Звезданутый Технарь 2 (СИ) - Герко Гизум

— Слушай, давай так, ты перестаешь копаться в моих мозгах, то есть в мозгах корабля, а я не нажимаю на красную кнопку, — предложил я, стараясь звучать как великий дипломат. — Мы просто мирно долетим до ближайшей станции, и там разойдемся как в море корабли.

— Предложение… принято к рассмотрению, — ответила она, и я увидел, как активность в порту погрузчика немного снизилась. — Но учти, любая попытка агрессии будет подавлена немедленно.

— Договорились, — выдохнул я, чувствуя, как пот катится по спине. — Мири, следи за ней в оба глаза. Если она хоть на миллиметр сдвинет заслонки реактора, ори во всю глотку.

— Будет сделано, кэп, — Мири всё еще дулась, но послушно вернулась к мониторингу систем. — Но я тебе говорю, она опаснее, чем стая голодных пираний в бассейне.

Только я собрался откинуться на спинку кресла и наконец-то перевести дух, как мостик огласил резкий, противный звук, который я ненавидел всей душой. Радар, который до этого мирно спал, вдруг ожил и начал биться в истерике, выплевывая на экран три жирные, пульсирующие точки, стремительно приближающиеся к нам со стороны астероидного поля.

— О, нет… Только не сейчас, — простонал я, глядя на индикаторы. — Мири, скажи мне, что это просто метеориты с очень плохим характером.

— Роджер, если у метеоритов есть идентификаторы «Стервятников» и они идут на перехват с включенными захватами, то да, это они, — голос Мири мгновенно стал серьезным. — Три легких рейдера. Будут в зоне захвата через пять минут.

Я посмотрел на монитор трюма, где Кира медленно поднялась на ноги, явно почувствовав изменение вибрации корпуса.

— Кажется, наши переговоры придется ускорить, — пробормотал я, сжимая штурвал. — Потому что к нам едут гости, которые не любят оставлять свидетелей.

— Вероятность успешного боя при текущих показателях щитов, двенадцать процентов, — бесстрастно отозвалась Кира через интерком. — Рекомендую сменить тактику или приготовиться к абордажу.

— Спасибо за совет, Капитан Очевидность! — рявкнул я, включая боевой режим, который на моем корабле означал моральную эгиду «постараться не сдохнуть сразу» и немного красной подсветки. — Мири, гони всю энергию на двигатели! Мы уходим в тень астероидов!

Три жирные, грязно-оранжевые точки на мониторе двигались по классической схеме «волчьей стаи». Я узнал эти очертания, старые переделанные буксиры серии «Краб», обвешанные кустарной броней и пусковыми установками, которые, скорее всего, держались на честном слове и синей изоленте. Но для моего полудохлого «Странника» даже такие консервные банки сейчас представляли смертельную угрозу. Они шли на форсаже, не заботясь о расходе топлива, явно предвкушая легкую добычу в виде дымящегося исследовательского судна.

Всё плохо.

— Мири, статус систем! Радуй меня, пока я не начал молиться всем богам галактики сразу! — я быстро щелкал тумблерами, пытаясь перераспределить жалкие остатки энергии.

— Радовать? Ну, если ты любишь черный юмор, то слушай. Щиты на пятнадцати процентах, и это если считать вместе с твоим оптимизмом. Основные накопители пушек после фокусов нашей фиолетовой подруги напоминают перегоревшие предохранители в старом тостере. Мы не то что выстрелить не можем, мы даже лазерную указку не запитаем! Плюс утечка хладагента в левом пилоне… в общем, мы официально являемся самым дорогим мусором в этом секторе.

— Пятнадцать процентов? — я едва не взвыл, глядя на индикаторы. — Этого хватит разве что на то, чтобы нас не зашибло пролетающей мимо пылью! Где та энергия, которую я только что с таким трудом вернул в контуры?

— Она ушла на поддержание гравитации и твои драгоценные системы жизнеобеспечения, капитан Форк! Выбирай, либо ты дышишь, либо мы пытаемся отразить один выстрел из старой плазменной пукалки, — Мири материализовалась на пульте, её маленькая голограмма была прозрачнее обычного, что условно говорило о реальном дефиците питания.

Корабль снова тряхнуло. Пока что это был не удар, а предупредительный залп ионной пушки, который чирканул наш корпус, даже не сняв процента со щитов. «Стервятники» играли с нами, как кот с мышкой. Они знали, что мы никуда не прыгнем — гипердвигатель после недавнего коллапса выдавал только искры и обиженное шипение. Я посмотрел на заваренный люк трюма, за которым сидело существо, способное разрывать металл голыми руками.

Пан или пропал.

Я нажал на кнопку интеркома, чувствуя, как ладонь потеет на холодном пластике.

— Эй, Кира, ты меня слышишь? У нас тут намечается вечеринка, на которую нас не приглашали. Снаружи три корабля пиратов. Они не будут церемониться. Если они вскроют шлюз, они сначала пустят газ, а потом заберут всё, что имеет цену. Включая тебя.

В динамиках повисло тяжелое молчание. Я уже начал думать, что она решила просто подождать, пока нас всех размажет, но потом раздался её голос — тихий, холодный и пугающе спокойный.

— Пираты… Это те, кто вскрывают корабли ради примитивной наживы? — в её интонации проскользнуло нечто, похожее на брезгливость.

— Именно! И поверь, они не выглядят как благородные разбойники из старых голофильмов. Это грязные парни с большими пушками и полным отсутствием моральных принципов. Нам нужно объединиться, или мы оба закончим как куски биомассы в перерабатывающем чане на их базе.

— Ты хочешь, чтобы я устранила их? — спросила она, и я буквально почувствовал, как в трюме начал сгущаться озон.

— Я хочу, чтобы мы не сдохли! Давай заключим сделку, Кира. Я выпускаю тебя, я не пытаюсь тебя снова запереть или вырубить, а ты помогаешь мне отбиться от этих придурокв. Клянусь своим дипломом пилота, я не трону тебя, если ты не будешь крушить мой корабль.

— Твоя клятва имеет низкую ценность в текущих обстоятельствах, Роджер Форк, — парировала она. — Однако уничтожение судна это ужасный исход. Открой блокировку. Я не причиню тебе вреда, пока не разберемся с этими «придурками».

— Мири, ты слышала? Снимай замки с трюма! — я бросился к выходу с мостика, на ходу выдергивая из кобуры свой верный бластер.

— Ты совершаешь ошибку, на которую даже в самых дешевых ситкомах никто не идет! — вопила Мири, но послушно защелкала реле. — Если она оторвет тебе голову, не говори, что я не предупреждала! Я уже начала заполнять твой некролог, и он получается очень коротким!

В этот раз я, наверное, побил все рекорды по скоростному надеванию и проверки скафандра.

Я добежал до шлюза в грузовой отсек и активировал дистанционное управление погрузчиком. Мощные гидравлические захваты с лязгом вышли из пазов двери, а свежий сварочный шов, который я наложил всего несколько минут назад, жалобно хрустнул под напором механизмов. Дверь медленно, со скрежетом поползла в сторону, открывая проем, окутанный туманом от испарившегося хладагента.

Она стояла прямо там.

Её фиолетовая кожа в полумраке коридора казалась почти черной, а глаза светились мягким, фосфоресцирующим светом. Она выглядела удивительно хрупкой после всего того погрома, что устроила, но я видел, как перекатываются под кожей её мышцы, и знал, какая мощь скрыта в этом теле. Она сделала шаг вперед, легко переступив через обломки кабелей, и посмотрела на меня так, будто я был каким-то любопытным насекомым.

— Где противник? — коротко бросила она, игнорируя наставленный на неё бластер.

— Опусти пушку, Роджер, ты выглядишь глупо, — шепнула Мири мне в ухо. — У неё реакция быстрее, чем ты успеешь подумать о нажатии на спуск.

Я медленно убрал оружие в кобуру, стараясь не делать резких движений.

— Они стыкуются. Один бот уже присосался к нижнему техническому шлюзу, два других заходят с флангов. Они явно собираются войти внутрь и забрать «приз». Вот, возьми это, — я протянул ей тяжелый инженерный ключ и запасной пояс с инструментами. — Не знаю, умеешь ли ты пользоваться техникой, но это лучше, чем ничего.

Она взяла ключ, взвесила его на ладони и с легкостью, от которой у меня похолодело в кишках, согнула толстый стальной стержень в дугу, а потом разогнула его в прежнее состояние.