближе, понижая голос до едва различимого придыхания.

— Если б только мне удалось увидеть де Ришло, хотя бы на полминуты, как Ипсиссимус, он должен иметь эту мазь, правильно?

— Да, это так, — согласился Рекс. Он чувствовал себя идиотом, но с умным видом спросил: — А как у нас сегодня Луна?

— Положение роковое, — вздохнула графиня, — я и забыла, что мы находимся сейчас в темной четверти.

Рекс возблагодарил провидение, помогающее языку выбирать слова. А старуха продолжала: