Сомниум - Михаил Викторович Гречанников

— Вам не за что извиняться, Анжела, — тотчас успокоил её Богдан.

— Бред какой-то, — сказал Артур, обращаясь к самому себе. — Да этого не может быть! Не может быть, чтобы я всю жизнь прожил рядом с людьми, которые получают деньги, и не знал, что деньги ещё в ходу. Что я всю сознательную жизнь сплю в капсулах, а потом оказывается, что капсулы — не для всех! Да как такое возможно? Мы ведь живём в одном и том же городе! Ну, жили, то есть...

— Один и тот же? Да нет, — вздохнул Богдан. — Большинство людей живёт в той части города, которая по-своему изолирована. Они обеспечены всем необходимым, но за пределы нескольких районов им выхода нет. Работа, квартира с капсулой, магазины и развлечения — всё нужное есть. С людьми, которые живут в мире денег и сна в кроватях, основная масса никогда не пересекается, даже если живёт в одном городе.

— Нереально. — Артур покачал головой. — Я в это не верю.

— Анжела — живое доказательство...

— Нет, нет. Не бывает так. Не бывает.

Артур встал и ушёл за отдельный столик. Новые знания болезненно пульсировали в его голове, порождая сотни вопросов, а он не мог сосредоточиться ни на одном из них. Мысли перемешались в голове, в фокусе внимания доминировали то одни, то другие. Деньги, капсулы сна, его мать, помещённая в психиатрическую больницу, похищения людей... Артур схватился за голову и закрыл глаза, он хотел подавить ураган из мыслей, но те не поддавались контролю.

— На, выпей.

Артур открыл глаза. Перед ним стоял Богдан и протягивал ему бутылку пива.

— У Гычи взял, — пожал он плечами в ответ на невысказанный вопрос Артура. — Выпей, станет немного легче.

Артур взял бутылку и сделал несколько глотков. В голове легонько зашумело. Мысли не только не остановили свой бег, но будто бы даже и ускорили его, однако стали не столь навязчивыми, словно бы отдалились.

— Я вообще не знаю, что думать, — сказал Артур через несколько минут молчания. — Просто не знаю. И не надо говорить мне, — поспешил добавить он, когда Богдан открыл рот, — что то же самое я говорил и в прошлый раз. От этого мне особенно тошно.

Богдан закрыл рот и потупился.

— Откуда ты-то всё это знаешь? — спросил Артур. — Ведь от большинства это скрыто.

— Что-то я видел сам, — ответил Богдан, глядя в окно. — Многое из того, что происходило тогда, я наблюдал собственными глазами. Я был достаточно внимателен, чтобы подмечать нюансы, а ведь в переломные моменты все совершают много ошибок. Надо просто увидеть их. И не забыть об этом, когда пропаганда попытается убедить тебя, что всё было иначе. Но это, конечно, не всё. Многое мне показали. — Богдан глянул на Артура, неловко улыбнулся и снова уставился в окно. — Во сне.

— В смысле? Тебе это что, приснилось?

— Артур, — вздохнул Богдан. — Хватит глупить. Ты ведь уже знаешь, что капсулы используются для влияния на человека. Через капсулы можно заложить в человека и мысли, и желания. Так было и с тобой. Тебе внушили желание экономить часы сна. Ты это помнишь?

Артур нехотя кивнул.

— А мне в голову закладывали образы, — продолжил Богдан. — Мне показывали, что, где и как происходило. Почему так? Почему на тебя влияли одним образом, а на меня другим? Не знаю. На всех в этом вагоне так или иначе повлияли. Именно поэтому мы и заинтересовали Гайнце.

— Кто-то ставил на нас опыты, — подытожил Артур. — И кто же?

— Откуда мне знать? Тот, кто нас похитил сейчас.

— Но откуда ты знаешь, что то, что тебе заложили в голову — правда? Ведь это может быть выдумкой! Всё, от первого и до последнего слова!

— Пока что эта выдумка подтверждается. Посмотри на Анжелу. Она сидит рядом. Она жила в нескольких километрах от тебя, а ты и знать не знал, что такие люди вообще есть.

— Ты, — Гыча ткнул пальцем в одного из мужчин, — пойдёшь со мной.

Все в вагоне замерли и притихли. Мужчина, на которого указал Гыча, нервно оглянулся и осипшим голосом спросил:

— Кто, я?

— Да, да, ты. Вставай, пошли!

— За что? — мужчина вцепился в столешницу так, что пальцы побелели.

— Да я тебя не убивать зову, не напрягайся ты так, — поморщился Гыча. — Надо было бы — убил бы сразу, без разговоров. Всё, вставай. Пойдёшь мне помогать.

Мужчина встал и на деревянных ногах последовал за Гычей. Они вышли в направлении вагона-склада вместе с одним из солдат.

— Куда это они? — спросил Артур, ни к кому не обращаясь.

— Не знаю, — ответил Богдан. — Скоро посмотрим. Артур, давай вернёмся к Анжеле. А то девочка себе места найти не может.

Артур оглянулся — девушка снова забралась с ногами на сиденье и, обхватив колени, слегка раскачивалась взад-вперёд, время от времени бросая затравленные взгляды на людей. Судя по выражению лица, она очень хотела расплакаться, но боялась окружающих и потому сдерживалась.

Когда мужчины вернулись за её столик, она шумно выдохнула, будто всё это время задерживала дыхание. Потом, словно только заметила свою позу, постаралась сесть ровно и сделать вид, что её ничто не беспокоит.

Вернулись Гыча со спутниками: каждый, кроме солдата, нёс по несколько вешалок с одеждой.

— Вот! — Гыча бросил ношу на стойку. — Одежда! Предназначена для обслуживающего персонала, но вы, я думаю, не побрезгуете. Здесь рубашки, брюки и куртки. Мы сейчас поищем ещё чего-нибудь, а вы пока одевайтесь.

— Не пойму никак, — тихо сказал Артур, — он пытается быть заботливым или хочет нас всех убить?

— Заботиться о нас он обязан, — так же тихо ответил Богдан. — Его задача — доставить нас, а без еды или одежды мы далеко не уйдём. Вон, четверо в первую ночь умерли непонятно, от чего. Однако, будь его воля... Кто знает? Пойдём, поищем одежду.

Гыча сел за стойку, а мужчина, которого он выбрал в помощники, ещё несколько раз отправлялся в вагон-склад вместе с солдатом. Он приносил одежду и коробки с обувью, а люди нехотя, с опаской подходили и искали свой размер. Гыча какое-то время смотрел на