"Космические страсти" - Иван Коваль

Он не знал ничего о технике и технологии процесса переброски, но тем не менее его тщательно проинструктировали об опасностях этой процедуры. Для переброски было необходимо огромное количество энергии. Именно поэтому специально для данной операции на Марсе был построен сверхзащищенный объект, к которому были подтянуты мощные энергоканалы из нескольких независимых источников. Телепортация, а именно о ней говорили резиденты Моссада, инструктирующие Липковича, была вещью якобы еще не достаточно изученной. Особенно для переброски живых существ. Случалось, что физическое тело прибывало в точку назначения в виде порошка, перемешанного и потерявшего все свои изначальные характеристики. Живые существа могли прибыть в место переброски в виде мясного фарша или даже в виде обычного энергетического разряда. В общем, необходимо было ждать всяких неприятностей и в случае их возникновения, при наличии, конечно, сознания и возможности управлять хоть какими-то собственными частями тела, все-таки выполнить возложенную миссию, ради которой и производилась эта переброска. Липкович был готов к любым опасностям и в данный момент молил Машыахха, чтобы переброска прошла успешно. А уж в дальнейшем он был почти уверен. Свою часть работы он выполнит безукоризненно.

Попав в Мясорубку в более-менее нормальном состоянии он был обязан сориентироваться на местности с помощью земного электронного определителя координат, который использует привязку к спутниковой системе навигации Земли (если, конечно, он будет функционировать после переброски) или по карте и по простейшим приборам и звездам (а любой суперагент Моссада был обучен подобным вещам). Определить в какой стороне находится основной город нынешних арафитян, главных врагов ызраилитян, – город Арафат, и за несколько часов, выделенных на проведение операции, пройти максимальное расстояние к вражескому городу, соблюдая полную осторожность и скрытность. Достигнув границ вражеского города, Липкович был обязан или замаскировать мощнейшее взрывное устройство, которое он принес с собой, для того, чтобы его чуть позже взорвали его сообщники с помощью кодированного радиосигнала, или привести в действие часовой механизм бомбы, который должен был взорвать бомбу через некоторое время, необходимое для успешного возвращения Липковича в исходную точку, или взорвать бомбу самостоятельно, не раздумывая о своей жизни, или даже попытаться обезвредить бомбу, если ее взрыв мог бы разрушить города и оборонительные сооружения своих ызраилитян, машыахховцев. Те или иные способы выполнения задания Липкович должен был выбрать самостоятельно, исходя из многообразия возможных ситуаций, связанных и с его собственным состоянием, и с удалением от городов друзей и врагов, и с его возможным обнаружением патрулями противника, и со множеством иных вариантов. Мало ли чего не случается при проведении столь необычных операций.

В любом случае главная задача операции должна быть выполнена – основные силы противника ызраилитян в Мясорубке должны быть уничтожены мощнейшим взрывом. Ядерное устройство, которое Липкович должен был пронести в Мясорубку, должно было уничтожить основной вражеский город и его оборонительные сооружения, вызвав минимальное радиоактивное заражение местности и минимально навредив своим, ызраилитянам. Ну, эти проблемы были уже не проблемами Липковича, а проблемами тех поклонников секты Машыахха, кто создавал это устройство в районах дикой Австралии, максимально закрытых и не подчиняющихся земному Правительству. В любом случае, после успешно проведенного взрыва ызраилитяне должны будут добить арафитян в Мясорубке и начать полностью контролировать всю территорию Мясорубки, а значит, и древнего Ызраильского Царства. И все священные для поклонников Машыахха места вновь будут принадлежать только им. "И мы все-таки сметем с Храмовой горы ненавистные сооружения арафитян. И построим там Третий Храм Соломона. И многотысячелетняя мечта ызраильского народа все-таки свершится! И заплачет Стена Плача! И пророк Машыахх войдет в древний город иудеев! И не помешают ему в этом ни земное Правительство, ни Великая Китайская Империя, ни силовой Энергетический Щит. И унизит Машыахх все неиудейские народы! И сделает их рабами иудеев – поклонников Машыахха. И возвеличатся они. И будут вечно владеть всеми народами цивилизации на всех планетах Солнечной Системы. И будет им Щастье…"

Липкович снова с трудом отвлёкся от приятных грёз. Часто он предавался чему-то подобному, но всегда возвращение от грёз в реальную действительность было для него очень болезненным. Вот и сейчас он брезгливо поморщился и заставил себя думать не о грядущем идеальном будущем, за которое он боролся всю свою недолгую жизнь, а о предстоящем перемещении. Смерти Липкович не боялся. Его воспитание и зомбированное сознание просто не позволяли ему, суперагенту Моссада, бояться потерять нечто столь никчемное, как собственная жизнь. Жизнью он рисковал уже несколько раз, участвуя в тайных смертельных операциях, о которых он сейчас вспоминал с чувством, так сказать, глубокого удовлетворения. Теми или иными путями – он выбрался из них в более-менее нормальном физическом и душевном состоянии. Рисковать своей жизнью и при необходимости расстаться с нею ради победы общего дела, ради Машыахха, – это было просто частью его существования. Но именно сейчас он почувствовал смутные мысли о том, что умирать не очень хочется. Он вспоминал серьезные инструкции Мартовского Кота, который уговаривал его не рисковать понапрасну, постараться вернуться живым из этой головоломной переделки, потому что Моссаду, Ызраилю и всем поклонникам Машыахха позарез нужны такие прекрасно подготовленные люди, как Липкович. Он все с большей теплотой вспоминал, что в случае успешного выполнения операции, во всяком случае, выполнения его части операции, вот этот дом будет принадлежать только ему. Воистину – царская награда! Дом, построенный по самым передовым технологиям. Дом, в котором совмещены все мыслимые и немыслимые удобства. Дом, в котором шутя можно продержаться несколько месяцев от всей мощи земной цивилизации трех планет. В конце концов, дом, в котором можно будет, наконец-то, начать тихую семейную жизнь и родить десяток юных поклонников Машыахха, которые, может быть, и дождутся осуществления мечты его народа. При этом Липкович с грустью вспомнил черные, смеющиеся глазки кудрявой красавицы Сарры, которые с любопытством, страхом и восхищением смотрели на него в бушах Австралии, в тайном городе ызраительских иудеев… Эх… Перспектива умереть была явно неперспективной в сравнении с этими мечтами.

Липкович в очередной раз взглянул на таймер, а потом снова сконцентрировался на мыслях о выполнении задания. Его взгляд упал на прикрепленный сбоку автомат УЗИ, и снова определенное недовольство отразилось на его лице. Он вспомнил свои прошлые, яростные споры с Мартовским Котом, который подбирал ему вооружение и спрашивал его мнение по этому поводу. Но при этом, вместо желанных новейших образцов энергетического и лазерного вооружения, он настойчиво советовал выбирать только из образцов многовековой давности. Этого Липкович никак не мог понять. Совершить такую огромную подготовку к выполнению важнейшей операции, создав мощнейшее взрывное устройство, построив дом, который стоил гигантских денег, создав аппаратуру переброски и технологию переброски, оценить которую в денежном выражении Липкович даже и не пытался, – и при этом рисковать всем вышеуказанным только потому, что вместо новейших образцов вооружения нужно будет обойтись древними пороховыми пугачами? Единственно возможным объяснением он считал то, что при переносе в Мясорубку не должно было произойти случайностей, и в те или иные руки не должно было попасть сверхмощное современнейшее лазерное вооружение. То есть, если вдруг при переносе произойдет несчастье, и Липкович прибудет туда в виде фарша, а его вещи прибудут туда целыми и невредимыми, то тут уже неизвестно кому может достаться его вооружение. И лучше, если в таком случае, его вооружением будут образцы, которые и сейчас являются самыми распространенными в Мясорубке. И соответствуют тамошнему технологическому уровню. В этом случае не будет никакого дисбаланса в вооружениях сторон. Такое объяснение в некотором роде оправдывало решение Мартовского Кота, но не уменьшало огорчения Липковича. В пределах указанного веса он выбрал себе небольшой скорострельный автомат УЗИ, гордость древнего Ызраиля, пистолет, несколько осколочных гранат, боекомплект, нож, бронежилет. Старался подобрать все это с учетом того, что ему, возможно, придется сражаться с большим весом за спиной, поскольку взрывное устройство весило на Земле килограммов пятьдесят, не меньше. Это сильно уменьшало его личную маневренность. Ему нужно было выполнить задание и продержаться в Мясорубке не менее шести земных часов, после которых произойдет обратный перенос.