Ел я ваших демонов на завтрак! Том 4 - Антон Кун

я попал. Потом разозлился на несправедливость — отец так относился к Кизаму, что я просто не мог пройти мимо. Потом появилась Изуми, и я захотел защитить её. Ну а потом был полёт на белом драконе, и я понял, что не только дочке, но и всем, кто мне дорог, угрожает опасность. Да и всем остальным — тоже! И я решил защитить их, а заодно и весь мир. И это решение было сильнее всего. Именно оно сейчас привело меня сюда, в попытке попасть-таки в город демонов к их правителю, чтобы закрыть щель, через которую в этот мир лезет всякая нечисть. Получается, моё пламя питает желание защитить всех и избавить мир от нечисти. Я имею ввиду именно иномирную нечисть! Местные духи пусть будут. Они жили тут раньше, это их дом, и мы должны уважать их. Но вот то, что пришло из иных миров, пусть убирается обратно! Ему тут не место!

Юшоуша кивнул мне, а потом отвернулся и сказал куда-то в даль:

— Вы слышали его? Вы теперь знаете его цель? Что теперь будете делать?

Я в первый момент растерялся — с кем это он разговаривает?

Но тут почувствовал, как сменилась тональность фона. И понял: Юшоуша задал свои вопросы тем духам, которые не пускали нас.

Мне тоже стало очень интересно, что именно они теперь сделают?

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Майор считал, что вопросы о смысле жизни он оставил в прошлом вместе с юношеским максимализмом. И очень удивился, когда они всплыли снова. И снова оказались актуальными. Но зато, когда проговорил всё это, понял, что взрослым тоже важно время от времени вспоминать свои юношеские мечты и принципы — в них так много топлива для внутреннего огня!

Глава 5

Я стоял, смотрел на Юшоуша и прислушивался к ощущениям. Я, конечно, хотел бы видеть местных духов, но я их не видел и не чувствовал. Но догадывался, что они рядом, потому что мысли в моей голове поутихли и меня перестало давить депрессией. Но совсем не отпустило.

Когда Юшоуша задал мне вопрос про то, что питает мой огонь, я отвечал ему и был искренним. К тому же я сам хотел разобраться в том, что мной движет. И я понятия не имел, как ответил бы, если бы знал, что местные духи меня слушают.

А меня безусловно слушали, потому что внезапно вокруг нас заскользили тени. Они были похожи на облачка пара, вырывающиеся изо рта на морозе, только размером побольше.

Теней было девять, и они окружили нас с Юшоуша.

Юшоуша стоял невозмутимый, с уже привычным мне высокомерным видом и на тени не обращал никакого внимания.

Не знаю почему, но вид спокойного, уверенного в себе юноши в кимоно вселил в меня уверенность.

«Стражи ледника приветствуют тебя, человек!» — прошелестело у меня в голове.

Они со мной заговорили! Я посчитал это прогрессом и убрал катану в ножны. Я не хотел сейчас воевать. Я хотел, чтобы нас пропустили. Я хотел договориться.

А потому вежливо поклонился и ответил:

— Воин из другого мира, призванный сюда для защиты, приветствует вас, стражи ледника!

Я не стал скрывать того, что я из другого мира, потому что они слышали мои слова, обращённые к Юшоуша. А с ним я говорил открыто, ведь он знал обо мне. Я решил быть с духами искренним, чтобы показать: мы не хотим причинить им зла.

«Зачем ты и твои люди ступили на наши земли?» — снова прошелестело в голове.

— Мы идём в город демонов, чтобы встретиться с правителем и закрыть дыру между мирами. Мы шли нижней дорогой, но враждебные силы перекрыли нам путь. У нас не осталось другой возможности, кроме как пройти тут. Позвольте нам пройти по вашим льдам. Мы готовы принести вам подарки.

«Подарки, это хорошо! Подарки мы одобряем! Хотим ту шкуру, на которой сейчас отдыхают твои люди…» — тут же прошелестело в ответ.

И я завис. Я уже знал, что шкура Услэг Мангаса обладает волшебными свойствами. К тому же уже на собственной шкуре испытал её защитные свойства. И если мы сейчас отдадим её, то останемся совершенно беззащитными. И ничто не помешает стражам ледника потом напасть на нас.

В поисках поддержки или совета я глянул на Юшоушу.

Он стоял всё такой же невозмутимый и никак не отреагировал на слова стражей ледника.

Пришлось импровизировать.

Я снова поклонился и сказал:

— Простите меня великодушно. Но шкуру я отдать не могу. Она обещана верховному шаману страны Долгих Лесов.

«Жаль, — прошелестели стажи ледника. — Мы хотели укрыться на ней от подступающей тьмы…»

Повисло молчание.

Почему замолчали местные духи, я не знаю. А я молчал от важной информации, которую сами того не подозревая, мне дали стражи ледника. Если только, конечно, они точно знали, что шкура спасёт их от иномирных монстров, а не придумали это прямо сейчас. Ведь я хорошо помнил, как с оружием в руках защищал маленького Моню.

И всё-таки в их интонациях звучала уверенность…

Но не обидятся ли они из-за того, что я им отказал? Не уничтожат ли они нас единым махом? Мы на их территории. К тому же на их стороне силы природы.

Нужно было срочно что-то предложить взамен, что-то равноценное. Но что у меня есть такого, что я мог бы предложить?

И тут меня осенило! Я понял, что могу подарить, чтобы нас пропустили.

— Шкура Услэг Мангаса не единственное оружие против сил тьмы, — начал я. — У меня есть то, что в борьбе с силами тьмы неоднократно спасало мне жизнь.

«И что же это?» — заинтересованно прошелестело в моей голове.

— Это очень нужная и важная для меня вещь. Но я готов вам её подарить, чтобы вы пропустили нас.

У меня было три вещи с магическими свойствами — шкура Услэг Мангаса… Да-да, я считал её своей, хоть и пообещал отдать верховному шаману. Но когда ещё до верховного шамана дойдём? Да и дойдём ли? А пока она у меня, и я её хозяин. Вторая магическая вещь — это катана. С ней я не расстался бы ни за что на свете. Была ещё одна вещь, ценность которой для меня сложно переоценить. Она не раз спасала меня. Но ради жизней своей и доверившихся мне людей, а также поддерживающих нас демонов, я готов был ей пожертвовать. Точнее, им.

Я решительно достал нож Убийцу демонов.

Подняв его над головой, я приказал:

— Свети!

И нож засиял яркой звездой.

В следующий момент я услышал за спиной звук. Обернулся и увидел Найдвара, несущегося к нам.

Я с недоумением посмотрел на демона, но потом вспомнил, что сказал ему ждать