Never Fade Away (СИ) - Барышников

— Ох уж эти мальчишки… — Джонни без усилия плавно поднялся с пола и медленно, словно нехотя, подошел к наемнику. — Уговорил. Давай поглядим, есть ли в тебе хоть искра таланта.

Конструкт мигнул, переместился одномоментно за спину Ви, и тот почувствовал, как рука Сильверхенда легла поверх его собственной кисти, повторяя очертания — палец к пальцу, сгиб к сгибу. Ладонь у Джонни была крупной, крепкой, сухой и горячей, пальцы мозолистыми и жесткими, жестче даже, чем у самого соло. Хватка — непоколебимо уверенной и даже какой-то хозяйской.

— Указательный держи крепче, ладонь расслабь, — колючий подбородок Джонни коснулся голого плеча наемника, а мягкие пряди чужих волос защекотали ухо. Ви явственно учуял легкий запах пота, резкий аромат табака и выделанной кожи и почти незаметный горький шлейф порохового послевкусия. — Пусть проворачивается свободно, а ось будет одна — указательный палец. Подворачивай под конец, пусть кувыркнется прямо в ладонь.

Ви искренне старался следовать науке, но слажал, глупо и гипнотически залипнув на чужом запахе. Пистолет снова сорвался под конец проворота и обидно ушиб фаланги пальцев.

— Не еблань, слушай, блять, внимательнее, что я тебе объясняю. Чувствуй мои пальцы. — Как будто Ви мог не чувствовать эту хозяйскую хватку! Джонни умудрялся, приблизившись, почти физически ощутимо забрать весь воздух и все пространство оружейной каморки. Ви готов был признать это какой-то запретной магией и даже отыграть назад к тому моменту, как вздумал попросить Джонни о науке. Не испытывая явно никакого неудобства или предубеждения, Сильверхенд решительно прижался сзади плотнее, повторяя теперь очертания тела Ви. И снова — рука к руке, от плеча до самых пальцев. И гипнотизирующий командный голос над самым ухом. Голос, которого хочется слушаться на каком-то инстинктивном уровне. — Не растопыривай остальные пальцы, твоя кисть сейчас — как осьминог на случке.

— Да я стараюсь, не пизди! — словно через густое марево огрызнулся в попытке противостоять Ви, не чувствуя, впрочем, к тому особого желания. Проворот, секунда на воображаемую смену обоймы, обратный проворот… Пистолет вырвался из пальцев, и только выработанная реакция позволила наемнику перехватить его левой рукой у самого пола.

— Блять, Ви, ты, нахуй, безнадежен! — Соло испытал странный импульс, словно бы Джонни агрессивно и пренебрежительно оттолкнул его в сторону. Ви отбросило назад, потом странно содрогнуло всей сущностью — и только тогда он понял, что все это время не двигался с места, ощущения были больше психическими, нежели соматическими. Собственная правая рука, в обход хозяина тела, раздраженно перехватила пистолет из левой. Ловко, — и в этой ловкости чувствовались досада и превосходство, — повторила недающийся финт трижды: к себе, замена обоймы, от себя.

— Ладно. Ты безрукий еблан, но и ствол говно. — Мягкий и насмешливый голос Сильверхенда звучал не привычно — извне, — а в самой голове. — Центр тяжести смещен из-за расположения обоймы. Хочешь такой же стиль без лишних мучений — меняй, нахуй, ствол.

— Джонни, ты не о-охуел ли часом? — от внезапности и наглости конструкта Ви аж замкнуло где-то внутри. Злость, которая должна была накрыть разом, почему-то чутка запаздывала. А наемнику очень хотелось бы взорваться сразу. Но вся его суть словно бы качнулась, приходя к идеальному равновесию, восполняя то, чего всегда не хватало.

— Завали хлебало и внимательно запоминай. Не заставляй меня овладевать тобой дольше, чем требуется, — пошло и подъебисто ухмыльнулся у Ви в голове охуевший рокербой, и снова, но уже медленнее, несколько раз повторил финт, дав соло чуть больше свободы в доступе. Их руки словно бы слились. Ощущение было странным, каким-то щекочущим и убийственно правильным, комфортным. Стоило Ви чуть напрячь волю, как он забирал управление, словно оттесняя Джонни куда-то в сторону. Но при любой ошибке Сильверхенд без труда подхватывал движение и завершал его.

Ви только успел распробовать эйфорию на вкус, потянуться навстречу и с готовностью открыться этому кайфу, как его настойчиво, почти физически оттолкнули. На наемника одномоментно будто обрушилось что-то странно тягучее, протащило, словно по колючей проволоке… а потом заполнило чувством невосполнимой утраты, какой-то фатальной неполноценности.

— Дальше сам, — Джонни покинул здание и теперь спокойно и надменно курил свою бесполезную в электронном посмертии сигарету, привалившись плечом к стене. На роже — готовность к язвительной защите и привычная снисходительная насмешка.

— Да пошел бы ты нахуй, Джонни, — это было унизительно и жалко, но в тот момент охуевшего и оглушенного странными эмоциями Ви, растерянно стоящего с пистолетом в руках, хватило только на этот невпечатляющий экспромт. В воздухе все еще неуловимо и непередаваемо вкусно пахло табаком и кожей.

Напросился, блять…

Need to feel myself again

«План говно», — сказал Джонни. Но Ви его не послушал, потому что говном у Сильверхенда по умолчанию было все, что не было им или не принадлежало ему. Ви был тупым ебланом, современные анархисты — позерами, бунтари — мамкиными быдланами, искренние проявления чувств — беспросветной глупостью, современная музыка — посредственностью, а про корпы и банды не стоило даже упоминать вслух, чтобы не выслушивать пламенные монологи до сумерек. Ценил рокер, казалось, только ебанцу, старый добрый рок, бухло, красивых решительных телок (последние два пункта, он, видимо, сразу делал своими, что моментально пропускало их в круг приемлемости) и собственные манифесты. И котиков, что было дюже удивительно, потому что коты были свои собственные, и поначалу наемник сомневался — не жрать ли их на обед любил когда-то Сильверхенд.

План по захвату базы мальстремовцев принадлежал Ви, поэтому реакция Джонни была вполне прогнозируемой. План, значится, говно. Угу.

— Есть другие предложения, гений тактики? — больше для подъебки, чем для пользы задал вопрос Ви.

— Пойти в стриптиз-клуб и надраться, а не таскаться по сраным помойкам. У тебя к ним патологическая тяга, Ви. Был бы у тебя психолог, я бы рекомендовал проработать этот вопрос, — Джонни вообще сегодня на удивление ебланился, на двадцатку из десяти, — Но ты голодранец, у тебя даже психолога нет. Так что хуй с ним.

— Тогда пойдем по-моему, — в таком состоянии, Ви уже знал, Сильверхенда рекомендовалось либо подъебывать, доводя до саркастического оргазма, либо игнорить, — Дельтуем, Джонни.

А теперь на часах было за полночь, и истерзанный Ви вывалился из своего старенького Арчера в гараже башни М10, разом рухнув на колени. Да еще и ладони ободрал об асфальт. И хуй бы с ним, с многочисленными ушибами и парой царапин от пуль, прошедших по касательной — для любого соло это игрушки. Хуже всего была передозировка стимуляторами. Биомон уже час как выдавал истерические сообщения о перегрузке гормональной