Перерождение - Ксения Корнилова

– И у меня.

Мелани оглядела собравшихся глазами, округлившимися от удивления.

– Получается, ни у кого нет ни одного человека, кто мог бы обеспокоится вашим отсутствием?

Все переглянулись и снова молча уставились на Мелани.

– О чем мы тогда спорим, а? – Ольга поднялась с пола и заколотила в железные прутья, – Эй, ты, мудила! Мы готовы дать ответ!

– Погоди, – одернула ее Мелани, подскочив к решетке. – Мы еще не приняли решения.

– Да как не приняли? Предложение старика провально. Это, надеюсь, всем понятно? Мы все тут отребье, которое никому не нужно. И никто не хватится ни одного из нас. О чем еще думать?

Мелани молчала, разглядывая злое ухмыляющееся лицо, пытаясь сдержаться, чтобы не ударить. Но она не могла отрицать того, что Ольга права.

– Ольга права, – тихий голос Катарины Брамс еле-еле долетал до того места, где стояла Мелани.

– Мы можем выйти отсюда, а потом пойти и сдаться, рассказать все властям! – опять вылез со своей идее Финли.

– Правильно! – поддержал его молчаливый друг.

– Хорошо, хорошо. – Ольга подняла руки, как будто сдавалась, – Хотите – идите потом куда хотите! Это ваше решение и ваша жизнь. А я…

– Но, но, но, – из динамиков раздался треск, – один за всех, и все за одного! Если хоть один из вас пойдет в полицию – мы об этом узнаем. Но, спешу вас обрадовать, до тюрьмы вы не доживете. Если нужно – мы можем устроить даже авиакатастрофу, как тот рейс 905 с непокорными на борту.

Комната наполнилась жутким смехом.

Мелани почувствовала, как у нее по коже побежали мурашки, а сердце заколотилось еще быстрее.

– Что он сказал? Рейс 905? – Мелани схватила Джейкоба за рубашку.

– Да. Ты чего?

– Они… Они… – Мелани заплакала. – Даниель, о Боже…

– Поняли? – Ольга, не обращая внимание на ее рыдания, повернулась ко всем с видом победительницы. – Ничего вы никому не докажете! Помрете и все.

– Если сдадимся, то…

– Ой, надоело это слушать – голос Лии сорвался на крик. – У меня только-только появилась возможность по-настоящему жить, а не существовать, продаваясь всяким ублюдкам, охочим до таких мерзостей, о каких вы и не слышали! Вы не представляете себе, что это значит – жить сначала с клеймом убийцы своих родителей, а потом не слышать в свой адрес ничего, кроме «шалава».

– Клеймо убийцы своих родителей носишь не только ты, – прошептала Катарина Брамс. – И соглашусь – это очень тяжело. Но еще тяжелее – жить с этим, каждый день задавая себе вопрос «Почему я?» и не находить ответ. Мучиться, раздирая себя мыслями изнутри, и в то же время пытаться спрятать шрамы, от которых все шарахаются. Жить, как будто ты прокаженная… И верить в это. И считать себя такой… Я не боюсь смерти – я жажду ее. И уже давно.

Катарина Брамс заплакала, а в комнате опять повисла тишина. Все уткнули взгляд в пол, не зная, что сказать.

– Любая жизнь лучше, чем ее отсутствие. У меня мать покончила с собой после того, что умер отец. Он был полицейским, и его убили при исполнении. – Финли шмыгнул носом и попытался привычным движением убрать челку, прилипшую к окровавленному лбу. – Спустя год после смерти родителей, моя сестра… она… она сошла с ума и ее упекли в психиатрическую больницу. Она… она так накачена лекарствами, что не помнит ни меня, ни даже себя… Смерть разрушает всех, кто рядом. И если не получится спасти кого-то… я выбираю жизнь.

Стэн положил руку на плечо Финли и кивнул в знак солидарности. Мелани, смотря на него, пыталась угадать, какая история кроется за его молчанием, но не решилась задавать вопросы.

– Моя жена умерла, пытаясь спасти детей из класса, который она вела. В школе начался пожар, погибло больше двадцати детей и несколько учителей. Включая мою жену, которая до последнего вдоха пыталась спасти других. – старик Брюс Ворд вытер пот со лба и улыбнулся своему сыну, внимательно следящему за губами отца, пытаясь лучше понять, что он говорит. – У меня остался только Роберт, и… Я надеюсь, что моя жизнь тоже пройдет не напрасно.

– Вы гарантированно можете спасти нас. А спасете ли кого-то еще – никто не знает. – взял слово Джейкоб. – Не буду плести о том, что моя жизнь тяжела и бла-бла-бла, потому что это далеко не так. Меня в детдоме любили, и хоть я рос без родителей, меня окружали достойные люди. Сейчас я, конечно, не могу похвастаться тем, что меня кто-то ждет. Но это, скорее, моя вина, чем других. И меня поймет только тот, кто вырос в условиях детского дома, где ты никогда не бываешь один. Никогда. Укромный уголок найти крайне сложно, да многие и не пытаются. Поэтому сейчас я… не вижу потребности в общении. Это не значит, что я ненавижу людей! И, если бы я мог, я бы сделал все, от меня зависящее, чтобы спасти кого-нибудь. Но я не из тех, кто жертвует своей жизнью. Это самое дорогое, что у меня есть. И я не считаю, что моя жизнь стоит дешевле, чем жизни других людей. Как-то так.

Джейкоб придвинул своего медведя, на котором сидел, ближе к решетке, облокотился на нее и закрыл глаза. По дрожащим губам было понятно, что он еле-еле сдерживает слезы.

– Нам дали шанс, возможно впервые в жизни сделать что-то хорошее, значимое. Почему вы от него отказываетесь? – Катарина Брамс плакала, даже не пытаясь вытереть бегущие слезы. – Неужели вы хотите прожить бессмысленно? Пусть долго. Пусть даже красиво. Но бессмысленно?

– Она права! – Финли вскочил со своего места и нервно забегал взад-вперед. – Мы можем что-то сделать! Не может быть, чтобы у нас не было шансов как-то это все… исправить.

– Не мы начали – не нам исправлять. Кам он, гайс. Наше время истекает через десять минут! – Ольга была раздражена.

– Погодите, мы выяснили, что нас никто не хватится, значит наша смерть здесь – это пустая трата человеческих жизней. Так? – слово опять взяла Мелани. – Для того, чтобы помочь другим, мы должны, как минимум, выйти отсюда живыми. Так? – она обвела взглядом собравшихся, – Мое предложение такое – мы подписываем договор, выходим, и собираемся для того, что обсудить дальнейший план действий. Эй, чучело! Нам же можно собираться вместе? Или это ты нам тоже запретишь?

Из динамиков послышался треск и кашель.

– Собирайтесь сколько угодно. Пока ваша трепотня будет проходить за закрытыми дверьми – меня это не касается. Но, хочу напомнить, что согласно условию договора, вы должны будете принять участие в дальнейших съемках, а потом ездить