Душа механизма - Тюняев Андрей Александрович

— Вы это о чём? — лукаво улыбаясь, ответил Вейзель.

— Да, вот, например, наш давний друг — древний мудрец Платон. Давайте с ним поговорим насчёт мнимых организмов в истории.

Признание Платона

Афины — древний город, названный именем могущественного змея Описа. Около семи тысяч лет тому назад он поселился в Аттике, а его сёстры змея У па и змея Уфа до сих пор живут на Руси. Владения змеи Упы раскинулись в Тульском крае, а владения змеи Уфы — в западных отрогах Уральских гор. В наши дни эти две великие змеи превратились в реки и стали невидимыми для человека. А змей Опис — двухголовый змей Ра — спрятался в пещере, расположенной под самым центром Афин, глубоко под поверхностью Земли, в недрах парка Педион ту Ареос.

Со времени, когда Греция была русской Пеласги- ей, и до сих пор змей Опис добросовестно поддерживает некогда просвещённую древнерусскую землю, ставшую теперь семитской Грецией. Ушедши под землю, перестал змей Опис следить за соблюдением закона на поверхности. И потянули из Греции свои лживые побеги невнятные греческие мифы.

Афины встретили студентов жарким полуденным солнцем. Оно разогревало металлические части так, как будто готовило их для последующей ковки. И только камень, покрывавший улицы и стены домов, оставался по-змеиному холодным.

Студенты прислушались и удивились, действительно, вроде как со стороны горы и сейчас слышится еле уловимый отзвук наковальни. Пройдя несколько шагов в направлении звука, они увидели беловолосого старца, сидящего на криво-сколоченном деревянном стульчике.

Под натиском неудержимого солнца здесь высвечивались не только волосы стареющих людей. Кажется, что и сами старцы становились прозрачными на просвет, а от мыслей в их головах оставались только внешние оболочки — подобно обёртке от конфет: красивые, цветастые и не имеющие никакого наполнения.

— Дедушка, — обратился Антон к просвечивающемуся старцу, — вам не жарко под таким палящим солнцем? Шли бы лучше в тенёк.

— Спасибо, юноша, за заботу, — ответил старик, — но мне и так скоро в тень, я погреюсь пока.

— Антон, — прошептала ему на ухо Настя, — тебе старичок никого не напоминает?

— Кого «никого»?

— Вы случайно не Платон? — спросила напрямую Настя.

— Многие зовут меня так, — ответил старик и подмигнул Насте.

— Вы! Платон? — удивился Антон, но тут же собрался; юноша понял, раз их сюда забросили, значит, что-то нужно узнать или сделать: — А расскажите, пожалуйста, нам свою историю?

— Мою историю? — переспросил, усмехаясь, Платон. — Это какую же? Про Афины или про меня самого?

— Про вас! — радостно сказала Настя. — Мы же толком о вас ничего и не знаем.

— Ну, что ж, — вздохнул Платон, — слушайте. Меня зовут Платон. На вашем языке это значит «Пахарь» или «Работник в поле», «Полянин».

— А нам говорили, что ваше имя переводится как «Широкоплечий»? — прервал Платона Антон, изо всех сил придавая своему лицу умный вид.

— Нет, — удивился Платон и, кряхтя, встал с табуретки. — Какой же я широкоплечий? Вам следовало больше внимания уделять знанию вашего родного языка. Тогда бы вы видели, что в основе моего имени лежит слово «Поле», а не «Ширина» или «Плечи».

Платон сделал недовольное лицо, продемонстрировал его обступившим его студентам, обидчиво помолчал и наконец продолжил:

— Кроме этого, я — ребёнок звёзд. Мне широкие или узкие плечи ни к чему. Мне нужен простор, поле.

— Что значит «ребёнок звёзд»? — удивилась Настя.

— Девочка! — ответил устало Платон. — Я живу в мифах. Я никогда не жил в вашем реальном мире.

— Настя, не перебивай, дай дедушке рассказать свою историю, — удивился не меньше Настиного Антон.

— Слушайте, дети, — продолжил Платон. — Я происхожу из обычного мессианского рода. То есть я родился и жил в астрономических мифах. Как и положено всем мессиям, я был зачат непорочно. Кстати, об этом я говорил Диогену Лаэртскому. Надеюсь, вы читали его труды — таких авторов надо читать.

— Как это непорочно? — опять встряла Настя. — А как же ваш отец? Ваша мать?

— Одно другому не мешает, — ответил Платон. — Для мессий это нормально. Я родился в семье, имевшей аристократическое происхождение. Моим отцом был Аристон. Его род восходил к последнему царю Аттики по имени Кодр. Моей матерью была Периктиона. Её предком был афинский реформатор Солон.

— Это всё исторические люди, — согласно кивая, показал Платону свои недюжинные знания истории Антон.

- Я понял ваш юмор, — ошарашил его Платон.

— Почему юмор? — искренне удивился Антон.

— Мальчик, я же сказал, что я из рода мессий. Повторюсь: это значит, что я родился и жил в астрономических мифах. — спокойно ответил Платон. — Я никогда нс жил в вашей реальности! Это ваши горе-историки заставили меня «жить» в исторической Греции.

Платон перевёл дух и продолжил:

— Итак, идём дальше. Мой далёкий предок по имени Кодр был сыном мифического царя Аттики Меланфа. Кодр был великим царём. Его имя происходит из земель русов гиперборейцев. Страбон знал это.

Платон снова сделал паузу:

— Царь Кодр правил Аттикой и был женат на афинянке. В это время Аттику стали завоёвывать племена дорийцев. Оракул предсказал, что эти животные с востока только в том случае не завоюют Аттику, если погибнет царь Кодр. И тогда царь Кодр принял свой первозданный вид. Он стал дровосеком, который срубает Дерево жизни. Взял свои традиционные атрибуты — серп и топор — и отправился в дорийский лагерь. Там он нарочно завязал драку, ранил серпом вражеского воина, но в итоге был убит.

— И это всё было в реальности? — с интересом спросила Настя.

— Нет, конечно, девочка моя, — ответил Платон. — Я же сказал: это всё астрономические события, которые люди со временем перенесли на свою жизнь в качестве сказок, саг, мифов и баек.

— А что же было в реальности?

— А в реальности было вот что. Царь Кодр — это позднее название созвездия Перуна, которого вы сегодня называете Волопасом. Его родина — Кодры. Эта местность находится между реками Реут и Прут в стране, называемой Молнией, — Молдавии. А на греческой земле имя Кодр восходит к самому громовержцу Зевсу. Его прозвище — Кераунос, то есть «Громовой».

— То есть вы хотите сказать, что ваш предок Кодр — это созвездие Волопаса, которое на Руси называлось именем Перуна — повелителя молний? — длинно уточнил Антон.

— Именно это я и хочу сказать. Более того, именно это я и сказал! — улыбнулся Платон. — В реальности Кодр был созвездием, а в мифах — он мог создавать молнии и повергать ими врага. Это созвездие отпечатано на поверхности Земли. Оно проходит от Кольского полуострова через Молдавию до Трои.

Платон снова сделал паузу, набрал в лёгкие воздуха и продолжил:

— В Аттике знали, что мифологическим отцом Кодра являлся такой же мифологический Меланф. Его имя происходит от древнерусского имени Меланий, то есть Молния или Молниеносный. Во время его правления и правления его потомков Дельфы считались центром Мира. С тех времён в Дельфах даже сохранился знак. Он называет Пуп Земли. Рядом с ним и стоит статуя Кодра Молниеносного.

— То есть вы, Платон, пра-пра-правнук Перуна? — с безграничным удивлением спросила Настя.

— Да, — коротко согласился Платон. — Моим самым дальним предком является Перун — это созвездие, в котором находилась Ось Мира во время Сотворения мира. У Перуна было много сыновей и дочерей, а у них — много потомков. Одним из них был, как я уже сказал, Кодр — царь Аттики. А одним из последних местных миссий являюсь я. Моя мать и мой отец из рода Кодридов, то есть из рода мессий или созвездий.

— Ну, значит, вас не было, — разочарованно сказал Антон.

— И так, и не так. — ответил Платон. — Просто одни люди глупы, другие умны. Умным людям хватает ума на то, чтобы своих сказочных героев не вписывать в свою реальную историю. А глупые люди, как старьёвщики, всё тащат в свою «историю».

Платон посмотрел внимательно на студентов и произнёс: