Высадка. Стужа (СИ) - Таро Винд

Других попыток оставить Город и отправиться на поиски приключений при мне не было.

За те три месяца, что я здесь, один человек умер. В пьяной драке Ушлый прикончил Шалопая, за что потом получал ограниченную пайку целых два месяца. Что-то они не поделили. Я не успел толком пообщаться с Шалопаем, но другие отзывались о нём как о весёлом, добром человеке. Такие в Стуже долго не задерживаются.

Сейчас нас в Городе осталось двадцать два. Одиннадцать женщин, одиннадцать мужчин. Прям идеальный баланс. Практически у всех, кроме мэра и Костыля, есть партнёр. Кассандра одна, потому что у неё нет времени на ерунду. У Костыля нет правой ноги ниже колена, он один из основных кандидатов на выбывание. Или на съедение. Хотя каннибализм теперь не в приоритете, у нас есть консервы.

Короче, Костыль одиночка, но мы стараемся его не слишком гнобить. Он слишком полезен. Обладатель ценных навыков по обработке дерева. Своего рода лесовик-промысловик. Каждый хоть раз спрашивал у него практический совет и каждый получал его.

Тут все друг друга ненавидят, но Костыль тоже полноправный житель Города. Слушайте, если не держаться друг за друга, то недолго нам вдыхать морозный воздух.

Наше общество подчинялось Кассандре, но между собой мы постоянно пытались доказать друг другу, кто главнее. Подобным страдали как женщины, так и мужчины. Но некоторые, вроде Модницы, лишний раз старались не показывать характер.

Модница, местная швея, шила нам перчатки, иногда даже небольшие накидки из шкур огнебелок, но требовала за это нехилую плату. Сразу две пайки за час работы.

Помимо прочего, каждый высаженный на Карфаген находил рядом с собой парашют. Их безоговорочно передавали Моднице, потому что она единственная гарантированно могла сделать что-то дельное из ткани, не испортив её. Со своей задачей женщина вполне справлялась.

Что Модница начнёт требовать за пошив после того, как мы раздадим горожанам консервы? Ведь случится инфляция, еда перестанет быть такой ценной. Страшно представить. Попросит какие-то предметы из прошлой жизни, наверное. Хотя какая, на хрен, инфляция, не так много тушёнки в контейнере.

Мои размышления вернулись к гранате. Само по себе наличие гранаты — бесплатная паранойя. Я ведь в Лиде совсем не уверен. Что у неё на уме? Вдруг она решит меня взорвать, чтобы получить побольше консервов при делёжке? Женщины довольно рациональны, тем более если ищут выгоду.

Вдруг Кассандра ещё с кем-то говорила на эту тему? Предлагала гранату, но этот кто-то отказался, чтобы не поддаться соблазну? Как определить границы доверия? Я что-то очень напрягся.

Достаточно какому-нибудь Стрелочнику предположить, что у меня маленький секрет от окружающих в кармане, я сразу сделаюсь опасным изгоем. Мужчины Города вдесятером соберутся и убьют меня, чтобы получить в своё распоряжение милый продолговатый предмет. Растерянно достав гранату из кармана, я рассмотрел её повнимательнее.

Овальный корпус из тонкой стали оливково-серого цвета. Отверстие для запала закрыто пластмассовой пробкой.

— Это РГД-5, — заботливо подсказала Кассандра. — Я неплохо разбираюсь в подобных вещах, Гривер.

С содроганием я строил в голове чудовищное развитие событий, которое мог спровоцировать этот невзрачный артефакт. Наш маленький замёрзший мир, покрытый белым покрывалом из нескончаемого снега, содрогнётся от волны убийств. Ледяной ландшафт уютно покроют трупы, оставляя Город укоризненно взирать на деяния рук его жителей. Ведь тот, у кого граната, может себе позволить угрожать. У него есть власть, а значит, он чуть главнее других в Городе.

Наше упрямство обеспечивает выживание в столь неблагоприятном климате. У людей нет врожденной устойчивости к постоянному холоду.

Тут и так остались самые жизнестойкие. Те, кто приспособился к суровому окружению, занявшись вырубкой лесов, чисткой снега, поддержанием костра. Зачем уменьшать их количество?

Глава вторая

Мы радуемся тушенке

Глава вторая, в которой мы радуемся тушёнке

Даже я, с моим изнеженным характером, довольно быстро привык к плотному распорядку дня. По утрам нас будил тот, кто нёс очередную вахту.

После — быстрый завтрак. Затем — топор в руки и рубить лес или заниматься другими общественно полезными делами. Перерыв на обед — полчаса. И так до самого вечера.

Как-то Лида мне начала задвигать о важности поддержания экологического баланса. Что существуют устойчивые методы лесовосстановления, что сажать деревья взамен вырубленных — это обязательно, дабы восполнять потребляемые нами ресурсы. Я в тот день съел её паёк, чтобы больше не открывала свой рот. В Городе нет места влажным фантазиям о природе и её значимости.

Кассандра кинула в меня драгоценной банкой тушёнки. Больно!

— Что же вы, мужланы, такие нерасторопные? Стоит тут, задумался он. Достал гранату и разглядывает. Ты бы ещё яйца наружу выкатил, придурок!

Я поспешно спрятал опасный предмет обратно и побрёл за Кассандрой в её избу, слушая указания. Ох, теперь жизнь Города станет совсем другой.

— Контейнер нужно охранять круглосуточно. Выставить наряд. Минимум двоих мужчин, причём чтобы один приглядывал за другим. Иначе консервы своруют, закопают, и придётся снова рассматривать поедание друг друга как основной способ выжить. Тебя, Гривер, я есть не очень хочу. Ты невкусный.

Она улыбалась уголками губ. Откуда столько самообладания? Я улыбнулся в ответ.

На сердце как-то полегчало. Кассандра мне доверяет. От Лиды гранату я спрячу. Выставим пост у контейнера, начнём всем Городом есть тушёнку. Питаться огнебелками и псевдобарбарисом уже поднадоело.

Мне вдруг пришла в голову замечательная идея.

— Может, нам закопать гранату? Зачем держать на виду. Вдруг я не догляжу, её кто найдёт и решит выпендриться. Вы же знаете наш контингент.

Кассандра прищурилась.

— Гривер, ты прикидываешься тупым или действительно такой? А если начнётся ожесточённый бой за контейнер? У кого-то вдруг крыша съедет. Ты что сделаешь? Подождите, крикнешь, я сейчас выкопаю гранату, вот тогда вы у меня попляшете? Так ты поступишь? Нам нужен действенный способ резко остановить массовую драку. Даже если закончится ошмётками тел. Лучше так, чем позволить начаться анархии. Я вообще подозреваю, что для этого нам пришельцы гранату и положили вместе с тушёнкой. Иначе как мотивировать такое соседство?

Я сконфуженно вышел из избы мэра, вернулся к себе, лёг на кровать и закрыл глаза. По распорядку дня мне следовало отправляться на рубку леса, но я ощущал острую необходимость вновь погрузиться в мысли.

Мы находимся посреди обширной заснеженной земли, где раскинулось наше небольшое поселение, фактически состоящее из двенадцати изб (Костыль и Кассандра живут отдельно). Каждая из них — это скромное, но защищающее от неумолимой зимы убежище.

Кассандра сказала, что, когда она высадилась здесь, большинство изб уже были в наличии. Кто их основал, нам неизвестно.

Новые, которые получились поменьше, построили уже жители Города, в том числе под руководством Костыля. Деревянная изба не нуждалась в фундаменте, сруб клали прямо на землю, иногда только подтыкали под углы дома пни крупных деревьев.

Избы расположены полукругом. Входы обращены к центру, образуя собой общее пространство, где горит негаснущий костёр и где обитатели Города собираются, чтобы поделиться мнением по тому или иному поводу. Функция костра вовсе не в обогреве, ведь в каждой избе в центре есть обустроенное из камней место для маленького огня, отапливающего помещение. В крышах предусмотрено небольшое отверстие, волоковое оконце, выпускающее дым.

У жильцов, конечно, болят глаза, но зато если под потолком повесить мясо огнебелок, оно подвергнется холодному копчению.

Кстати, как философ, я не мог не заметить, что разжигать большущий костёр в опасной близости от деревянных изб — как минимум опрометчиво. Удивительно, что до сих пор не случился пожар. Город фаталистов.