Сегодня - позавчера_2 - В Храмов

Кадет доложил, что вступил в огневой контакт с передовыми подразделениями противника. Результат боя: "поплясали, попели, разошлись". У Кадета - без потерь, "мои все трезвые". Уничтожено несколько грузовиков, мотоциклов, захвачены в плен два немца ("два гостя решили остаться") и много оружия. Поле боя осталось за Кадетом ("стол мой"). Приказал отойти и ждать "гостей". Ночью они не сунуться, а вот утром - пожалуют. С бронетехникой и самолётами.

Добрались до Кадета. Место неудачное. Посёлок или деревня, кои в изобилии были здесь, оседлал дорогу. Многие беженцы остановились в нём, но в село вошла разведка фашистов на мотоциклах, бронетранспортёрах и грузовиках. Занялись грабежом и насилием. За этим занятием и были застигнуты разведчиками и казаками Кадета. Порубили всех в хлам. Ушли только два БТРа немцев, в силу неуязвимости для стрелкового оружия. Остальных пожгли на отходе. Гражданским приказал уходить на восток, бойцам - окапываться на западной окраине посёлка. А когда доложил в штаб обстановку, такой же и приказ получил. Ох, поспешил я с докладом!

Место мне не нравилось. Восточнее посёлка, оказавшегося на возвышенности, местность изгибалась чашей вниз и была вся распахана полями. Так же, в принципе, и западнее. То есть, бой дать можно, а вот отходить придётся по открытому месту, под огневым и авиационным воздействием противника. Хотя, посёлок большой, весь покрыт садами. Справа и слева к садам примыкала "зелёнка" леса. Обойти нас будет сложно. Если бы был день, не секунды бы не сомневался - дал бой прущему в лоб врагу и потемну бы отошёл. Но, до темноты нас с грязью успеют перемешать.

Сталкер с Егерями выдвинулись вперёд, минируя полосы вдоль дороги. Саму дорогу не минировали. Пехота окапывалась. Орудия Ф-22 поставили на прямую наводку с сектором стрельбы вдоль дороги и замаскировали. БРЭМ, а потом и Сталкер, с их бульдозерами откопали каждому Единорогу по несколько огневых в садах, на флангах посёлка. Только потом зарыли БМП, замаскировав их под пиломатериалом и соломой.

Когда взошло солнце, заканчивали маскировку. Выдвинул вперёд конный дозор, сам на газике выехал на запад - оценить меры маскировки. И нашёл их приемлемыми. Сверху бы глянуть. Но, я не птица.

Разрешил закончившим обустройство позиций вздремнуть.

Кадет доложил по пленным. Когда он сказал, что это какая-то дивизия сорок какого-то корпуса 4-й танковой армии, мне поплохело. Я даже присел на завалинку. А я Сталину говорил, что 2-я таковая тут наступать будет. А оказалась 4-я. И кто я теперь в глазах Верховного? "Источник сомнительной надёжности", а по-русски - "балабол"? И ведь он это понял сразу же, как я ляпнул по 2-ю ТА. Он-то прекрасно знает, какая ТА где стоит. Такую махину не спрячешь. Теперь мне ясно, почему к моим докладным такой слабый интерес - они малодостоверны. Блин, "шеф, шеф, всё пропало!"

- Что с тобой, Виктор Иванович? - встревожился Кадет.

- Поплохело что-то. Не обращай внимания, - ответил я, вытирая рукавом холодный пот со лба.

- Что с пленными делать?

- Они мне не нужны. Тебе нужны? Расстреляй. Или отправляй в тыл. Мне - едино. Нет, на нашей машине. Свои же обстреляют, как увидят на трофейной. И документы этих мародёров тоже отправь.

- Оружие?

- Что нам не нужно - туда. И амуницию. Там в сводных ротах сплошь голодранцы.

Кадет ушёл. Связисты доложили, что протянули нитку до штаба. Доложился. Получил "ценные" указания. Обещали подвести питание и боеприпасов. Ага, щас! Потемну не соизволили, а теперь по дорогам мессеры пройти не дадут. Тут, под яблонями, на брезенте и уснул.

Испытание людей.

Презентация БМП врагу.

Растолкал меня Громозека, поставил передо мной ведро с ледяной колодезной водой. На западе слышался далёкая перестрелка и взрывы гранат.

- Казачки немца привечают, - буркнул Громозека.

На позициях отряда прокатилось шевеление - бойцы разбегались по огневым.

- Без меня не фулюгинить, - передал я по рации, потом, то же продублировал голосом.

Казачки неслись по дороге, низко склонившись к холкам своих коней, поднимая хвост пыли. Им вслед стреляли. Согласно задуманному, дозор промчался по дороге почти через всё село, лишь там, на восточной окраине, скрылись во дворах.

На дорогу выехали два мотоцикла с колясками, обстреливая посёлок из пулемётов. Никто не отвечал. Мотоциклистов догнал танк. Я приник к окулярам бинокля. Pz-III старой модификации, с короткой пушкой. Командирский люк открылся, вылез танкист в наушниках прямо поверх фуражки, стал разглядывать посёлок в бинокль. Сзади его нагнали Pz-II и несколько гробообразных БТР. Судя по продолжавшей подниматься пыли, техника продолжала подходить. На танк поднялся ещё один немец, только этот в каске и с МП в руках. Не выпуская автомата из рук, он стал что-то рассказывать танкисту, тыкая руками в сторону посёлка.

- Сыграна пионерская зорька, - передал я в рацию, и добавил - Без меня безобразия не нарушать!

Танкист скрылся в танке, из-за него выехали несколько грузовиков, тяжело перевалились через придорожные канавы. Эти 3-хосые грузовики тащили орудия, развезли их. Расчёты споро развернули орудия. Идиоты? На открытых позициях выставили орудия.

- Кадет, видишь? Эти оглобли - тебе.

- Понял, Медведь. А там, сзади, самовары ставят.

Миномёты - это плохо. Вся моя техника уязвима сверху. И взять их нечем. Придётся Единорогам бить не по танкам, а через гребень перекидывать фугаски по миномётам. А чем нас штаб порадует?

Запросил огневой поддержки Воронеж. Они ничем помочь не могли, но сообщили, что вторая партия полка прибыла и батарея Единорогов уже недалеко от меня. Связался по дальнобойной рации. Колонной верховодил Комбат-2, позывной Веник. У него 4 Единорога. С ними все 12 Т-70М ("обрубков") и тылы. Поглядел на карте их координаты и приказал Единорогам и тылам закрепиться в этой точке и приготовить огневые для стрельбы с закрытых позиций. Продиктовал даже, куда им надо навестись. А Т-70 "пригласил в гости".

В это время немцы пришли в движение. Два танка пошли по дороге на посёлок, за ними - Ганомаги. Никто не стрелял. Первыми должны были начать Ф-22, но Веник уже доложил, что готов, поэтому он и начал. Стрелял он почти на пределе дальности, поэтому его залпов не было слышно на фоне привычной канонады.

- Кадет, свети Венику, - приказал я.

Первый куст разрыва поднялся за гребнем. Танки прибавили хода, полетели на посёлок. Ганомаги стали ёлочкой разъезжаться, перестраиваясь в боевой порядок. Открыли огонь миномёты и орудия противника.

- Поехали! - крикнул я в рацию. С восточной окраины посёлка взлетела красная ракета. Дальше приказывать было не надо - последовательность действий оговорили заранее.