Эволюционер из трущоб. Том 7 - Антон Панарин

— А? — мутным взглядом он посмотрел на меня и кивнул. — Нормально. Жить буду.

Говорил он тяжело, сбивчиво. Но, вроде, слух к нему уже вернулся. Это замечательно. Если бы мой кровный брат оглох насовсем, то пришлось бы искать доминанту, способную это исправить. Хлопнув Артёма по плечу, я пробежался по тоннелю, отправляя в хранилище тварей, убитых ребятами.

За парой грызунов, убитых Макаром, пришлось бежать метров тридцать. Точным попаданием в глазницу он не только убил существ, но и разнёс им черепные коробки. Когда я вернулся обратно, ребята уже разогревали консервы с помощью сухого спирта.

Привалившись к стенам, мы перекусили и двинулись дальше. Тоннель петлял, словно змея. Разветвлялся, становился шире, потом сужался, шел под резким уклоном вверх и обрушивался вниз практически под прямым углом. Одним словом, идти было чертовски весело. Весело настолько, что в паре моментов мы едва не переломали ноги. Да и шлялись мы по чёртовым тоннелям уже часа три, не меньше.

В итоге мы остановились у пропасти.

— Эу! — гаркнул я, запуская звуковую волну.

Эхолокация отрисовала карту местности, и оказалось, что падать вниз метров шестьдесят. Да уж… У нас, конечно, есть с собой верёвка, но её длины точно не хватит. Противоположный берег был в пятнадцати метрах от нас. Почесав бровь, я развернулся к ребятам.

— Топаем назад. Поищем другой путь.

Спустя двадцать минут мы вошли в новое ответвление тоннеля. Здесь, на удивление, было сухо. Сухие стены, потолок, воздух. Мы даже стали покашливать от того, что в горле пересохло. Это настораживало. Помнится, такой же воздух был в пламенном лесу. Не может же Эттин скрываться в этих тоннелях? Для него они, мягко говоря, маловаты. Впрочем, есть куча другой пакости, способной выделять жар.

Продвигаясь по туннелю, я заметил, что под ногами всё чаще стали шелестеть мелкие чёрные камешки. Цветом они были похожи на шипы, которые мы видели, попав в разлом. Я даже задумался, не набрать ли пригоршню чёрной крошки, вдруг окажется полезной? Но этого я так и не сделал.

— Впереди что-то хрустит, — шепотом настороженно произнёс Артём и выставил перед собой глефу.

Я прислушался, но ничего подобного не услышал. Зато я почувствовал, что неподалёку имеется мощный источник энергии. Готов спорить, что мы приближаемся к кристаллу.

— Не нравится мне всё это, — буркнул Серый, принюхиваясь.

— А чего так? Унюхал опасность? — усмехнулся Леший.

— Гнилью воняет, — ответил Сергей, скорчившись от омерзения.

Спустя двадцать минут мы все почувствовали и аромат гнили, и хруст услышали. Запах и звук стали настолько отчётливыми, что я был вынужден остановить группу. Я решил провести разведку. Призвал Мимо, придал ему форму светлячка и запустил вдаль по тёмному тоннелю.

Пролетев сотню метров, он свернул направо, через пятьдесят метров — налево, и ещё сотню метров пролетел прямо. Выскользнув из узкого отнорка, мимик попал в просторный зал, наполненный шелестящими, хрустящими, пищащими звуками. В следующее мгновение из темноты выскользнула ощеренная крысиная пасть и рубанула костяным кинжалом по светлячку, развалив его надвое.

Я скорчился от остаточной боли, переданной мне после смерти Мимо, и понял одно. Впереди много крыс. Очень много, и они настороже. Интересно, почему они не атакуют? Ведь им точно известно, что два десятка грызунов отправились к пищащим праотцам. Ждут, пока мы выйдем на открытую местность, а потом атакуют со всех сторон разом?

Что ж. Разумно. В узком тоннеле дробовики с лёгкостью уничтожают крысок, а вот на открытой местности от них будет не так уж и много пользы. Да и я уже не смогу бездумно применять магию. Впрочем, маны-то у меня осталось с Галькин нос. Кстати, о Гальке. Призвал её и пополнил запас маны, восстановив его на треть.

Теперь резервуар маны был заполнен чуть больше, чем наполовину. С этим уже можно работать. А с другой стороны, зачем работать самому, когда есть чертовски квалифицированный подрывник? Я призвал Огнёва, и в тоннеле тут же стало светло и тепло.

— Товарищ командир, — расплылся в самодовольной улыбке старшина и спросил. — Чё там?

— Ты крыс любишь?

Мой вопрос вызвал на лице Огнёва смешанные чувства.

— Если домашних, то так-сяк. А диких — на дух не перевариваю. Помню, как нас заставили в комендатуре пол ломами вскрывать. Там крысятины размером с кошку поселились. Вот то жуть была. Одна такая крыса из норы выскочила и моему другу в руку вцепилась. Но Махмуд не пальцем делан, он как шваркнул её о стену, да так, что кости захрустели. Правда, потом сорок уколов в пузо получил, чтобы бешенством не заразился, или что-то в этом роде.

— Чертовски интересная история. А самое главное, что нам нужны твои специфические навыки разрушения. Как раз сможешь отомстить грызунам, которые навредили твоему товарищу, — предложил я.

— Опять кругляши эти жрать? Михаил Константинович, ё-моё, у меня от них изжога. Мож, ну его нафиг? — пожаловался старшина.

— Отставить нытьё! По прибытию в Ленск добуду тебе лучшее пойло и курево.

— И стейк говяжий. Средней прожарки с лучком и картошкой, — мечтательно попросил Огнёв.

— Принято, — кивнул я.

— Впервые вижу, чтобы дух продавал свои услуги за жратву, — шепотом сказал Прохоров ребятам, но Огнёв услышал.

— Ты чё, сучара⁈ Ты кого душарой назвал⁈ Да я тебе щас харю начи… — начал было распаляться сержант, пришлось его остановить.

— Да не в том смысле, что ты дух армейский, а в магическом смысле. Как дух воды, огня, земли и прочие. Понял? — спросил я, придерживая Огнёва рукой.

Кстати, его пламя меня совершенно не обжигало. Странно. Возможно, это потому, что за последнее время я успел подружиться с Огнёвым, и произошло нечто вроде синхронизации душ. Ага, блин. Рано радовался. Вон, рукав куртки уже начал дымиться. Я тут же отдёрнул руку и увидел понимание в глазах старшины.

— А, ну если в этом смысле, то, как бы, да. Вопросов не имею, — согласился он. — Так кого нужно поджарить?

— Полетишь вон по тому коридору, как вылетишь на открытую местность, сразу увидишь кучу крыс. Можно врубать огнемёт на полную, — пояснил я.

— Ага. Понял. А кто мне жемчужины в рот закинет?

Вот же, зараза. Об этом я не подумал. Если Огнёву закинуть Слёзы Мироздания сразу в рот, то они очень быстро растворятся, выделив колоссальное количество энергии. Если же он создаст себе руки, то в них оболочка жемчужины просто сгорит и вызовет детонацию. А мне бы не хотелось, чтобы своды пещеры рухнули.

Придётся идти вместе с ним, ведь я так удачно угробил Мимо, и теперь долгое время не смогу его призвать. Правда, огонь старшины может зацепить