Вдовья трава - Елена Воздвиженская

Александр молча посмотрел на Антона. Выдержав паузу, произнёс:

– Точно все тела были обнаружены?

– Вроде да, – стушевался Антон.

– Вот именно, вроде. Я смотрел фото в газете. Конечно, трупы затушеваны, но их рост можно определить, как средний и выше, даже несмотря на то, что это уже мумии. Там сто восемьдесят – самый маленький. Это тела простых охранников. Наш же толстяк был при жизни коротышкой – сто шестьдесят пять, максимум. Такого тела среди обнаруженных не было. Отсюда вывод: оно спрятано где-то в другом месте.

– Может, проще? – сказал Антон, – Найдём сейчас этого докторишку, дадим люлей. Он расколется.

– Бесполезно, – усмехнулся Александр, – Будет то же самое, что в санатории.

– Ну, и где же его искать тогда? – возмутился Антон, – Санёк, не тяни кота за хвост – колись, если знаешь.

– Конечно, знаю, Антон, – с важностью сказал Александр, – Всякое военное учреждение, а завод тоже таковым являлся, обязательно имело бомбоубежище. Вот там и нужно его искать.

Антон засмеялся.

– Мы с раннего детства облазили все окрестности завода. Если бы и было бомбоубежище – куда бы оно от нас делось?

– Серьёзно? – усмехнулся Александр, – Убежище с секретным узлом связи – это не простой подвал, Антоша. Насколько мне известно, никакого бомбоубежища при демонтаже завода обнаружено не было. Ведь так?

– Ну да, – пробурчал недовольно Антон.

– А оно есть. Главный вход в него завалили строители, когда ломали завод. Вполне возможно, что вся документация на убежище до сих пор засекречена, поэтому так и получилось. Нужно искать аварийный выход. Он обязательно должен находиться в стороне от завода, замаскированный под что-то другое. Есть варианты, Антон? Что ещё интересного вы находили рядом с предприятием?

– А, ничего там нет, – отмахнулся Антон, – Только заброшенная котельная, да пожарный бак. Котельную мы облазили вдоль и поперёк. Все мышиные ходы знаем. Там точно выхода нет. А вот в бак никто не лазил. Там табличка ещё: «Пожарный водоём». Бак с люком, закопанный в землю. Ничего интересного – грязная вода, вонючая, до невозможности. Мы этот люк старались не открывать, чтобы не блевануть. Правда, говорят, что бак сейчас без воды. Прохудился от времени, наверное. Больше ничего.

– Ну, и отлично! – неожиданно обрадовался Александр, – С него и начнём поиск.

– Но это всего лишь пожарный резервуар! – недоверчиво ответил Антон.

Александр осушил свой стакан с чаем, разжевал печеньку.

– Антон, где бы ты спрятал бомбоубежище, зная, что потенциальные враги могут сканировать грунт на предмет скрытых подземных сооружений? В котельной тоже есть выход – проход по нему легко замаскировать под теплотрассу, но найти его будет сложнее, раз, как ты говоришь, даже мышиные норы все исследовали.

– Что, серьёзно?

– Да, Антоша, да. Резервуар нужно обследовать, и как можно скорее.

– Твою же мать! – воскликнул Антон, – Саня, ты хоть представляешь, с чем мы можем там столкнуться? В девяностые очень много бизнесменов исчезли в никуда. Их скелетики там – к гадалке не ходи.

– Антон, твой сын на грани жизни и смерти!

– Всё-всё, согласен.

– Ещё вопрос: как получилось так, что вы играли в котельной, другие играли в котельной, бомжи там ночевали, наверняка? Никто не приходил? Кстати, металл там уцелел или нет?

– Да нет, всё раскурочили, – ответил Антон.

– Это интересно, очень интересно, – произнёс Александр, – Но позже, позже…

Он летел. Парил над распростёртым на полу собственным телом. Оно выглядело жалким и совсем не нужным, как сброшенные весною старые зимние ботинки. Игорю было хорошо. Ощущение полёта, такое знакомое из снов, необыкновенно приятное, когда не нужно махать руками, что-то двигать – ты просто висишь в воздухе, никуда не падая, захватило его полностью. Одно движение и ты летишь – вперёд, назад, вверх, вниз. Можно и не двигаться – достаточно просто подумать. Странно. Он существует вне своего тела, и это ему совершенно не мешает. Свобода и покой одновременно. Абсолютная свобода от всего.

Тут Игорь замечает змея. Он уже завершил свой танец, свернулся в моток, из которого торчала лишь голова с периодически высовывающимся раздвоенным языком.

– Игорь! – зовёт змей.

Он умеет говорить, но Игоря это не смущает – он знает, что здесь, в этом мире, всё по-другому.

– Игорь, – змей снова издаёт протяжный стон, – Ты хочешь летать вечно? Хочешь ли ты всегда быть лёгким, свободным, не притянутым к земле дурацким тяготением? Всегда парить по небу, как птицы, выше птиц.

Конечно же, он этого хочет, и змей чувствует это. Он поднимает голову, медленно скользит к неподвижному телу, бывшему когда-то Игорем.

– Тогда отдай мне это – и ты будешь свободен. Свободен всегда.

– Нет, – отвечает Игорь.

Он счастлив, но что-то настораживает его в голосе змея. Что-то зловещее, пугающее. Ложь. Он лжёт. Обманом хочет заполучить то, что ему не принадлежит. Раз так – ему нельзя верить. Нельзя.

– Игорь, ты же счастлив. Чего тебе ещё не хватает? Ты можешь парить над Землёй, ты можешь выйти за её пределы, улететь на Луну. Да, что на Луну! Любая планета доступна тебе. Разве такое возможно, будь ты в своём теле?

– Нет! – снова отвечает Игорь.

– Игорь, подумай! Такой шанс выпадает раз в тысячелетие – и он достался тебе.

– Нет! Нет! – кричит Игорь.

Змей сворачивается в клубок, исчезает. Темнота охватывает сознание, гасит последние искорки бытия.

Глава 4

На следующий день два автомобиля остановились в полукилометре от санатория. Из машин вышли Антон, Дмитрий и Александр. Они несли тяжёлые рюкзаки, Антон – тяжёлый лом и лопату, Дмитрий – увесистую кувалду. Компания остановилась. Антон медленно обвёл окрестности взглядом. Да, как сильно изменилась местность. Там, где раньше были луга, на которых паслись коровы местной фермы, теперь росли высокие берёзы и сосны. Луг превратился в лес – стояли даже квартальные столбики. И где теперь искать этот водоём? Так-то он всегда был правее старой грунтовой дороги, ведущей в объезд к дальним воротам завода. Дорога пригодилась и при сносе – по ней вывозили срезанное оборудование, плиты и строительный мусор. Колёса современных тяжёлых машин не дали ей уйти в забытье. Сейчас она спряталась под пёстрым покрывалом опавшей листвы. Моросил осенний нудный дождик. Хотелось бросить всё и вернуться домой, в тепло. Из гущи деревьев вынырнул обломок трубы старой котельной, торчащий здесь, как гнилой зуб.

– Туда, – указал рукой Антон.

Дима и Александр молча последовали за ним. Под ногами хрустели ветки, глухо шуршала мокрая листва. Изредка попадались мухоморы и ещё какие-то незнакомые грибы с коричневыми шляпками. Ядовитые или нет – никто не знал, только их неаппетитный вид отбивал всякое желание брать грибы в руки. Пожарный водоём, знакомый с детства, теперь выглядел совершенно иначе. Аккуратный, поросший мелкой травой, прямоугольный холм теперь зарос приличного размера соснами. Бетонные столбы с колючей проволокой исчезли. Стояла осенняя тишина, нарушаемая лишь лёгким шумом в редких кронах сосен.

– Интересно, почему любители металлолома не тронули этот бак? – задумчиво спросил Александр, когда они подошли к заветному люку, – Уж не потому ли, почему они не тронули сам завод? А котельная?

– Саня, не нагнетай, и так стрёмно, – пробурчал Дмитрий, хватаясь за осыпающуюся ржавчиной ручку крышки люка.

Люк со скрежетом открылся. В детстве он казался большим, но сейчас, спустя годы, всё уменьшилось. Начальник охраны в него вряд ли бы пролез. Из резервуара пахнуло вонью. Это была и вонь от разлагающейся плоти, и мерзкий запах застоявшейся воды, и «ароматы» канализации. Невообразимая какофония запахов.

– Да-а-а… Пузатик из охраны тут застрянет, однозначно, – печально произнёс Антон, – Не там ищем.

Ему никто не ответил.

Внутри было сухо, лишь толстые чешуи насохшей грязи свисали со стен. Брошенный Антоном мелкий камешек со звоном ударился о металлическое дно.

– Лестницу! – коротко скомандовал он.

Ему подали верёвочную самодельную лесенку. Наскоро привязав её к крышке, Антон начал спускаться внутрь. Зажёг спичку. Огонёк слабо дрожал, но не гас. Отлично – кислород