Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

Среди великого разнообразия внимание Бернарда привлекла одна кукла, удивительно похожая на призрака, которого он видел и который, собственно, указал им дорогу. Глазам верилось с трудом, поэтому он открыл витрину и потянулся, стараясь не потревожить остальные экспонаты. У небольшой куколки в сине-зелёном платье с белым воротничком двигались руки, ноги, голова, сгибалось даже туловище и кисти. Чёрный остроконечный бантик на голове был больше похож на заячьи ушки.

Внутри разрасталась тревога.

— Чертовщина какая-то, — недоумевающе почесав затылок, сказал Юэн, рассматривая находку. — Ты ведь не можешь видеть призраков кукол. Они ведь не живые. Или... можешь? Тогда я совсем теряю нить происходящего. Или то, что ты видел, было шумом?

— Я пока тоже мало чего понимаю, — задумчиво ответил Бернард и, смахнув пыль с куклы, засунул её в карман.

Хоть у него и не было возможности лучше рассмотреть призрака, но память подкидывала ему образ именно

человека

. А ещё у призрака будто бы было что-то с глазом. Бернард вяло осматривал окружение. Поначалу казалось, что производственный корпус был более жутким, но начинка административного здания порождала уйму вопросов.

Послышался треск досок под ногами, Юэн прошёл и заглянул в соседнее помещение.

— Берн, подойди-ка сюда.

Немного потерянный, Бернард пришёл на зов. В центре небольшой музейной комнатки стоял стеклянный короб, а в нём большая кукла размером с ребёнка, увеличенная копия той, что лежала у него в кармане.

Застыв в проёме, они с Юэном переглянулись.

«По крайней мере, — подумал Бернард, — я не один это вижу».

Он первым шагнул к запечатанной в стекле кукле. Юэн оказался рядом через мгновение.

— Тёмные волосы, серые глаза, — сказал Бернард. — Чем-то немного похожа на тебя, вернее, даже на Джи. И роста примерно такого же, как она.

Он присмотрелся и хоть совсем не разбирался в конструкции кукол, тем не менее отметил, что у этой могли двигаться пальцы, прямо у человека. Наверняка и глаза открывались и закрывались. В остальных «суставах» она тоже скорее всего могла изгибаться, если уж это даже могла делать её уменьшенная копия.

Вышитый узорами воротник пожелтел от времени. На груди всё ещё блестела брошка с большим огранённым тёмно-синим камнем.

— Смотри-ка, — послышалось со стороны. Бернард даже не сообразил, когда Юэн успел отойти от него.

В витрине, рядом с которой он стоял, лежали книги с названием «Эл в лабиринтах сновидений». На обложке девочка лет десяти-одиннадцати защищалась рукой от нависших над ней теней. На другой обложке эта же девочка, придерживая сине-зелёное платье, спускалась к ручью, а за её спиной высился перевёрнутый дом. Далее она сидела на траве окружённая волками, к ней корявыми ветками тянулись злобно ухмыляющиеся деревья.

Юэн достал телефон и отошёл к окну.

— Сейчас узнаем, что здесь происходит.

В соседней витрине были эскизы. Карандашные наброски девочки с бантиком, похожим на ушки зайца. Отдельные зарисовки брошки, воротничка, сапожек и самого платья с дополнительными юбками. Кукла сделана по образу персонажа. Но персонажи тоже неживые. Откуда мог взяться призрак?

На немой вопрос ответил Юэн.

— Ты видел не призрака куклы, а её, — приблизившись, сказал он и повернул смартфон к Бернарду.

— Элспет Вуд? — прочитал Бернард имя под чёрно-белой фотографией девочки, чьи черты лица угадывались на лежащих в витрине эскизах.

— Да. Модель персонажа по имени Эл. Элизабет.

— Элизабет и Элспет — это ведь вариации одного и того же имени.

Юэн кивнул и уткнулся в телефон.

— Сейчас всё объясню. Одна издательская компания решила создать историю с главной героиней по имени Элизабет, которая могла бы конкурировать с Алисой из «Алиса в стране чудес» и с Дороти из «Волшебника страны Оз». По сюжету книжек Элизабет, или Эл, преследуют кошмары, — Юэн поднял взгляд на Бернарда, кратко приподняв одну бровь. — «Красивые сказочные миры, несомненно, очень привлекательны, — писали в интервью создатели. — Но мы обеспокоены одной из самых распространённых проблем среди детей — кошмарные сновидения. В первую очередь при создании истории нам хотелось бы привлечь внимание к вышеупомянутой проблеме и создать образ такого персонажа, на который детям хотелось бы равняться. «Быть такой же сильной и смелой, как Эл. Уметь смотреть в лицо своим страхам, как это делает Эл». «Эл в лабиринтах сновидений» — серия детских книжек, где главная героиня постепенно побеждает всех монстров из своих кошмаров.

— Неплохая задумка.

— Согласен. Но по итогу идея не выстрелила, хотя, конечно, Элизабет полюбилась многим детям. Честно, я ничего не знал об этой истории вплоть до сегодняшнего дня.

— Я тоже.

— Самое интересное и странное впереди, — продолжил Юэн, водя пальцем по экрану смартфона. — Элспет Вуд — девочка, родившаяся здесь, в Клауд-Хиллс, и ставшая прототипом для персонажа Элизабет, тоже страдала от кошмаров, и её биография частично легла в основу истории, поэтому и имена у них схожие. Ей приходилось часто приезжать на фабрику, когда был заключён договор на производство кукол, — Юэн кивнул на витрину, в которой стояла большая кукла по имени Эл, и снова протянул телефон. — Смотри, есть даже фотография, где Элспет стоит рядом с Элизабет. Пиар-ход неплохой, но выглядит жутковато. Это было из рубрики «интересное», а вот дальше «странности». Многие отмечали, что Элспет на фабрике часто разговаривала с куклами. На тот момент никто не считал это странным, она ведь ребёнок с насыщенным детством, у неё банально не хватало времени поиграть и пообщаться со сверстниками. Но время шло, а Элспет так и продолжала общаться с куклами, что уже начало настораживать её родителей и менеджеров. А потом у девочки началась чёрная полоса. На съёмках ей вдруг стало плохо. Её увезли с подозрением на инсульт. Из-за спазма один глаз закатился и перестал двигаться, а дальнейшее обследование выявило опухоль мозга. Ей было четырнадцать, когда её карьера закончилась. Глаз так и не восстановился, отказали ноги. Она утверждала, что видит души умерших людей, — Юэн снова поднял взгляд на Бернарда и, нахмурившись, громко сглотнул. — Психиатры выявили шизофрению. Она проходила лечение, но болезни съедали её. В шестнадцать лед Элспет Вуд умерла.

У Бернарда отлила кровь от щёк. Он пошатнулся.

— Берн, неужели она...

— ... такая же, как я?

Юэн опустил взгляд и поковырял пол мыском кроссовка.

— Страдала от кошмаров. Говорила, что видела призраков... опухоль мозга... Что было первопричиной? Способности вызвали болезнь или Эл просто заболела и сошла с ума?

— Хотел бы я знать... — тихо сказал Бернард, всматриваясь в поблёскивающие глаза куклы в стеклянном коробе.

— Люди придумали множество теорий, в том числе и таких, в которых Элспет до сих пор жива, просто закрыта в психиатрической лечебнице. Но если ты видел её призрака, то, очевидно, она действительно мертва. Что ещё меня беспокоит: снова ребёнок. Чем дальше, тем страшнее. Почему? Почему так много детей? Высокая детская смертность, безликая статистика которой удручает. И как можно на это повлиять?

Поджав губы, Бернард покосился в сторону Юэна. У него под глазом синеватым цветом налился поставленный вчера синяк. В голове вновь промелькнула ассоциация с Элспет с закатившимся из-за болезни глазом, хотя у Бернарда с ней было намного больше общего.

«А ведь ты мог попасть в эту безликую статистику детских смертей. Если бы выставил руку на секунду или даже на доли секунды позже...»

Словно почувствовав на себе взгляд, Юэн поднял глаза. Что ж, наверное, каждый из них платил за жизнь. Юэн расплатился шрамом, который останется с ним навсегда, и продолжает расплачивается фобиями. А Бернарду, возможно, даже повезло больше. У него в качестве платы только кошмары и кусок нитки с бусинами и перьями.

Улавливая ход деструктивных мыслей, Бернард попытался переключиться на что-то другое, потому что если он продолжит, это чревато возвращением кошмаров с участием Юэна.