Спасти СССР. Часть 4 (СИ) - Афанасьев Александр Werewolf

Если так, то в окружении оказывается уже Китай. И Северная Корея и Вьетнам — они социалистические и просоветские. Попытка решить вопрос с Вьетнамом силой несколько лет назад провалилась — меньшая, но подготовленная, закаленная десятилетием войны с американцами, армия Вьетнама легко разгромила китайскую группировку вторжения, а из Москвы последовало предостережение. Да и сам Дэн — вовсе не собирался повторять опыт американцев, только что убравшихся оттуда с позором.

Хонеккер — он прекрасно понимает всю волюнтаристскую сущность советских властей. СССР — в каких-то моментах отличался редкой бесцеремонностью, свойственной скорее империям. Он прекрасно понимает, что СССР не договаривается — он диктует. И при этом — считает себя последним авторитетом в деле толкования марксизма, и это при том что марксизм немецкое учение, и сам Маркс крайне скептически относился к русским марксистам. Но это их — русских марксистов — не смущало. Какая наглость!

Тем не менее — вопрос требует решения.

Вариант первый — активизировать контакты с ГДР и со всей Восточной Европой — тем самым вынудив СССР парировать. Отношения у Китая и СССР были как у кошки с собакой, и СССР крайне ревностно относился к попытками Китая лезть в свою зону влияния. Может, это раздражало больше чем попытки США.

Понятно — СССР не нужно, чтобы кто-то представлял свой вариант социализма. Они уклоняются от дискуссий.

Вариант второй — попытаться сблизиться с самим СССР, хотя бы для того чтобы выяснить, что там происходит.

И кто такой Горбачев.

Так и не приняв никакого решения, Дэн повернул обратно к дому.

07 сентября 1985 года.

Ленинград

 С утра, точнее даже еще ночью — опять в Ленинград, только был там — но сейчас дело другое. Принимали самолет с лидерами моджахедов — афганской вооруженной оппозиции. Два дня они будут в Ленинграде, посмотрят город, с ними проведут несколько экскурсий. Потом — теплоходом они отправятся в Хельсинки на открытие саммита по мирному урегулированию в Афганистане. На этом процесс возлагаются большие надежды, на открытии выступит заместитель генерального секретаря ООН. Громыко и Добрынин сейчас ведут работу в том направлении, что если мирный процесс закончится договоренностью, и мир будет установлен — то противоборствующие стороны будут приглашены в Нью-Йорк и выступят на очередной Генеральной ассамблее ООН, причем произносить речь будут и лидеры моджахедов. Ничего кстати такого в этом нет — среди них есть представители бывшей аристократии, знающие по несколько языков.

Почему Ленинград? Замысел в том, что для моджахедов сам вид Ленинграда — города построенного на воде — будет шоком, потому что они дети пустынь. Плюс Ленинград — сам по себе красивый город, есть что показать. Кстати, знаете, что мне составило самого большого труда? Добиться экскурсии на Кировский завод. КГБ встало на дыбы — там же танки производят, оборонное предприятие. В конце концов, договорились, что экскурсию проведут по металлургическому комплексу, и по конвейеру сборки тракторов.

Со мной был Андрей Андреевич, он явно нервничал. Потом спросил напрямик.

— Михаил Сергеевич. Ты думаешь — получится?

Я кивнул

— Уверен.

— Американцы не допустят.

— У американцев больше нет финансирования. Конгрессмен Уилсон погиб, денег больше не будет.

— Да при чем тут Вильсон? — разошелся Громыко — Вильсон всего лишь человек. Американцы никогда не допустят. Это наш главный противник, у нас с ними непримиримая идеологическая вражда

Я подумал... и промыли же вам всем мозги.

Хотя... если у вас есть молоток, то любая проблема кажется гвоздем.

США — мы никак не можем понять, что это принципиально страна вне идеологии, по крайней мере, сейчас — точно. Потом идеология появится — воукизм, ЛГБТизм, антисексизм и все прочее — но сейчас этого нет.

Почему тогда у нас вражда? Причин несколько, инерция — в том числе. Но пример Китая показывает, что США, в общем-то, могут активно взаимодействовать и с коммунистической страной и ничего.

Главных причин, на мой взгляд, две. Первая — наши попытки расширять социалистическое пространство, экспортировать революцию. Это создает противостояние само по себе. Но вторая, и на мой взгляд главная — это массовое присутствие в американской системе власти эмигрантов и тех, кто ориентируется на них. Главный — конечно Бжезинский. США вообще имеет давнюю историю связей с Польшей, никто не забывал и не забудет роль генерала Костюшко в том, что США вообще состоялись как страна. Никто не знает, сколько в США мигрантов из Польши — но несколько миллионов точно есть. Они политически активны, на них ориентируются.

А поляки никогда не перестанут враждовать с нами.

— Андрей Андреевич — сказал я — поживем, увидим. Вы мне лучше скажите, как дела обстоят с работой по Конгрессу? Договорились о визитах?

— Договорились — проворчал Громыко — в следующем месяце делегация к нам. Этот О'Нил тот еще тип.

Я засмеялся. Дело в том что спикера О'Нила и зовут — Тип.

Зачем это? Я уже говорил: одна из наших проблем в том, что мы не работаем с американским Конгрессом. У нас все контакты идут по линии Кремль — Белый дом, а американская система власти работает совсем по-другому. Потому — надо налаживать контакты с Конгрессом, с конкретными конгрессменами. И кто это сможет сделать лучше, чем многолетний министр иностранных дел Громыко, ставший председателем Президиума Верховного совета? Он уже создал в структуре аппарата Верховного совета международный отдел, взял туда людей из МИД и начал работать. После приема в Москве — пригласим конгрессменов на места, ознакомиться с реальной жизнью наших «штатов». Потом и до побратимства дойдем.

Впрочем, тут работать и работать, дело не на годы — на десятилетия. Но если мы хотим стабилизировать биполярную систему на долгое время (возможно, со временем она станет трех или даже четырехполярной — с ЕС и Китаем) — то эту работу делать надо и плохо, что она не делалась раньше. Как говорится — когда лучше всего сажать яблоню? Двадцать лет назад...

Так получилось, что лидеры моджахедов боялись лететь, потому летели они кружным путем — через Карачи, Бомбей и Париж. Париж потому что Миттеран решил ухватиться за возможность нагадить США и согласился, чтобы Франция стала коспонсором мирного процесса в Афганистане. Из-за этого— в Париже уже был митинг протеста мусульманских мигрантов. Надеюсь, хоть это заставит французов присмотреться, кого они впускают в страну.

И вот — садится в Пулково аэробус Эр Франс, первым выходят не моджахеды, а Эдуар Баладюр, министр экономики, финансов, промышленного и цифрового суверенитета Франции. Он назначен Миттераном представлять Францию на переговорах, и не просто так — он из семьи армянских беженцев, родился в Османской Империи. Помимо прочего, он должен посетить ЛОМО, ряд других советских предприятий и рассмотреть вопрос присоединения Франции к альянсу ЛОМО — Нокиа по разработке мобильных телефонов и персональных компьютеров. Для чего с ним в делегации еще представители Филлипса, Томпсона и других предприятий.

Баладюр христианин, отношение его к радикальному исламу соответствующее, но это он скрывает. Назначая именно его, Миттеран сделал ход в нашу сторону, потому что в Европе большинство относится с сочувствием к отчаянной борьбе афганского народа. Но вряд ли армянин, народ которого пострадал от геноцида — будет относиться к этому так же.

Дальше сходят лидеры моджахедов. Среди них — Масуд, он даже тут держится особняком...

— Добро пожаловать в Ленинград, месье Баладюр

...

— Эту фразу я учил больше часа.

Баладюр улыбается

— У вас отличное произношение, месье Горбачев — переходит он на английский — о и месье Громыко здесь...

— Перепоручаю вас заботам месье Громыко