«Если», 1993 № 07 - Майкл Миллер

«Если», 1993 № 07

Майкл Д. Миллер

 Черед Тайсона

Тайсон ехал по старому шоссе, соединявшему некогда два штата, когда фары его полицейской машины высветили впереди в добром полукилометре какой-то предмет. Он включил батарею инфракрасных сенсоров и звуковых сканеров, подвешенную под передним бампером. В маленьком мощном компьютере, закрепленном за приборной доской, ожила экспертная система.

— Объект: мужчина с повышенной температурой тела, — четко произнесла она и сделала паузу, ожидая дополнительной информации. — Вероятно, Бродяга, — добавила система и через минуту уточнила: — Возможно, больной. Будь осторожен.

Тайсон быстро приближался и скоро уже мог разглядеть полу белой рубашки, выбившейся из-под черной куртки незнакомца. Даже на таком расстоянии он заметил, что рубашка грязная.

Менее опытный Коп[1] наверняка нажал бы на тормоза, выбросил парашют для экстренной остановки и попытался произвести жесткий захват. Но Тайсон, Крутой Коп, понимал, что это дешевка, подходящая для зрителей боевика, но никак не для настоящего Бродяги. Настоящий Бродяга перескочит через ограждение шоссе и скроется в высокой траве еще до того, как замрут дымящиеся шины. И поэтому Тайсон не стал выключать фары, а перестроился в левый ряд и прибавил скорость, как поступил бы любой Добропорядочный Гражданин, избегающий встречи с Бродягой на пустынном шоссе.

Спидометр показывал 180 миль в час, когда мощная черная машина метеором пронеслась мимо ошарашенного Бродяги. Тайсон заметил, как фигура сделала неуклюжее движение в сторону обочины. «Слизняк, — подумал он. — И навряд ли умнее слизняка». Тайсон пыхнул большой гаванской сигарой, предвкушая арест — событие, которым не наслаждался уже более года.

Удалившись еще на шесть километров, Тайсон резко затормозил, пересек разделительную полосу и погнал в обратном направлении. Теперь, однако, он ехал с выключенными фарами, предоставив ультразвуковым сканерам выискивать на дороге ямки и ухабы, которые компьютер проецировал на ветровое стекло мрачными красными пятнами. За четыре километра до того места, где произошла встреча с Бродягой, он сбросил скорость до 50 миль, а затем переключил управление на экспертную систему.

— Режим «ОХОТА», — приказал Тайсон и потянулся. Легкая судорога пробежала по затекшим членам. Слишком долго пришлось просидеть за рулем

— Замечен объект, — неуверенно произнесла экспертная система. — Дистанция полтора километра, те же особенности, что и у предыдущего объекта… Повторяю, Бродяга, мужчина — возможно, больной Осторожно.

— Мой клиент, — удовлетворенно кивнул Тайсон, довольный тем, что Бродяга не стал прятаться в кустах и не сбежал через поля. Рука Крутого Копа погладила дубинку, обтянутую кожей, прошлась по холодному корпусу газового баллончика, ощутила надежную твердость служебного револьвера — оружия, которым он никогда не пользовался и не намеревался воспользоваться сейчас. Бродяга был слишком ценной добычей, чтобы отдавать ее Докторам или Могильщикам.

Тайсон подумал о Докторах и всех прочих, кто остался в скрытом сейчас за горизонтом Городе: Юристах, Пекарях, Уборщиках, Добропорядочных Гражданах, Психиатрах. Все они были связаны взаимными обязанностями, которые теоретически должны идеально состыковываться, подобно шестеренкам в большом часовом механизме. Реальность лишь в каких-то несущественных деталях отличалась от идеала, и Тайсон был вынужден признать, что эта система оказалась намного удачнее любой другой. Во всяком случае, подумал он, инициативная личность всегда может сделать пару мелких исправлений в тех местах, где система дает осечку.

Столетие назад, когда генетические инженеры только начинали раскрывать секреты спиралей ДНК, большинство людей с трудом справлялись со своими служебными обязанностями. Производительность труда упала до критической отметки, а затем круто спикировала еще ниже. Неудовлетворенность работой свирепствовала, словно эпидемия, а забастовки не прекращались. И тогда Генинженеры, как их стали называть, открыли способ, позволяющий перепрофилировать людей для определенных профессий. И склад ума, и взгляды, и темперамент, и интеллект — все формировалось в соответствии с задачей.

Но волшебство, заложенное в гигантские молекулы, не оправдало надежд.

Как и следовало ожидать, все повально захотели стать международными банкирами, блестящими учеными, государственными деятелями, великими артистами. В пределах одного-двух поколений их количество переросло разумные пределы. Понятно, что одновременно не осталось желающих собирать мусор, прислуживать за столиками в ресторанах, мыть полы или подстригать газоны. Соперничество между супергениями стало безжалостным и по-настоящему разрушительным. Тайсону было достаточно бросить взгляд за окно на разбитое шоссе, чтобы убедиться в последствиях этой грызни.

Но цивилизация, которая шла ко дну в результате профессиональных нестыковок, теперь умирала, приняв излишнюю дозу лекарства от этой болезни. Можно сказать, она уже едва дышала.

Насильственно вводились усиленные квоты на жизненно необходимые профессии вроде Дворника или Продавца. Верх взяла социальная инженерия как сердце нового порядка, а инженерия генная попала в немилость. ДНК стало словом, которого избегали как грязного ругательства.

Вскоре после того как Тайсон был зачат, его мать посетила Семейного Врача, получавшего приказы от правительственного компьютера. Компьютеру требовался Коп, подкласс Крутой, и Врач произвел необходимые изменения в зиготе, которой тогда был Тайсон. Девять месяцев спустя Маленький Полицейский, как его нежно называли родители, появился на свет. С самого начала он был именно таким, какой и требовался правительству. Конечно, мистер и миссис Тайсон были слегка встревожены той неумолимой последовательностью, с которой развивался их сын, влекомый своим призванием. Он бывал очень груб со сверстниками, но мать и отец утешали себя тем, что жестокость малыша была задана, а не являлась результатом воспитания. В конце концов они ведь были Идеальными Родителями.

Еще подростком Тайсон инстинктивно презирал Бродяг, в которых он видел лентяев, склонных к мелкому воровству, пьянству, а то и худшим вещам. Но они обеспечивали Копов, Психиатров и Социальных Работников прибыльной службой. Именно это имело решающее значение.

Тайсон попытался влезть в шкуру Бродяги. Что бы он стал сейчас делать? Вероятно, прижался к обочине, поближе к ограждению, чтобы в нужный момент метнуться в высокую траву.