Социальная сеть "Ковчег" - Евгений Вецель

Другая нормальная девушка, получив две полоски на тесте на беременность, уже кинулась бы звонить своему любимому, родным и подругам, сияла бы от счастья, все её мысли крутились бы вокруг памперсов, кроваток, ползунков и пелёнок. Она бы уже начала читать в интернете всё о вынашивании. Уже переживала бы о болях в пояснице на поздних сроках, начала бы предчувствовать недосыпание от ежечасных криков родившегося младенца, испытывала бы виртуальные муки естественных родов.

Другая нормальная девушка за эти два часа создала бы виртуальный мир счастья в мельчайших деталях. Мир, который благодаря одной единственной цифре, рухнул бы в мгновение.

Юля была не такой. Сидя в кафе недалеко от лаборатории, она непрерывно нажимала кнопку «Обновить» в браузере своего телефона. И когда в списке входящих писем появилось письмо, тема которого была выделена жирным шрифтом, она снова машинально нажала кнопку «Обновить» и ещё 30 мучительных секунд, коря себя за автоматическое действие, ждала загрузки списка. Затем кликнула пальцем на заголовке письма, дождалась загрузки, открыла приложенный документ, дважды кликнула в мелкие, едва видимые цифры для масштабирования и только потом молниеносно проанализировала результаты исследования на ХГЧ.

Не теряя ни секунды, она позвонила мужу: «Вова, я беременна».

Супермаркет любви

К доктору Штерну подошла симпатичная молодая девушка в очках. Она спросила что-то по поводу темы предыдущих лекций, и после пятиминутного разговора пошла обратно в длинную очередь столовой.

– Если бы я преподавал в университете, все студентки были бы моими, – улыбнулся Михаил, провожая девушку неприличным взглядом.

– В том возрасте, когда ты начнёшь преподавать, – улыбнулся Штерн, – твои приоритеты поменяются, и ты будешь просто наслаждаться женским телом на расстоянии. Поверь мне, твоя тяга к разнообразию, скорее всего, пройдёт. И она превратится в один большой недостаток, который я и называю супермаркетом любви.

– А вот это начинает быть интересным, – отметил Миша.

– Раньше, в древнеи времена, найти себе пару было очень сложно, – начал объяснять Штерн. – Нравственность, которая ограничивала людей, не позволяла наглеть и подходить к незнакомым девушкам. И уж тем более претендовать на развитие отношений до свадьбы. Девушки даже тренировались давать пощёчину. Уж не знаю, на ком, но владели они этим искусством в совершенстве. Даже мне пару раз в жизни доставалось.

– А мне не доставалось, – с гордостью отметил Миша.

– Сейчас искусство пощёчин утеряно, – рассмеялся Штерн.

– И как по вашему люди знакомились в то время? – поинтересовался ассистент.

– Для этого существовали самые разные игры, обычаи и танцы, – с удовольствием вспомнил Штерн. – Можно было узнавать девушку ближе во время игрового общения. И вот я не могу с уверенностью сказать, где удовольствия больше – в твоём варианте секса на третьем свидании, или в наших долгих ухаживаниях. Долгое предвкушение всегда приятнее, чем быстрая развязка. До сих пор помню эту радость, когда взял девочку за руку первый раз.

– Ну, думаю, если бы вы выросли на современных фильмах, – улыбнулся Миша, – то вы бы даже не заметили, что она держит вас за руку. Там по сюжету все спят уже через несколько часов после знакомства. Такое ощущение, что девушек специально воспитывают фильмами и передачами, чтобы мне было легче их менять. Искусство пощёчин утеряно, и меня это устраивает.

– Хорошо, что ты понимаешь, – похвалил Штерн, – люди избаловались во всех областях. Тормоза испортились. Знаешь, раньше жену выбирали родители. Люди даже не знали о том, что можно разводиться. Если жена тебе разонравилась, тебе приходилось её терпеть в любом случае. А теперь никто терпеть не будет. Моя жена тоже не умеет терпеть. Она не смогла выносить мой трудоголизм. Просто взяла и ушла. Что за поколение?

– Ну, вы сами поймите, а чего терпеть? – спросил Миша. – Вокруг столько прекрасных девушек и парней, выбирай любого. Вот если моя девушка начинает меня напрягать, я с ней прощаюсь навсегда. Она тоже должна понимать, что я легко найду себе другую девушку ещё лучше. Вот, думаю, если бы вы научились делать золото из вольфрама, то терпению вашей жены можно было бы позавидовать.

– Отлично, вот тебе и супермаркет любви, – подняв указательный палец, сказал Штерн. – Вот давай обсудим это на твоём примере. Только ты не обижайся.

– Я вообще не обидчивый, – кивнув головой, сказал лаборант.

– Вот тебе уже 28 лет, – начал объяснять Штерн, – к этому возрасту ты перепробовал бесчисленное количество женщин. Так?

– Вы мне льстите, – отводя глаза, улыбнулся Миша.

– Думаю, ты отчётливо представляешь себе идеальную будущую жену? – спросил Штерн. – Можешь её описать в двух словах?

– Я никогда не думал об этом, – смутился Миша, – я бы конечно назвал её характеристики, но они пока размыты в моей голове. Давайте дальше.

– Ну не важно, – улыбнулся доктор, – твоё подсознание всё равно хранит все 2000 характеристик идеальной женщины. Все девушки, которых ты встречал в жизни, твоя мама, главные героини из фильмов, твои учительницы, друзья и знакомые – все они внесли небольшую лепту в создание этого образа идеальной женщины.

– Очень даже возможно, – кивнул головой молодой человек.

– Однажды, когда ты решишь выбрать себе жену, – глядя в глаза, сказал Штерн, – ты начнёшь смотреть на окружающих девушек через этот фильтр. Идеальная женщина в твоей голове к этому возрасту будет иметь конкретный образ с чётким набором качеств. Ты будешь её любить заочно, на подсознательном уровне. И вот настанет момент, когда ты встретишь очень похожую девушку в реальной жизни.

– Было бы отлично, – тихо сказал Миша.

– Стоит этой девушке улыбнуться тебе, – сказал Штерн, – и ты невольно начнёшь выдумывать. Раз она улыбается, значит, она дружелюбна. Значит, она любит детей, честная, не способна на подлость и так далее. Я имею в виду, что её улыбка в твоём подсознании выделит около 100 пунктов идеальной женщины. Дальше подсознание будет анализировать: раз она красивая, значит, у неё будут хорошие, здоровые и красивые дети.

– Ну, я об этом обычно не думаю, – смутился Миша, – может, конечно, моё подсознание всем этим занимается, но меня туда не пускают.

– Когда ты, подавив смущение, подойдёшь к ней, – продолжил Штерн, – вы заговорите и проболтаете около пяти минут. За это время будут проставлены галочки напротив ещё 200 пунктов из списка. А вот когда она тобой искренне заинтересуется, то ты добавишь ещё 200. Когда она будет внимательно слушать рассказ о твоей работе, ты авансом припишешь ей половину качеств виртуального идеала.