Разработчик техномагии. Том 1 - Евгений Николаев

— Хорошо. Я начну работать над ними сразу же после того, как закончу с текущими заказами. — Мне показалось, что он это сказал даже немного виновато. Хотя я не видел в этом проблемы, это был правильный подход к работе. Я бы заволновался, если бы он поступил иначе. А то придёт послезавтра другой заказчик с хорошей работой, и я останусь не у дел? Нет уж, лучше так, я немного подожду, другой работы всё равно достаточно.

Мы обсудили детали заказа и возможные варианты изменений деталей в дизайне. Мне не хотелось что-либо менять, но ограничивать кузнеца в творчестве я не хотел. Я чувствовал себя уверенно в нашем сотрудничестве: Гром был не только мастером своего дела, но и человеком слова.

Ещё раз пожав его огромную руку, я выключил лампочку, изъял из светильника и убрал её во внутренний бездонный карман пальто. Сам светильник же закинул на плечо — только так я мог быть уверен, что донесу его, потому что он был намного тяжелее, чем я ожидал. Но качество требовало жертв, а в данном случае, видимо, жертва я. Весело насвистывая, так и пошёл по тёмным, не освещённым улицам в свой временный дом на графском участке.

— Ну, ничего, однажды тут будет свет! —

В тёмную пустоту бросил я.

Глава 20

(Предварительные наброски светильника)

На плече светильник ощущался как мешок с камнями. Каждый его декоративный элемент впивался в кожу, и каждый шаг отдавался тупой болью в мышцах, но я упрямо двигался вперёд, насвистывая какую-то глупую мелодию и даже не помнил, о чём была эта песня. Из-за испортившейся погоды стемнело раньше, чем обычно, и я шёл по тёмной брусчатке, едва освещаемой луной, свет от которой робко пробивался сквозь плотную облачность. Фонарей тут не было совсем.

— Ну ничего, однажды тут будет свет! — крикнул я в пустоту, ответившую мне тишиной.

В этих местах даже воздух казался тяжёлым и вязким, а тишина — пугающей. Я старался не думать о том, что кто-то может следить за мной из-за угла или из-за разбитого окна одного из заброшенных домов, и говорил, да напевал, чтобы разрядить для себя обстановку. Так становилось не так тихо.

Правда, стоило мне завернуть за очередной поворот, как мои худшие опасения подтвердились. Из тени вынырнула фигура. Сначала одна, потом вторая и третья. Они двигались быстро и бесшумно, словно хищники, вышедшие на охоту. Лиц не было видно, так как головы были обмотаны тёмными тканями с одними лишь прорезями для глаз. Сердце замерло на мгновение, а потом заколотилось так громко, что, казалось, его могли услышать даже они. Тени были подозрительно похожи на напавших на днях неудавшихся убийц. Неужели узнали, что мы остались живы? Только если граф прав и приходили за ним, то я им не нужен?

— Эй! Чего надо? — крикнул я, особо не церемонясь и стараясь придать голосу уверенности.

Ответом было лишь злобное шипение и быстрый выпад одного из них. Я едва успел отшатнуться назад — нож блеснул в тусклом свете луны и прошёл в сантиметре от моего живота. Инстинкты взяли верх, и я резко развернулся, со всей силы обрушив светильник на нападавшего, перевернув его со своего плеча. Металл встретился с плотью с глухим стуком, и нападавший вскрикнул, хватаясь за плечо.

— Ты что творишь⁈ — выкрикнул второй, явно не ожидавший такого отпора.

Шикарный вопрос от людей, напавших втроём на меня одного ночью! Как в анекдоте прямо, где один предлагает: «Давай его побьём!», а второй спрашивает: «А если он нас?» На что первый с возмущением восклицает: «А нас за что⁈»

— Забирайте свой нож и проваливайте! — бросил я в ответ, стараясь держать голос твёрдым.

Но они не собирались уходить. Второй нападавший бросился на меня с кулаками, явно целясь по рукам, в попытке выбить светильник из моих рук. Он быстро сократил дистанцию, не давая мне возможности размахнуться довольно длинным светильником. Только с точностью у него было плохо, и в очередной раз я едва успел уклониться от удара — его кулак прошёл мимо моего лица всего на пару сантиметров. Такое спасение я посчитал не своей заслугой, а удачей, потому что боевой опыт у меня был скудный, и последние годы жизни всё-таки удавалось избегать физических выяснений отношений. Я сделал шаг назад, чтобы разорвать дистанцию, и снова взмахнул светильником. На этот раз удар пришёлся по рёбрам, разбойник охнул и согнулся пополам.

Третий стоял позади них и наблюдал за происходящим с настороженностью. Его глаза блестели в темноте — хищные и холодные.

— Не стой! Давай! — выкрикнул я ему, подначивая атаковать. Я не желал растягивать всё это действо и знал, что с ним мне всё равно так же придётся сражаться.

В ответ убийца наконец двинулся вперёд. Он был крупнее остальных и явно опытнее, что читалось в быстрых и мягких перемещениях. Я надеялся ударить его светильником, когда он будет приближаться, но не успел и почувствовал захват своего запястья, похожий на сжатие в тисках. Я почувствовал резкую боль, но не отпустил свою импровизированную дубинку, покрепче вцепившись второй рукой.

— Отпусти! — выкрикнул я ему и со всей силы ударил коленом в живот.

Он издал какой-то несуразный звук, ослабил хватку, и этого было достаточно, чтобы я вырвался. Но тут первый снова бросился на меня — его нож блеснул в тусклом свете луны. Я успел поднять светильник перед собой как щит, и лезвие скользнуло по металлу с визгом.

— Ты пожалеешь об этом! — прорычал он сквозь зубы.

— Это мы ещё посмотрим! — огрызнувшись в ответ, я сделал шаг вперёд и со всей силы ударил его светильником, к своему большому удивлению попав с первого раза, да ещё и по голове. Удар был настолько сильным, что он рухнул на землю без звука.

Оставшиеся двое замерли. Второй нападавший держался за рёбра и тяжело дышал, третий же смотрел на меня с яростью, но не двигался.

— Ну что? Кто из вас будет следующим? — спросил я с напускной бравадой, стараясь скрыть страх и тот факт, что это получилось случайно. Пусть думают, что я опасен. К тому же хотелось потянуть немного времени, чтобы отдохнуть, светильник был очень тяжёлым.

Третий посмотрел на своих товарищей,