«Если», 1993 № 07 - Майкл Миллер

Правда, в те времена было трудно обозначить границу между патологией и нормой, ведь сама грань между реальным и воображаемым была размыта. Можно ли назвать безумным грека, испрашивающего совета у своего почившего отца? Беседы с богами, умершими предками, персонажами сновидений были частью духовной культуры, воспринимались как реальность. Процесс овеществления духовного проходил наяву и был составной частью психической деятельности.

Но человечество шло вперед — во благо или во зло. Идеальное и реальное обретали самостоятельность, а психические процессы все более подчинялись логическим и причинно- следственным закономерностям. Однако архаические виды психической деятельности не исчезли, они ушли в глубину подсознания, возникая теперь лишь во сне, в состоянии психоза, в творческом акте.

Естественно, изменились и психические заболевания, стала иной их картина — и, конечно, их оценка. Вместо однолинейного понимания безумия как одержимости, как грубого нарушения поведения, к психозам или психотическим расстройствам стали относить такие состояния, которые сопровождаются нарушением ориентировки во времени, пространстве, собственной личности, а также нарушения психической деятельности и поведения, связанные с искажением психики и преобладанием в сознании тех подсознательных процессов, которые в норме составляют его фон.

Первое, думаю, понятно, а второе требует пояснения. У больного психозом подсознательное становится сознательным. Его представления, воспоминания, следы прошлых восприятий оживают, одухотворяются, становятся озвученными, воплощаются в живые образы, вплетающиеся в действительность; собственные мысли и намерения лишаются волевого качества и соотнесенности с «я» — он как бы все время находится под влиянием некоей посторонней силы, будь то «гипноз», «сглаз», «психотронное воздействие». Так вот, в психозе личность переходит на архаические формы мышления и понимания происходящего, лишается способности соотносить духовную жизнь с реальностью. Человек слоено меняет «гелиоцентрический» взгляд на мир на «эгоцентрический», когда в центре психической Вселенной оказывается больное «я», вокруг которого, ради которого, из-за которого вершатся все события.

Все, что у нормального человека есть «тень» сознания, здесь становится его «светом».

Однако психозы или психотические состояния — лишь незначительная часть психических нарушений. Большинство психических расстройств составляют так называемые пограничные непсихотические состояния, т. е. неврозы и реакции психопатических личностей. Это ответ личности на самый известный конфликт между желаемым и действительным. Скажем, человек не может реализовать свои инстинктивные потребности из-за созданных обществом ограничителей, или претендует на более высокое место на служебной лестнице, никак ему не соответствуя, или оказывается профессионально несостоятельным — и курок уже взведен. Особенно трудно протекают такие субъективные личностные реакции у психопатов, чьи патологически заостренные черты характера и темперамента доставляют страдание как им самим, так и окружающим.

Как вы уже поняли, если психозы вызывают к жизни архаические, взятые из кладовых психики формы, то для невротических реакций характерна подмена причины.

Конкретное содержание конфликта вытесняется из сознания, и нередко целью психотерапевта как раз и является задача помочь пациенту понять причину, для того чтобы тот, осознав конфликт, выдернул из души острую «занозу» невроза.

Плавным судьей, оценивающим деятельность человека и фокусирующим сознание на внешнем мире, являются эмоции. В их руках Ад и Рай в душе человека; они придают значение феноменам сознания, а, следовательно, и формируют то, что мы называем смыслом жизни.

Эмоции в значительной степени определяют круг интересов человека, его потребности, широту и глубину переживаний, их направленность, напряженность, способность мобилизовать и организовать психические процессы для творческой деятельности. Эмоциональная сфера — то звено, которое связывает физиологическую деятельность мозга и психику. Через эмоции можно подобрать ключ к психической деятельности и воздействовать на нее. Физиологи, найдя в мозгу животных «центры удовольствия» и искусственно их возбуждая, добиваются того, что во имя этого искусственного удовольствия животное может отказаться от всех других потребностей и погибнуть от голода, требуя лишь постоянного суррогата счастья.

Эмоции, достигнув высокой степени интенсивности, способны ограничивать сознательную деятельность, когда человек уже не в состоянии адекватно оценивать происходящее. Сейчас патология эмоциональной сферы приобретает все большее распространение. Развитие цивилизации ставит перед человеком еще более сложные задачи, одновременно ограничивая его «естественные» желания. Нарушения эмоциональной сферы свойственны как пограничным расстройствам психической деятельности, так и психозам. Нормальной реакцией человека на неприятности является депрессия — надо умерить рыл и посмотреть на ситуацию критическим оком, дабы выработать новую линию поведения. Однако эмоциональная сфера инертна, и часто человек стремительно проходит этап критической оценки и «ломается» под тяжестью обстоятельств.

При психозах, затрагивающих эмоциональную сферу, нарушается способность к сущностной оценке; шкала ценностей настолько искажается, что вызывает коренное изменение мировоззрения. Причем депрессивная или маниакальная оценка распространяется уже не только на сегодняшние события, но и на прошлое и будущее; отсутствует всякая понятная связь между реакциями и вызывающими их причинами.

Щричины психозов и неврозов различны. При психозах нарушение категориальных сущностей, способности осознать себя в мире и мир в себе чаще всего является следствием нарушения биологических структур мозга (наследственное предрасположение с нарушением обмена веществ в мозгу, дисгармония в биохимическом регулировании нервных процессов, нарушение питания мозга и т. д.). Естественно, что и лечат психозы, в основном, биологическими средствами, применяя психотерапевтические методики лишь по мере выздоровления и включения механизмов здорового, рационального сознания. Учитывая эгоцентрическую, «птолемееву» систему осознания происходящего при психозе, любое вмешательство психотерапевта воспринимается негативно. Кстати, психиатры отмечают резкое ухудшение состояния психотических больных после массовых сеансов психотерапии по телевидению.