Дом Крови (СИ) - Кин Михаил

Мы бежали этими задворками за Клето сворачивая то влево, то вправо. Но главное подальше от центра, держа направление за северо-запад. Где то попадались спящие и мертвецки пьяные наемники, а так же бездомные, которые возмущались, когда троица перепрыгивала через них в спешке. И тут я почувствовал, как он «позвал». Одинокая песнь в безмолвной ночи. Словно одинокий горн трубил у меня голове, а затем «они» откликнулись, эти сотни голосов зашептали у меня в голове, возмущаясь и проклиная.

Но подчиняясь его воле.

— Аа-а-а-х. — Застонала Марика скривившись в гримасе боли и схватившись за голову, словно пыталась зажать ладошками уши, плечом облокотившись к грязной стене. — Я его слышу, не могу заставить замолчать.

Я выругался и кинулся к ней, положив руки ей на голову. Беря под контроль. Перебивая «зов». Она замерла, обмякнув. И ее сознание снова забилось словно мотылек в банке. Но это помогло. Эрвиг был не в сравнение сильнее, но он «звал» всех и издали. А я взял под контроль лишь мою вампиршу, стоя вплотную к ней.

— Что с ней? — Оглянулся Клето в пол-оборота.

— Он «позвал» мертвых, а она мертва Клето. Она услышала его «зов».

— Мертвых? В смысле он поднял мертвецов? Это так называется?

— Да, мертвых, мы не успели Клето, — сказал я на выдохе. — Сейчас встанут все, кого он убил, а так же все окрестные кладбища. Он собирает армию.

Клето тяжело сглотнул и кровь с его лица отхлынула.

— Так тут же тысяч пять народу. — Сказал он разом побелев.

— А я тебе про что говорил, что надо немедленно отсюда убираться.

— Она сможет идти?

— Сможет, если я ее поведу, но это жрет сил, а они нам еще понадобятся. Нужно ее оттащить подальше от него, как «зов» закончиться она сразу придет в себя. Я ее понесу, а ты идешь впереди, — я глянул на моего первого наставника и друга, — и Клето, будь готов ко всему.

Он кивнул обнажая свой меч, и пошел вперед. Я последовал его примеру, достав свой клинок, а тряпку свернул и положил в один из кармашков бандольера, она мне еще пригодиться. И взвалил безвольную тушку Марики себе на плечо одернув через чур короткую юбку, чтобы она не светила голым задом, она оказалась легкая словно пушинка, хоть и была с меня ростом.

Ее руки свисали у меня за спиной, болтаясь словно обломки, выброшенные волнами на мелководье. Сейчас ее воля и разум были скованы, дрейфуя по темным водам. Но как только почувствую, что «зов» закончился отпущу ее.

Глаза Клето сверкнули словно два сапфира, когда он глянул на мой меч. И он присвистнул.

— Ничего себе какая у тебя игрушка, я то думал, что ты его постоянно в завернутой тряпке держишь. Правильно, за такую вещицу враз все кишки выпустят. Наверное стоит целую кучу золотых.

А посмотреть было на что: закрученный в спираль на треть клинок, выбитые руны на лезвие светились, переливаясь всеми оттенками алого. А рубины вставленные в пасти тварей на рукоятке словно искрились. Древнее оружие всем своим видом выражало готовность напиться крови. А в густом полумраке переулков это смотрелось особенно зрелищно.

— Такие вещи в принципе не продаются Клето. Я забрал это у инквизиции, а те в свою очередь у сородичей Марики, у ее брата если быть точнее. Это реликвия вампиров, наследие ее клана. И она странная…не могу передать ощущения.

Крики нарастали, люди наконец начали осознавать насколько пришедший в город маг опасен, и сейчас в нашем направлении бежали уже десятки людей истошно вопя. И мы поспешили тоже, уже наплевав на скрытность ломая заборы и грубо расталкивая попадавшихся на пути встречных.

Окружающее небо покраснело от расползающегося пожара, ночной воздух наполняли панические крики и рев. Громоподобный, распространяющийся словно лесной пожар. Наполненный животным ужасом крик смешивался с хищным, ненасытным рыком мертвых. И треском огня пожирающего небольшие домишки. Мертвые начали свой кошмарный пир, гоняясь посреди пылающего города за обезумевшими от страха жителями. А все это дополнял пожар, неумолимо приближавшийся.

Я знал, что будет: ярость, резня, огонь. Ярость прорывает плотину, которая сдерживала эмоции. Да и всем стало понятно, что ужасный маг выпустивший на волю стаи безжалостных хищников и пожар быстро сделают свое дело. Небольшой, уютный и миролюбивый городишко становился опасным, смертельно опасным. И к утру тут будет одна большая обгорелая могила.

Мы пробежали с сотню ярдов как наконец я почувствовал, что от прекратил свой «зов». И я опустил ее на землю и наконец отпустил Марику. Получившая свою волю и свободу она дернулась словно от физического удара и ожила. Вращая своими кровавыми глазищами.

— Сама идти сможешь? — Спросил я ее.

— Да, спасибо. — Сказала она приходя в себя, и потряхивая головой. — Ты что, дал «Власть» своему мертвецу⁈

— Ничего я не давал. — Пробормотал я, — Вы меня не слушаете, это не простой мертвец, а Лич. Говорю же, у него сил просто немерено, и знаний полно. Бежим уже, я не собираюсь тут сегодня помирать.

И мы побежали. Следуя вдоль центральной улицы переулками. Я слышал, как вопят от ужаса люди, спасаясь от голодных порождений бездны, призванных сюда переполненным злости магистром магии. И я пробежав несколько переулков я почувствовал их, целую орду голодных тварей, их голоса. Это было странно, поднятых мертвецов я обычно не слышу. Они молчат. Но этих я прекрасно слышал, их безумный шепот наполненный ненавистью.

— Стойте, — крикнул я, и начал сплетать огненный шар, кинув его в ближайшее окошко.

Он громыхнул и разворотил окно и часть стены, открывая проход на чью-то гостиную.

— Клето за мной, Марика на крышу.

Как и большинство своих соседей дом был двухэтажным. Мы буквально взлетели по лестнице на крышу. Хозяев уже не было дома, дверь была нараспашку. Когда мы выбрались наверх Марика уже стояла на самом краю крыши, глядя на всепожирающее зарево. А снизу рыча и скаля свои зубастые пасти, выпростав скрюченные когтистые пальцы пронеслись с десяток мертвецов. Это были уже порядком разложившиеся, кое-где проглядывал костяк и соответственно страшно вонючие. Это похоже к нам пожаловали гнилые засранцы с местного кладбища.

Танец ночных теней и красноватых бликов от языков пламени отражались на их оскаленных мордах гримасой гнева, отсветы пожара вели дикую пляску в их пустых, словно у кукол глазах. Они почуяли сладкую и теплую, оскорбительно живую плоть. И спущенные с поводка они спешили как могли, утолить свой нескончаемый голод. Но что было странно, на них не висело никакой защиты, словно они были дикие. Их подняли и пустили с командой фас. Даже не пытаясь контролировать.

Пожар уже дошел до середины, сейчас вся центральная площадь пылала. Огонь пожирал ратушу недалеко от лавки целительницы, в которой я несколько часов назад продал свое кольцо артефакт. С крыши открывался прекрасный вид на это зрелище. В глубине самого высокого здания этого умирающего в агонии городка рыжие языки пламени рисовали дрожащий силуэт внутреннего арочного двора. Перегородки между помещениями обваливались огромными листами. Все здание полыхало, как звезда, сложенная из горящих балок.

— Дальше идем по крышам, — скомандовал я. — По улицам уже небезопасно.

Клето сверху глянул на пробежавшую гурьбу рычащих тварей спешащих на свой кошмарный ужин. И тяжело и громко сглотнул, стискивая свой верный бастард. И побежал за нами, перепрыгивая небольшие проулки. Снизу то тут, то там, слышались истошные крики заживо пожираемых несчастных. Но ничем я им не мог помочь, и хрустя своими сапогами по черепице я старался не думать о том, что все это моя вина, что это я виноват в их смертях и творящемся вокруг безумии.

Городская стена и северные вороты были уже видны, с крыши было видно, что они еще даже держаться, организовав что-то вроде круговой обороны и выводят людей. Но как обычно бывает, у нас возникла проблема в виде пересекающей улицы. Слишком широкой, чтобы мы смогли безопасно пройти по крышам. Но главная проблема заключалась в полтура десятках живых мертвецов, что прямо перед нами пожирали лошадь и всадника. Бедняга пытался вырваться, но погиб вместе с животиной.