Ступень Пятая - Инди Видум

— Не все, — улыбнулась она, чуть приподняв бровь, намекая, что не против бы что-то еще получить и от меня.

За этой пантомимой нас и застала Светлана.

— Привет всем, — выпалила она и, едва дождавшись ответного приветствия, продолжила: — Ярослав, у меня к тебе вопрос по магии. У меня небольшая проблема с одним из заклинаний, что ты показывал.

— Не вопрос. Прямо сейчас займемся?

По виду Дианы стало понятно, что ей очень хотелось заявить, что Светлана должна встать в очередь за ней. Но то, что подходило для Шуваловой, не могло быть использовано в отношении Тумановой, поэтому Диана со всей доступной ей просительностью выдала:

— Свет, мне буквально еще пять минут нужно с Ярославом поговорить.

— Мой вопрос терпит, — признала Светлана.

На удивление к себе она не прошла, села рядом с Шуваловой, и та сразу сдвинулась к спинке дивана. Ноги, наверное, устали держать все тело на весу в сидячем положении.

— Ярослав, так что? — заныла Диана, недовольная, что свидетелей стало на одного больше. — Могу я рассчитывать на то, что ты со мной поделишься приглашением, а? Учти, что я от тебя все равно не отстану, пока ты не согласишься. Ты же никому не успел пообещать, правда?

— Я его только что получил, — напомнил я. — По дороге от проходной на меня никто не бросался с требованием поделиться.

— Так это замечательно. Значит, место мое, да? — Она придвинулась ко мне совсем близко и зашептала: — А я поделюсь с тобой конфиденциальной информацией. Но не здесь и не сейчас.

Обещание было слишком расплывчатым, но я все равно сказал:

— Договорились.

Диана взвизгнула, повисла у меня на шее и убежденно сказала:

— Ярослав, ты лучший.

После чего наконец убралась из нашего блока.

Одновременно с тем, как за Дианой закрылась дверь, Светлана встала, взяла сумку и сказала:

— Ярослав, я вещи заброшу и подойду, хорошо?

— Конечно, — ответил я.

Сам я сумку тоже носил, но скорее для отвода глаз, а не потому, что в ней нуждался, так как почти все держал в пространственном кармане, который всегда был при мне и с которым ничего не могло случиться. Разумеется, пока я жив. А вот после смерти могли быть варианты. Изредка карман умершего мага словно выворачивался и там, где он открывался последним, возникала горка имущества почившего, ранее закрытого от других. Таких случаев были единицы, но они были. И никто не знал, по каким признакам выбирались именно эти пространственные карманы и куда девалось имущество из других. Кто-то предполагал, что последнее место открытия неизвестно, кто-то — что из-за смерти владельца матрица нарушается и вещи разбрасывает случайным образом на таком расстоянии друг от друга, что их никто не может связать в одно наследство, а кто-то шел дальше и уверял, что в схлапываемых карманах вещи аннигилировались. В любом случае магу, с чьим карманом такое случалось, было уже все равно.

Но вид, что я что-то доставал из сумки, я сделал, хотя пакет с пирожками от Ольги Даниловны вытащил из пространственного кармана. Хотел угостить Светлану.

Пришлось подождать: чай успел полностью завариться, когда она наконец появилась.

Я подвинул к Светлане чашку, сахарницу и блюдо с пирожками и спросил:

— Так какая проблема?

Она отвечать не торопилась, на меня упорно не смотрела, сосредоточившись на чае, и, лишь потянувшись за пирожком, толкнула в мою сторону записку с коротким текстом: «Защита от прослушки».

Заинтригованный, купол я поставил тут же, потому что опасалась Светлана точно не того, что информация о заклинании уйдет к посторонним. Любые объяснения по магии без иллюстраций не имеют никакой ценности, а значит, Светлана собиралась говорить о другом.

— Что случилось, Света?

— Ярослав, то, что я тебе скажу, не должно выйти из этой комнаты, понятно? — бросила Светлана и посмотрела на меня.

Глаза у нее были шальные, как будто она сама боялась того, что делает.

— Обещаю. Если нужно, могу клятву дать.

Она покрутила головой.

— Твоего слова достаточно. Я тебе верю. Я хотела сказать вот что. Ты получил приглашение, но это ничего не значит. Ни отец, ни Саша с тобой не честны. Они тебя используют, понимаешь?

— Если ты про происшествие с Морусом, то мне не нужна слава победителей чудовищ, — осторожно подбирая слова, сказал я.

Да, Светлана явно говорила о другом, но мог ли я ей верить? Ее семья преподала мне урок, который я буду помнить всю жизнь.

— Я не про это. Хотя это тоже гадко со стороны Александра. Все обстоит куда серьезней, чем тебе кажется. И дело не только и не столько в зависти Александра. Дело в том, что он хочет тебя убить, — выпалила она и испуганно на меня посмотрела.

Признание было неожиданным. Но сколько в нем правды, а сколько актерской игры? Если меня сейчас завлекают в ловушку, то со мной уйдет слишком много близких мне людей, чтобы я мог расслабиться и пойти на поводу у Светланы.

— Меня не так просто убить, — напомнил я. — И не все, кто хотят кого-то убить, действительно пытаются это делать.

— Нет, тут все по-серьезному. Ему передали знания в обмен на твою смерть, — бросила она. — И заклинание, которое должно тебя убить, тоже передали.

— Ты его знаешь?

— Кто бы мне сказал? Александр заявил, что поскольку я все равно из семьи ухожу, то ничего секретного мне больше передавать не будут. Хватит того, чему ты меня уже научил. Возможно, это правильно. Но речь сейчас совсем о другом. О том, что Александр реально знает что-то, что может тебя убить. Его останавливает только отец. Тебе нужно уехать.

— Я не могу. Слишком много людей от меня зависят.

— Если ты умрешь, им легче не станет.

Сказать лишнего я опасался, поэтому формулировал фразы как можно нейтральнее, чтобы меня было невозможно обвинить в том, что я строю планы по уничтожению императора и его сына.

— Если я умру, то часть из них умрет тоже, чтобы похоронить ту тайну, о которой беспокоится твой брат. А так… Возможны варианты.

Она нахмурилась.

— Ярослав, он мой брат. Я не хочу, чтобы он пострадал. Но я и не хочу, чтобы пострадал ты. Это будет неправильно. Со всех сторон неправильно…

— Я могу только пообещать, что не