Против шерсти - Стефан Серван

Я открыла «Ловца на хлебном поле» и тут же услышала какой-то гам, доносившийся с улицы. Месье Бланше за прилавком встрепенулся. Я подошла к витрине.

По улице шагали около десяти вооруженных полицейских. За ними ехала бронированная машина. На ее крыше был установлен громкоговоритель, из которого вылетало: «Внимание. Согласно указу правительства, все Темные обязаны добровольно сдаться органам правопорядка. Граждане, убедительная просьба сообщить о местонахождении Темных. Сокрытие Темных уголовно наказуемо. Любая попытка сопротивления карается…»

Вдруг вдалеке раздались крики. Перед витриной прошла Темная в белом облачении. Прохожие показывали на нее пальцем. Один из них завопил:

– Держите ее!

Какая-то женщина попыталась схватить девушку, но ей удалось сорвать только часть белого одеяния, обнажив шерсть, которая покрывала голову и плечи Кошки. Чуть дальше прохожий подставил девушке подножку. Та поднялась на ноги, и я с удивлением узнала в ней Сару.

У нее была темная, даже черная шерсть, а тело осталось таким же крепким и гибким, как раньше. Я сразу же поняла, что это Сара, даже не почувствовав ее запах.

Прохожие быстро окружили ее. Она рычала, царапалась, но толпа с угрожающим гиканьем все плотнее сжималась вокруг нее. Мне ужасно хотелось выбежать и помочь Саре, но тут я почувствовала в своей руке ладонь Сати.

Мой младший брат, нахмурив брови, спросил меня, что происходит.

– Ничего, не бойся, – прошептала я и оттащила Сати за манекен.

У наших ног с беспокойным видом расхаживал Уголек.

Мимо витрины пробежала кучка полицейских, они пробрались сквозь толпу, и на Сару обрушился град ударов. Ужасающая жестокость. Когда Сара превратилась в окровавленное тело, полицейские бросили ее в машину под восторженные выкрики прохожих, которые плевали в сторону моей бывшей подруги.

Вдруг к витрине повернулась женщина. Она показала пальцем на магазин. Я узнала ее: это она сделала замечание месье Бланше. Полицейские хлопнули дверцами машины и направились к магазину.

– Давай сюда, – услышала я чей-то голос у себя за спиной.

Это был месье Бланше.

– Ну же, малышка, поторопись.

Он махал мне рукой, чтобы я зашла за прилавок.

Я засомневалась. Хотел ли он и вправду спрятать меня от полиции? Или он хотел меня поймать и сдать им?

Я сделала глубокий вдох. Я почувствовала только запах плохого настроения, в котором обычно пребывал месье Бланше. Между наших ног просочился Уголек, он уселся у двери подсобки.

Я все еще стояла в нерешительности, и тут месье Бланше сказал:

– Это кошка.

– Что?

– Уголек не кот. А кошка.

Полицейские были уже близко. Я потянула за собой Сати и бросилась за прилавок.

Месье Бланше изобразил на лице улыбку, похожую скорее на гримасу.

Я едва успела шепнуть ему «спасибо», как дверь подсобки закрылась за нами, а входная дверь магазина распахнулась.

Мы с Сати оказались в полной темноте.

Где-то рядом светились глаза Уголька.

– Мне страшно, Луижа, – сказал Сати.

Я опустилась на колени рядом с ним.

– Я с тобой, не бойся.

Но у моего брата в глазах стояли слезы. Его трясло. Он сказал мне:

– Луижа, я украл шарики. – И Сати вынул из кармана десяток разноцветных мячиков. – Месье из-за меня разозлился?

Я попыталась его успокоить:

– Нет, Сати, спрячь шарики и постарайся не шуметь.

Я слышала, как по ту сторону двери полицейские обыскивают магазин.

– Где она? – спросил чей-то голос.

– А? – откликнулся месье Бланше.

– Темная. Нам сообщили, что в вашем магазине видели Темную.

– Темная? Вы о чем, юноша? Это новая марка стирального порошка?

Раздался оглушительный треск, как будто стеллажи попадали на пол. Уголек зарычал. Месье Бланше закричал:

– Да что вы…

– Не пытайся с нами фокусничать.

– Но я же сказал, не видел я тут никакой Темной.

– Это мы еще посмотрим. Парни, обыщите здесь все.

Месье Бланше спросил:

– Что происходит?

– Ты не в курсе? Савини только что назначили министром внутренних дел. Нам нужно найти всех Темных, чтобы предотвратить распространение болезни.

– А. Ну да, ну да, наверное, так и нужно.

Полицейские продолжали обыскивать магазин. Я слышала, как они ходят между полками.

– А что с ними сделают? – спросил месье Бланше.

– Их всех сгоняют на бумажную фабрику. А что будет дальше, решит Савини.

– Хорошо. Очень хорошо.

Из противоположного конца магазина раздался голос:

– Здесь пусто.

– И здесь тоже, – отозвался другой полицейский.

– Я же вам говорил. Здесь никого нет.

Я подумала, что мы спасены, но тут главный полицейский спросил:

– А это что за дверь?

У меня по спине пробежал холодок. Сати дрожал, прижавшись ко мне.

– А, эта дверь? Это просто подсобка.

– Открой, мы посмотрим, что там.

– Ну что вы, у меня там всякое старье хранится.

– Отойди, мы туда все-таки заглянем.

Я принялась искать запасной выход. По всем стенам тянулись полки, на них стоял товар. И больше ничего. В глубине подсобки я услышала мяуканье Уголька и рассмотрела полоску света.

Я прошептала Сати:

– Там есть дверь, пойдем!

Мы уже почти пересекли всю подсобку без единого шума, как тут из кармана моего брата выпали шарики. Всего лишь десяток маленьких шариков, но мне показалось, что они ударились об пол с большим шумом, чем камни во время обвала в горах.

– Эй, парни, там кто-то есть! Открывайте дверь.

Я взяла Сати на руки и побежала.

В несколько прыжков я оказалась на другом конце подсобки.

На двери был замок, но, на наше счастье, из замка торчал ключ. Когда я открыла дверь, меня ослепил солнечный свет. Уголек потерся о мои ноги. Несколько секунд он смотрел на меня своими зелеными глазами. Словно прощаясь.

– Она здесь, она здесь! – крикнул кто-то за моей спиной.

Не оборачиваясь, я кинулась в переулок за магазином.

Мужчины побежали за мной.

Через пару секунд я услышала крики и тяжелый звук падающего тела.

– Твою ж мать, что это такое?!

– Шарики, чертовы шарики.

Уголек протяжно мяукнул, словно посмеиваясь над полицейскими.

Мы с Сати прятались до наступления темноты.

Я не знала, что делать и куда пойти.

Весь город кишел полицейскими патрулями.

Я слышала завывание сирены и сообщение, которое непрерывно доносилось из громкоговорителей на машинах: «Согласно указу правительства, все Темные обязаны добровольно сдаться органам правопорядка. Граждане, убедительная просьба сообщить о местонахождении Темных».

Нам с Сати удалось спрятаться за кафе, стоявшим на пригорке. Никто не станет искать нас на этой темной улочке, заставленной мусорными баками.

Время от времени туда приходил покурить повар, который, не подозревая о нашем существовании, кидал в нашу сторону бычки.

Из нашего убежища мне были видны огни бумажной фабрики. К ее воротам то и дело подъезжали полицейские машины, из которых выводили Кошек. Вооруженные охранники выстраивали их друг за другом и уводили на территорию завода. Неподалеку от фабрики собралась толпа. Фанатики из Лиги. Журналисты. Несколько зевак. Может быть, отец, мать или брат одной из Кошек. Я не могла поверить, что семьи девушек сдали их по своей воле.

Спрятавшись в кустах, я слышала шум города. Если не брать в расчет полицейские сирены и сообщения из громкоговорителей, все, казалось, текло своим чередом. Люди ходили по магазинам. С террасы кафе доносился чей-то смех. Ничего не изменилось, для них все было по-прежнему. Это было что-то невообразимое. Сару избили