Враг тайный - Гулевич Александр Михайлович Карась 72

Алексей хотел было продолжить говорить, но неожиданно услышал за своей спиной призывный возглас напарника. Резко развернувшись, он увидел, как Иван, активно размахивая руками, стал его звать. Переведя свой взгляд с напарника на баронессу, Алексей в задумчивости хмыкнул и тихо произнес:

– Похоже, время пришло, если я правильно понимаю, профессор вытряс имя куда быстрее, чем мне думалось.

– Пойдем же, наконец, и узнаем его! – воскликнула баронесса и, не сдерживая себя и свое нетерпение, скорым шагом направилась в сторону Ивана. Глубоко вздохнув, Алексей неспешным шагом направился за ней следом, он в глубине души давно уже опасался этого момента, и он наконец наступил…

– Давайте быстрее, профессор еле на ногах стоит, того и гляди обморок с ним приключится, он бледен, да что там, на нем лица нет, измотался весь, но сделал все как надо. Шевелите копытами скорее, если вырубится, проваляется в отключке немало времени, – поторопил их Иван и тут же скрылся в ангаре. Пришлось Алексею ускорить шаг, он вошел вместе с баронессой в ангар и подошел к лавке, на которой сидел, опустив голову, профессор. Внимательно к нему приглядевшись, Алексей непроизвольно вздрогнул: лицо профессора осунулось, покрылось многочисленными глубокими морщинами и было болезненного землистого цвета. Услышав, что к нему подошли люди, профессор, открыв глаза и затуманенным взором оглядев их, тяжко вздохнул и, с трудом говоря охрипшим голосом, совсем тихо рассказал:

– Господа, я устал как никогда в жизни, держусь лишь усилием воли, и только. Чтобы не терять времени, давайте сразу перейдем к делу. Как только я вам сообщу результат своей работы, то продержусь недолго. Так как вы не знаете, что делать, доставьте меня в мои апартаменты, моя домработница и ученица знают. В общем, так. Человеком, которого пытались запрограммировать на сотрудничество в пользу гальзианской разведки, является заместителем генерал-квартирмейстера Генерального штаба Казимира Вельского, штаб-полковник Марк Вольдберг, и это, доложу я вам, очень серьезно. С этим вы уж сами разбирайтесь, поставленные вредоносные установки в его психику я устранил, придет в себя он через пару часов, а вот девицы реально являются кадровыми агентами гальзианской политической разведки, причем весьма высокого уровня. С ними было очень тяжело, там была поставлена многоуровневая защита, причем со скрытыми ловушками. Некоторые из них были предназначены этих девиц убить. Теперь же, после того как я с ними поработал, вы сможете их допросить, и они все без утайки и в мельчайших подробностях вам расскажут.

– Так кому же они, эти самые девицы, подчинялись или чьи приказы исполняли? – не выдержав первым, задал вопрос Иван, нервно потирая руки.

Профессор прикрыл глаза и, пожевав пересохшими губами, слегка качнулся и ответил на поставленный вопрос:

– Мария Мирелли и Сабина Троция работали на… Вы не поверите, но тем не менее это правда, они работали на герцога Антона Карнье.

Медленно поднявшись, профессор хотел было пройти в санузел, но ноги его подвернулись, и он стал падать, Алексей едва успел его подхватить. Осторожно опустив на лавку и оглядев его, он сквозь зубы ругнулся, профессор пребывал в бессознательном состоянии. Разочарованно покачав головой, он развернулся в сторону баронессы, лицо которой можно было смело описать, как молнией пораженным, и, помолчав несколько мгновений, задал ей вопрос:

– Фаина, будьте так добры, развейте наше незнание на тему, кто это такой герцог Антон Карнье, мы, знаете ли, не в курсе с Вином, что это за аристократ?

Баронесса сморгнула, разгоняя какое-то наваждение или морок, и взглянув на Алексея, несколько раз кашлянула, глубоко вздохнув, заговорила:

– Честно говоря, если бы я не знала профессора, то не поверила бы ему ни при каких обстоятельствах, ведь герцог Карнье в империи хорошо известный, имеющий к тому же репутацию человека богатого, хоть и эксцентричного и своенравного, но тем не менее законопослушного и всецело преданного короне. Известен как серьезный знаток оружия, признанный эксперт в области военной истории и социальных исследований, а также как видный художник и литератор, возглавляющий один из самых модных закрытых аристократических клубов империи. Насколько я знаю, два года назад лично император выделил ему апартаменты в императорском дворце, так как он регулярно ставит театральные постановки в императорском театре, в этих апартаментах он и проживает…

– Час от часу не легче, – с кислым выражением лица протянул Иван и, взглянув на Алексея, задал ему вопрос:

– И что мы теперь делать будем, ведь во дворец так просто не попасть, охраняющих там гвардейцев тьма-тьмущая, это тебе не бордель?

– Для начала давай отвезем профессора обратно в его апартаменты, а потом ты вместе с Фаиной и Ольгой доставишь наших пленниц в клинику Эльмиора, после чего незамедлительно отправляйтесь на нашу базу за городом и оставайтесь там недели две. Сам понимаешь, после сегодняшнего оставаться в столице никак нельзя, слишком это опасно. Этот самый герцог не будет сидеть сложа руки, – ответил Алексей и хотел было уже пройти к фургону и подогнать его к лавке, но напарник отвлек его, вновь задав ему вопрос:

– А ты-то сам что делать будешь?

– Лейтенантом инженерной службы Киргоном займусь, он остался единственным, остальных мы всех взяли, – нехотя буркнул Алексей и решительно направился к фургону, распространяться насчет своих дальнейших действий он не собирался. Забравшись за руль, он подогнал машину к лавке и, открыв дверцы, закинул в фургон чистый матрас, при помощи напарника уложил потерявшего сознание профессора на него, вновь сел за руль и, дождавшись, когда Иван разместится на пассажирском кресле, тронулся с места.

Глава 15

Алексей сидел за столом и, попивая малыми глотками свежезаваренный чай, с холодным равнодушием наблюдал, как в клетке медленно приходит в себя штаб-полковник Марк Вольдберг, ворочавшийся на обычной кушетке уже довольно продолжительное время. Допив чай, Алексей кашлянул в кулак, давая понять полковнику, что дальше делать вид все еще пребывающего в беспамятстве человека ему незачем.

– Вставайте, полковник, хватит строить из себя умирающего лебедя, я ведь прекрасно вижу, что вы уже минут пять как пришли в себя, но упорно продолжаете делать вид, что это не так. Смею вас уверить, получается у вас так себе, опыта нет, хотя кое-какие способности все же у вас имеются, – с холодной усмешкой произнес Алексей и сделал несколько шагов в сторону клетки, сложив руки на груди, стал ожидать реакции полковника, и она не заставила себя ждать. Штаб-полковник медленно поднялся на ноги и, пристально взглянув на Алексея, помолчал несколько мгновений, с прищуром глаз, нейтральным тоном задал ему вопрос:

– С кем имею честь?

– Лейтенант Тутовин, Управление контрразведывательных операций тайной полиции, – в тон представился Алексей и увидел плохо скрываемое удивление Вольдберга. Пусть и не сразу, но тем не менее заместитель генерал-квартирмейстера Генерального штаба достаточно быстро взял себя в руки и с каменным выражением лица ледяным тоном задал вопрос:

– Я арестован и нахожусь в одном из казематов тайной полиции, и если это так, то на каком основании?

– Не арестованы, а задержаны до выяснения всех обстоятельств, что называется, ощутите разницу… – со скрытой угрозой ответил Алексей и хищным взглядом окинул Вольдберга, отчего по его лицу пробежала мрачная тень. Передернув плечами, он задумчиво оглядел стальную клетку и вновь задал вопрос:

– В чем меня обвиняют?

– Я не буду ходить вокруг да около и скажу прямо, вас задержали во время проведения сеанса гипнотического воздействия на вашу психику с целью сделать из вас убежденного агента гальзнанской политической разведки. К вашему сведению, Мария Мирелли и ее помощница Сабина Троция из возглавляемого ими элитного борделя организовали место вербовки. Я не касаюсь моральных аспектов того, как вы вообще могли оказаться в борделе, в конце концов, я не моралист, я лишь хочу знать, каким ветром вас занесло в салон мадам Мирелли и почему вы оказались в ее кабинете, где подверглись воздействию, которое мы прервали. Уж постарайтесь изложить вашу версию таким образом, чтобы я вам смог поверить, это в ваших собственных интересах. Я не угрожаю вам, но в случае необходимости имею полномочия вас без суда и следствия поставить к стенке и пустить пулю в затылок, – прямо смотря в глаза, произнес Алексей и подтянул ногой обшарпанный табурет, присев на него, стал ожидать, когда полковник придет в себя, услышанное его привело в состояние шока.