(не) Желанный муж для госпожи (СИ) - Тимофеева Анюта

Соскользнула на пол, Рем только успел поймать меня в объятия, поднимаясь.

- Снимай ещё что-то! - улыбнулась я. - С меня, не с себя! - засмеялась уже в голос, когда он потянулся к штанам. - Нет, если ты хочешь так...

Он, тоже улыбаясь, уже осторожно распутывал завязки халатика. Но дальше так легко не будет!

Я дождалась, пока Рем покроется трогательным румянцем, честно пытаясь вначале отвести взгляд от моего кружевного белья, а потом, не зная, вдруг я обижусь от этого игнорирования, стал разглядывать, краснея ещё больше.

- Полюбовался - и хватит! - строго заметила, с удовольствием видя, что свободный покрой штанов не скрывает красноречивую выпуклость, показывающую, насколько ему нравится происходящее.

Рем испугался, сразу было понятно. То ли решил, что нельзя было показывать возбуждение, то ли подумал, что чем-то разочаровал. Или решил, что игры закончились, сейчас и начнется самое страшное. Я не стала его разубеждать - так интереснее!

Подошла к ящику с игрушками, достала широкую алую ленту, знаком поманила к себе мужчину. Он подошёл, стараясь понять, что в моих руках, и как я это буду использовать. Завязала ему глаза, потом взяла за руку и подвела к кровати:

- Ложись!

Он повиновался без вопросов и возражений, хотя так и излучал опасение: что же я буду делать?

Буду связывать! Велев поднять руки и вытянуть наверх, я связала их в запястьях и привязала к спинке кровати, сделав ещё и пышный бант. Красиво смотрится: большая кровать, полуобнажённый мужчина на светлом покрывале, его руки связаны над головой яркой лентой.

Конечно, ему достаточно чуть сильнее дернуться, и ленточки развяжутся или порвутся. Но я точно не собиралась приковывать Рема наручниками - нас ожидают не издевательства, а совсем другое. Хотя, возможно, ему это покажется издевательством!

С этой мыслью наклонилась над его торсом, и легонько прикусила один сосок, вызвав придушенный стон. Потом проделала то же самое со вторым соском, при этом на минуту прислонившись к его телу грудью. Он пока ещё держался! Молодец, надо же, выдержка какая! С учётом, что нормальный секс был, думаю, давно, просто герой!

И тут я поняла, что зря не велела ему полностью раздеться, потому что со связанными руками он этого не сможет сделать. А у меня задуман последний этап издевательств. Придется все делать самой!

Медленно потянула вниз его штаны, а потом просто пробежалась пальцами по обнажённому члену. Этого оказалось достаточно, чтобы он гордо встал, а мужчина что-то простонал, кусая губы. Ещё немного потерпи, я тоже уже на грани!

Последнюю ленточку я повязала на член, соорудив пышный бант. Полюбовалась на дело своих рук: обнаженный мужчина, декоративно привязанный к кровати яркими лентам, с повязкой на глазах, и гордо стоящим бантом! А сам Рем, кажется, уже искусал губы до крови, но стоны не остановить, и он старается не метаться по кровати, при этом так сжимая руки на резьбе спинки, что сейчас раскрошит дерево.

Дотронулась до повязки на глазах, развязывая и снимая ее, и прильнула в поцелуе к губам, заглушая его бессвязные: "Пожалуйста, пожалуйста, госпожа!"

- Что "пожалуйста"? - прошептала ему в губы, и, не слушая "Пожалуйста, разрешите... можно мне...", передвинулась вниз, и дунула туда, где был завязан игривый бантик.

По телу Рема прошла судорога, он почти забился в конвульсиях.

- Давай, развязывайся сам! - сказала, понимая, что могу не успеть. Рем развязал ленты мгновенно, как фокусник. - А теперь можно все! - разрешила, стараясь побыстрее развязать тот самый бантик, и уже сама изнемогая от тяжести и томления внизу живота.

Не помню, кто был сверху, кто был снизу, и вообще не помню подробностей, но такого оргазма я тоже давно не помнила! Чуть отдышавшись, взглянула на Рема - и поняла, что он с удовольствием повторит все в скором времени, если я буду не против. А я, кажется, не против...

Глава 17

Глава 17

Ремир

Все мои прошлые представления об играх и забавах женщин, и не просто женщин, а хозяек, которым ты полностью принадлежишь, сломались. Что это было? Я очень надеялся, что удастся согнать с лица идиотскую счастливую улыбку и в глазах перестанут мелькать какие-то шалые искры. Впрочем, радость можно списать на встречу со своими друзьями – наконец-то! На самом деле, я даже с ними не успел как следует пообщаться, спросить, как жили без меня, узнать, как их устроят здесь. Я очень надеюсь, что в этом гареме мне не придется их защищать. Старший по гарему сразу показался мне очень вменяемым мужиком, а остальные парни тоже не горели желанием строить друг другу пакости или откровенно издеваться. Мне почему-то кажется, что все это зависит от отношения хозяев. Вернее, от моей хозяйки.

Но я забыл и про ребят, и обо всем остальном, когда госпожа Иллария пригласила в свою спальню. А когда уходил, с особенной ясностью понял, почему этот блондин так смотрит на нее. Если с ним что-то подобное делали… думаю, он с радостью умрет ради этой девушки. Или убьет ради нее. Или захочет убить соперника, как я теперь хочу. Но стараюсь держать себя в руках. Хотя бы здесь мне пригодится выдержка, чтобы не показать свою ревность.

Да, девушка, а не госпожа, ведь сам с собою я могу называть ее, как хочу. Теперь она для меня в первую очередь очень красивая девушка, добрая, но очень изобретательная. Или «госпожа Илла» - она разрешила так называть себя наедине! Мне очень понравилось это нежное имя, подходит ей гораздо больше длинного «Иллария».

Алина

Ох, какой же он! Искренний, смущающийся от женского внимания, чувственно реагирующий на любое женское касание! Я ожидала и боялась, если честно, снова увидеть замороженного мужчину, покоряющегося от безысходности или из благодарности. А он совсем не такой.

Внешняя красота не обманчива, под ней скрывается сильный, скромный – как вспомню этого стесняшку, так начинаю непроизвольно улыбаться! – и очень чуткий мужчина. Это как же надо было вколачивать в него страх и ненависть к окружающим, которые он прятал под маской безразличия. Старались его прежние хозяйки, очень старались, но все же до конца не сломали. Может, его бабушке спасибо нужно сказать – сильная женщина воспитала сильного мужчину.

Да, он так реагировал на мои «игры», что почти все игрушки остались неиспользованными – нам и ленточек хватило, и постепенного раздевания перед этим. Так что и пуховки, и зажимчики – да, я прикупила вещицы, которые увидела в Доме удовольствий! – так и остались лежать на месте. Ничего, будем знакомиться постепенно, буду постепенно изучать его тело и все чувствительные точки.

А ведь дома, на Земле, я со своей почти-идеальной внешностью вовсе не была роковой женщиной. Фотомоделью меня нельзя было назвать, но в сорок четвертый размер спокойно влезала, а иногда – и в сорок второй, да и на лицо вполне ничего, сама себе нравилась. Но стеснялась чего-то, и мне даже в голову не приходило такими вещами заниматься.

А вот сейчас пришло понимание, что "живешь только дважды", и надо решить, чего ты хочешь. Так что новый размер меня очень огорчил, но потом мужское внимание подняло самооценку на недосягаемую раньше высоту. А размер… что размер! Я молодая и здоровая, к счастью, полнота была еще и нервной, от того, что новые проблемы Илле обычно заедала. Может, она действительно не была подготовлена к такой роли? А, может быть, потом все-таки бы справилась… Но этого уже никто не узнает. А я стараюсь менять свою внешность, и отношение окружающих так, как мне нравится.

Мужчины у них потрясающие, на самом деле. Либо это я так хорошо их выбираю, что тоже хорошо! Но ласковый искренний Марки – неужели действительно бывают такие идеальные мужчины? Может, здесь и бывают! А Ремир – притворялся таким колючим ежиком, а оказался почти таким же ласковым котиком! Ежик, чистый ежик поначалу, когда он чего-то пугается, и сворачивается в колючий шар, чуть подпрыгивая для устрашения врагов и шипя. А сейчас я его уже никому не отдам, он мой!