Never Fade Away (СИ) - Барышников

сильно сжимались на руле поршика, что, казалось, вот-вот раскрошат в пыль. Прохладный ночной воздух, потоком на скорости ревущий в полностью открытые окна, и тот не мог выветрить этот запах, теперь прочно ассоциирующийся для Ви с сумасшедшим чувством ревности, с ощущением фатального проигрыша. Ярость, безумие и желание. Охуенная смесь, которая, несмотря на проходящее время, не давала члену в штанах расслабиться окончательно. И это злило еще сильнее.

Выпить было необходимо. Не напиваться, но хотя бы немного расслабиться, задобрить неисчезающее чудовище внутри. Может быть, виски смоет чужой вкус с губ, убьет чужой аромат.

Квартирка встретила темнотой и тишиной, рассеченной наискосок, как обычно, полосами неонового света на полу, просачивающимися из-под полуприкрытых жалюзи. Ви швырнул самурайку в угол на снарягу для подводных погружений, сунул Малориан по привычке под подушку, включил SAMURAI, заложил руки за голову, сцепив пальцы на затылке, и некоторое время просто бесцельно ходил во мраке из угла в угол, периодически слепо спотыкаясь о вещи, разбросанные по комнате. Ярость не отпускала, как он ни пытался уговаривать себя, заставить мозг мыслить трезво, как ни приказывал себе подышать и потерпеть.

Метнувшись в один широкий шаг к кухонной стойке, наемник, распихивая банки и шуршащие упаковки, судорожно и торопливо выбрал более-менее чистый стакан и плеснул из полупустой бутылки виски, моментально опрокинул жидкость в глотку. Обожгло, попало не в то горло, и Ви закашлялся, сгибаясь, отплевываясь. Ярость накрыла с головой и он, зарычав, с силой смел весь скарб с кухонной полки — полетели в сторону пакетики с хуевой синтетической жратвой, хрустнула обреченно о кафель кофеварка. Это принесло глубокое тупое удовлетворение. Еще бы въебать битой по оставшемуся хламу, сбросить на пол и ебашить по осколкам до одури, пока не устанут руки. Это было бы отлично.

— Играешь в Сильверхенда, пацан? — Ви бросил взгляд на так к месту проявившегося рокербоя. Тот расслабленно сидел на краю кровати, в своей манере уперевшись локтями в колени, курил свою бессмысленную сигарету и скалился язвительно. Раскосые темные глаза, не скрытые обычными авиаторами, смотрели с насмешкой.

— Отъебись, Джонни. Я немного не в настроении, как ты можешь видеть, — уцепив между средним и безымянным пальцами горлышко бутылки, которая выжила после катаклизма по причине того, что Ви отставил ее на другой столик перед вспышкой дестроя, соло перехватил ее удобнее и сделал глоток из горла.

— Да уж заметил. А знаешь почему, Ви? — приподнял одну бровь Сильверхенд и прищурился от пиксельного дыма. Наемник был на двести процентов уверен, что сейчас узнает, почему. Заткнуть вовремя рокербоя было делом неподъемным. — Потому что ты играешь в Сильверхенда.

— Блять, Джонни, я серьезно сейчас, иди нахуй, — рыкнул Ви раздраженно. — Ты всегда уверен, что все вертится исключительно вокруг тебя, ебаный ты нарцисс.

— А ты посмотри-ка на себя. Ты хоть значение слова «нарцисс» знаешь? — снисходительное хмыканье Джонни было настолько бесячим, что соло чуть натурально в голос не взвыл. Не имело никакого значения, что понятие это пришло словно из ниоткуда — наверное, Ви его где-то услышал в правильном применении. — У тебя на всю спину набит куплет SAMURAI — скажи, кстати, спасибо, что я еще сдерживался так долго. У тебя на всю хату орет Never Fade Away. Ты подражаешь моему стилю. У тебя проблемы, пацан. Посмотри, во что ты одет. Нахуя, Ви? Я понимаю — куртка. Бронь первый класс. Я понимаю — Малориан. Таких больше нет. Я понимаю — тачка. Зверь. Но остальное? Снимал бы ты нахуй все это старье и…

— Ах, блять, снимал бы?! — ярость накрыла как-то даже освобождающе что ли, словно лопнуло наконец-то что-то давящее в груди. Ви, поочередно согнув каждую ногу в колене, ломая и так короткие ногти, рванул ремни на ботинках давно дохлого рокера. Покачиваясь, упираясь поочередно пятками в носок, содрал со ступней сильверхендовские казаки и один за другим отправил их в полет в сторону кровати. Один ботинок почти попал в цель, пролетев у самой головы Сильверхенда, но рокербой, уже хохоча во все горло, ловко и изящно, словно кобра в стойке, увернулся.

— Как же ты затрахал меня со своими подъебами, мудила! — под непрекращающийся громкий и искренний ржач Джонни наемник рванул через голову майку рокера, — только звякнули солдатские жетоны, оставшиеся на груди, — и, хорошенько скомкав, с силой бросил, метя в голову веселящегося, кажется, до икоты ублюдка. Заходящийся от смеха Сильверхенд этот снаряд пропустил, к непередаваемому удовольствию Ви получив прямо сквозь свое энграммное ебало свертком ткани.

— Подавись своим антиквариатом, сука! — прыгая то на одной, то на другой ноге, чуть не наебнувшись несколько раз, соло с трудом и ебуками стянул-таки с себя узкие кожаные штаны, тоже хорошенько их скомкал и для внезапности в этот раз метнул их рокербою в грудь. Попал, рыкнул зло и глянул свысока на Джонни.

— Ну и че остановился-то на самом интересном месте? — рокер больше не смеялся, еще хриплый от недавнего хохота голос сделался низким и неожиданно спокойным. Сильверхенд широко расставил ноги и откинулся на постели назад, упираясь локтями. Смотрел на Ви своими загадочными, почти черными сейчас глазами из-под прикрытых, казалось, лениво век. — Непрошенный корявый стриптиз окончен?

— Хули ты там не видел, интересно? Мало тебе моей жизни, тебе еще и трусы мои подавай? — огрызнулся соло, но боксеры все на том же злобном кураже стянул одним движением, швырнув с размаха в расслабленно развалившегося мудилу. Мудила, впрочем, совершенно небрежно уклонился, вновь словно перетекая в прежнюю позу. — Какой, блять, живой интерес! Может, мне ещё передернуть для тебя, а?

— Хватит, надрочились, сука, уже на две жизни вперед, — голос рокербоя сделался еще тише, стал бархатистым и почему-то почти угрожающим. Ви видел в полумраке, как двинулся вверх и вниз кадык на горле, покрытом темной щетиной, словно Джонни сглотнул с усилием. Щелкнули суставы металлических пальцев, когда рокер медленно, словно через силу, поднял левую руку и скупым жестом поманил наемника к себе. — Подойди.

В голове Ви успели еще в диком хороводе пронестись мысли о том, что Сильверхенд охуел окончательно, что самому соло, кажется, пора то ли к психиатру, то ли выспаться, а ставшие ватными ноги сделали сами по себе, словно под гипнозом, три шага, и Ви остановился прямо перед рокербоем, между его широко расставленных стройных длиннющих ног, глядя все еще с недоумением сверху вниз.

— Блять, Ви… — внезапно приподнявшись, Джонни положил ладони на бедра наемника, стиснул до красных пятен на коже с такой силой, что Ви непроизвольно отшатнулся, но рокер легко удержал его. Хватка сменилась на легкие